Люби в тишине (СИ)

Разразившийся на кухне скандал я чувствую по резким движениям стульев по полу, звону посуды и топоту ног, которые в привычной тишине квартиры звучат как раскаты грома. Это из-за моей просьбы о деньгах? Или просто настроение плохое? 
Бегу в кухню, чтобы поддержать маму.
- Тебе всё “дай, дай, дай”! – заметив меня, отец начинает метать молнии в мой адрес. – Сколько можно? Тебе уже восемнадцать! Я вовсе не обязан оплачивать твои развлечения! 
- Папа, мне не на развлечения. Мне нужно возвращаться в университет на занятия. Хотя бы на билет…
На еду и прочие расходы я рассчитываю получить оплату небольшого заказа на фрилансе, который нашла на днях. А там и до стипендии как-то протяну. На лето возьму подработку в столице. Мне бы только добраться туда как можно скорее. Не хочется затягивать.
- Я свои деньги зарабатываю тяжёлым трудом, – садится на своего любимого конька отец. – А ты тут прохлаждаешься уже почти целый месяц! Ешь, пьёшь, электроэнергию и воду расходуешь. И за это всё плачу я! При том, что ты мне даже не дочь!
- Папа! – меня душат слёзы обиды. Беременность превращает меня в какую-то сопливую тряпку, и мне это совсем не нравится.
Я хочу сказать ему, что перед свадьбой много времени и сил потратила на подготовку, от части забот освободила маму, немного денег сэкономила, выторговав скидки в ресторане. А ещё за последнее время выполнила два заказа, и деньги за них потратила на продукты для всех. Да, это были не очень большие суммы, но всё равно… Как папа может упрекать меня в том, что за всё платит сам? И как ему ещё не надоело раз за разом отказываться от своего отцовства?
- Иди подъезды мой! – продолжает он свой монолог. – Или посуду в ресторане. Видел как раз сегодня – в “Караван” ищут временную посудомойку!
- А разве в ресторанах посуду моют руками? Не в посудомоечных машинах? – вырывается мимо воли.
- Вот пойди и узнай, что там да как! Я тебе ни копейки больше не дам. И так села на голову и ноги свесила.
Спорить с ним нет ни сил, ни настроения. Надеялась, что хоть маме удастся на него повлиять. Тем более что прошу я совсем немного…
Делать нечего. Устраиваюсь в ресторан мыть посуду. Время идёт. Я волнуюсь, потому что срок растёт, а где взять деньги – непонятно.
Получив расчёт за неделю, мчу в столицу. Мне столько долгов по учёбе предстоит закрыть! Столько лабораторок отработать… Но главное – встретиться с Ковалёвым, высказать ему всё, что я о нём думаю, и стребовать с него деньги. Сто раз уже мысленно проговорила гневную речь. Я не дам ему съехать с базара! Козлина безответственная… На презервативах он сэкономил? Пусть теперь раскошеливается!
* * *
- Боже, какие люди! – услышав скрип двери, Лина отрывается от конспекта и поднимает на меня глаза. – А мы тебя уже в розыск объявлять собирались. Думали, тебя выкрали в гарем к какому-то султану или шейху. Они там любят тихих и покорных, – встаёт и собирает свои вещи, небрежно брошенные на мою кровать. – Вот меня туда в жизни не взяли бы, я слишком болтливая, любому восточному мужику мозг взорву на раз. 
Что она несёт? Язык без костей. Не может не уколоть меня за молчаливость. Язва. 
В куче вещей, которые Лина убирает с моей кровати, мелькает знакомая ткань. Соседка замечает направление моего взгляда и тут же начинает оправдываться.
- Слышь, Оль, тут такое дело… – виновато мнётся. – У нас туса была. Ну, я взяла твою блузку. Новую, бежевую… Тебя не было, спросить я не могла.
Ага, телефон и мессенджеры внезапно отменили… Терпеть не могу эту дурацкую привычку обмениваться вещами. Никогда ни у кого ничего не прошу, но и своего не даю. И это – ещё одна причина недовольства соседок.
Видимо, на моём лице проступает “восторг”, потому что Лина сразу начинает тараторить:
- Я постираю и поглажу, ты даже не заметишь, что я её брала!
