Коллоидный Мир (СИ)

Бага тебе, Стригор!
Ежели тебе награда не нужна — так явись в Опричный Приказ, сообщи, будь ласков! А то нарочитым посылать опасаюсь, уж прости старую. Жду!
Г.И.О.П. Тенетница.
Ну… проняло Паучиху, хихикнул я. В принципе — на примерно такую реакцию я и рассчитывал. Не бегущий, спотыкаясь, Стригор — а САМИ шевелитесь.
В принципе, могла Тенетница и послать — мол, тебе надо, ты и спотыкайся. Только и я Приказ ейный пошлю, что, к слову, не худший расклад. А информацию я за поход в Пущу получил. Не много, конечно… но и не мало. Хрен бы я своими силами да в ближайшее время такую заимел.
Так что не подпрыгивал я под опричными дверьми, а ждал. “Вам испытание”, как и говорил в начале. Ну а реакция Тенетницы несколько… непрофессиональная — так тут у нас с ней нестандарт, куда деваться.
В общем, нацарапал я девчонкам записулину — ну, мало ли, может, задержусь. Взгромоздился на Индрика и попёрся в Паучатник.
— Блага тебе, Тенетница, — засунул я физиономию, а затем и всего себя в кабинет Г.И.О.П.
В паучатнике, очевидно, мою физиономию признали своей, уж чёрт ведает, насколько “условно”, но ни стражник на иголочке, ни дед на проходной ничего, кроме кивков и пожелания благ, не вещали. И не требовали, соответственно, доказуев, что я “тот Стрижич”.
— Блага… Стригор, — с отчётливой паузой выдала дама. — Ты…
— А давай будем считать, что ты выказала возмущение, что я на всё забил, пред очи ясные твои не явился. А я уже тебе широко улыбнулся, — широко улыбнулся я, — и в жопу тебя не послал?
— Кхм… ну, давай, — хрюкнула Тенетница. — Награда твоя. Хорошо дело сделал.
— Я знаю, знаю, — пробормотал я, примеря читало и начав перебирать стопку из двух дюжин листов. — Это — нужно, — отложил я два листа. — А это — нет, — отодвинул я стопку, поднял читало и улыбнулся. — Неинтересно.
— Совсем? — подняла бровь Тенетница.
— Совсем, — кивнул я. — Сами свои мануфактуры мануфактурьте. Мне знания нужны, а не инструкции.
— Инструкции, говоришь, — задумчиво побарабанила пальцами по столу Тенетница.
— Говорю. И что не нужны — тоже говорю.
И дело было вот в чём. То, что мне предложила Тенетница — было по беловодским меркам ОЧЕНЬ ценным. Но нахрен мне не нужным — какие части и каких тварей надо в чан упихать, например, чтобы кладенец сотворить.
Вот вообще не нужным. Это при том, что я знал “откуда чанишки” и прочее. Неинтересно от слова “совсем”. Технобиоварварство вульгарис, шаманство над обломками цивилизации.
А вот два листа были интересными без шуток — авторства одного и того же имперца, явно подвергшееся цензуре, но реально интересно. Дядька (или тётка, вот чёрт тут знает) был исследователем Пущи. Не сказать, чтобы многое понимал, но отмечал и проглядывал закономерности появления тварей, сезонные, температурные, чертовступные пущные колебания отмечал. В общем — мощная такая статистическая работа. Над которой и вправду посидеть не помешает, думу подумать.
В принципе — я мог и эти листки просто скопировать, морду сделать попротивнее, ну и сказать, что мне “нихрена не мило, не интересно и всё гумно!”
Но бред — сотрудничать с Тенетницей я решился. Пусть почти всё “не то”, но дела она вела честно.
— Даже так, — продолжала упражняться в междометиях Тенетница, напряженно думая.
— И так даже, — веско покивал я.
— Деньги возьмёшь?
— Смеешься? — приподнял бровь я. — Ты отчёт скупки Ростока видела? И не говори, что не знаешь, сколько я за год денег получил.
— Знаю, — поморщилась Тенетница. — Сколько денег — знаю. Что за награду тебе предложить, не знаю — один из лучших походов в Пущу за десятилетие. И без жертв… Говори, что хочешь! Но в библиотеку я тебя не пущу. Это слишком… просто слишком! Хотя… в жёны деву рода имперского возьмёшь? И примаком в Род. Тогда… возможно, — сложила она руки на груди.
— Только на тебе если жениться, — полушутя, полу… да сам не знаю, брякнул я.
И насладился зрелищем потупившей глаза и реально покрасневшей(!) Тенетницы. Вот, блин, как нас эта душевная близость контузила.
 
— Даже так? — справилась дама с собой.
— Даже так, — покивал я.
— Я… подумаю. На досуге. Но пока — не вариант.
Точно контузило. А мне надо поаккуратнее… хотя… блин, аж яйцы выкатываются, отметил я реакцию. И даймон язычиной непроизвольно облизывается, блин. Так, с такими “тонкими намёками” — хорош, дал я себе промеж рогов. Вот если согласится, во что я ни черта не верю — подумаю. И… подумаю, в общем, правильно Тенетница сказала.
— Значит, жду ответа, — с каменной мордой выдал я. — А награда… Стратиму хочу. Самку.
— А на кой она тебе? Девок полный дом вроде, — озадачено выдала Тенетница.
— А ты моих девок не считай. Вот если… тогда и считай, — воздел перст я. — Мне птица нужна слух мой услаждать, а не ложе греть.
— В принципе — осуществимо. Тебе же не на продажу, одну?
— Вот ещё! Сам слушать буду, никому не покажу, — скаредно потёр я лапки.
— Ну решу в седмицу примерно. Да, поход хорош, на следующий год — если согласишься пойти, то не обижу.
— Ну, не обидишь — и хорошо. А то не люблю обиженным быть. Не знаю, Тенетница. Я через год в Логе…
— Вот уж что не проблема, что полдня Трапану лететь, что день, — отмахнулась Тенетница.
— Ну тогда, наверное, “да”. Если не поссоримся, живы будем…
— Это само собой. Ещё что у тебя ко мне есть?
— Вообще-то, это ты меня позвала, — ехидно напомнил я, помахав табличкой.
— Вот и спрашиваю, есть что? У меня Приказ, — включила стерву Тенетница. — На юнцов, бесчестно мне в мужья набивающихся, мне время тратить недосуг!
— Очень даже честно! — возмутился я.
Посмеялись, но тут Тенетница посерьзёнела.
— Стригор, я тебя до Библиотеки Рода допустить и вправду не могу, — на что я покивал.
В свете текущего моего знания, эта библиотека — единственное, на чём Империя держится на самом деле. Не Император, не институты, а знания. И меня до них не допустят, разве что и вправду как консорта Паучихи. И то, прямо скажем, под вопросом.
Но это, во-первых, до “всей кубышки”. Мои интересы Тенетница вполне может удоволетворить. Потому что то, что нужно мне — для Лихычей не так уж и важно. А важное им — мне нахер не сдалось.
Правда, она мои интересы узнает… но тут уж или так, или этак. А посередь двух табуретов не усижу, зад недостаточно обширен.
— Буду интерес свой сообщать. А ты решать — оно нужно ли. Ну и я тоже. Задания-то найдутся?
— Да дел не на одну и не один десяток жизней найдётся, — фыркнула собеседница. — А уж тебе — точно. Добро. Через седмицу человечек тебе Стратиму доставит. А дальше — поговорим? — протянула она ладонь.
— Поговорим, — улыбнулся я, пожав протянутое.
Блин, как током прошибло. Всё-таки какая-то у нас патологическая связь — сама она дёрнулась. И ведёт со мной как девчонка-ровесница, не притворяется, у неё я такое почувствую. Ну, впрочем, ладно. Это реально “загадка душевная”. А если что… ну если что — посмотрим.
Так что перестал я мыслеблудствовать, да и направился во флигелёк. Всякие душевные пертурбации — вещь хорошая. Но мне воспоминания имперца о пуще почитать без спешки интересно. И о девчонках своих забывать не стоит, да.
А так, седмица — это вроде и немало, но и немного. И посмотрим, что за клубок паутинный мне Тенетница подбросит, и что я за него из неё вытяну.
  
28. Инспекция в Навь
 
И углубился я в детальное, с обдумыванием, изучение рабочих дневников имперского пущеведа. И изучил, немало почерпнув: дядька описывал не только “состояние Пущи”, но и походы в неё. И можно сказать, что милитаристичность Пущи своё объяснение нашла. Как и пожелание Тенетницы “не пробивайся в Сердце Пущи, Стригор!”
Дело в том, что описываемое Бравом, имперцем-автором доставшихся мне листков было… ну Пущей в лёгком варианте. Он на полном серьёзе описывал песцов и псоглавцев как “лютых тварей”. То есть, до поры пиздецомность Пущей выходила реально на порядок меньшей. Опасно, но терпимо.