В ответ только вздыхаю. Что теперь поделать? Это – реальность, тут Контрол-зет [1] не нажмёшь и уровень заново не переиграешь… Чёрт, если бы я могла вернуться назад и что-то исправить… Я кобеля Ковалёва близко к себе не подпустила бы. Или, по крайней мере, заставила бы пользоваться презервативами. 
 
Только задним умом все умные, рассудительные и ответственные. А когда гормоны бушуют и пар из ушей валит от переполняющих чувств и эмоций, вовсе не до такой “ерунды”. Дура наивная…
Ничего не ответив, раскладываю вещи и готовлю на завтра тетрадки. 
- Какая-то ты, Олька, скучная. Колись, где пропадала? Правду говорят, что с мужиком взрослым мутила? 
Не покидает ощущение, что я попала в сумасшедший дом… “Повезло” же мне с соседкой. 
- Ты совсем? – кручу пальцем у виска. – Дома была. Брат женился, помогала свадьбу готовить, – обсуждать с ней ничего не хочется, но и давать повод для новых сплетен мне вовсе не нужно.
- А брат у тебя тоже глухонемой? – не стесняется лезть с бестактными вопросами соседка. 
Не считаю нужным ей отвечать. Моё молчание она трактует как “да” и продолжает нести свою ахинею.
- А невеста такая же глухая? Интересно, где они друг друга нашли? Я вот никогда раньше не встречала глухонемых…
Ну не дура ли?
Я не стыжусь своих родителей и брата, хотя порой испытываю дискомфорт. К счастью, таких недалёких людей, как Лина, не очень много. 
* * *
У меня нет определённого плана, где искать Валеру. У соседки наверняка есть его номер. Но что я ей скажу? Как объясню свой неожиданный интерес спустя столько времени? Ещё не хватало, чтобы кто-то догадался о моей беременности. Опять новый виток сплетен понесётся.
В первую очередь решаю отправиться в квартиру, где мы с ним обычно проводили время. Ковалёв как-то обмолвился, что бывает тут очень часто. Кобель… Понятно, что он там делает. Явно не в компьютерные игры с друзьями режется.
Дверь никто не открывает. До темноты кручусь во дворе, поглядывая на окна, и жду хозяина, но он не появляется. Несколько дней подряд повторяю свой вечерний маршрут с тем же результатом. 
Паника усиливается. Трудно поверить в то, что Валера объявил целибат. Скорее, он чем-то занят или куда-то уехал. 
Отправляюсь в офис фирмы его отца. Волнуюсь. Хоть я и зла на Ковалёва, не хочется ставить его в неудобное положение на работе. Кто знает, как он отреагирует на мой визит? Но время играет против меня, и долго ждать, пока он появится в своём логове, я не могу.
- Валерий Николаевич в служебной командировке, – сообщает мне девушка на рецепции.
Вот и объяснение его отсутствия в квартире…
- А когда вернётся, не подскажете случайно?
- Ни случайно, ни специально. Увы, не знаю. Мне такую информацию не сообщают.
Что же за невезение такое?
Начинается сессия. Слабость, беспокойство и длительное отсутствие на занятиях дают о себе знать – я едва сдаю экзамены на “тройки”. С мечтой о стипендии приходится попрощаться… Нужно срочно искать работу.
Несколько раз прихожу в офис, но неизменно узнаю, что Ковалёв-младший всё ещё в отъезде. Решаю попытать счастья в деканате и выпросить у них его телефон.
- Дорогуша, – с возмущением выдаёт мне методист. – Про закон о защите персональных данных слышала? 
Киваю. Я не сильна в юриспруденции, но экзамен по праву я как раз накануне сдала, потому кое-какие основные законы поверхностно помню.
- Мне не нужны неприятности! – заключает тётка неопределённого возраста и тише добавляет. – Ты вообще знаешь, кто его отец и что он со мной и всем нашим университетом может сделать?
В подробности о Ковалёве-старшем Валера меня не посвящал. Но раз у него своя фирма с собственным многоэтажным офисным зданием, то, видимо, он очень богатый и влиятельный. Как меня угораздило с этими людьми связаться? Где были мои мозги? Очевидно ведь, что такие парни смотрят на простых девушек не иначе как на игрушки. Развлёкся – выбросил, нашёл другую. И дальше по кругу. 
И Линку он бросил, когда наигрался, и меня. Да он и говорить со мной, наверное, не станет, если я его найду!