Только друзья?! (СИ)

— О себе? — задумчиво буркнул он себе под нос. — Да особо нечего рассказывать. Родился, вырос, учусь вот.
Он хохотнул. А я поняла, что о себе он вряд ли выдаст какую-нибудь информацию. Отчего мне стало еще любопытнее ее раздобыть.
1 — Тони? Ты видел мою тетрадь?
2 — двойняшки, близнецы.
  
Глава 17
 
Антон
Этот разговор стал переломной точкой в нашем общении. Когда понял, что Вика ревнует, намекнул, что она для меня больше значит, чем все остальные девушки в мире вместе взятые. С тех пор наше общение было полно намеков и недосказанности. Кажется, мы оба поняли, что сказать при встрече.
— Tony, is this your girlfriend?¹ — спросила Энн, после того, как увидела Вику.
— Not quite², — ответил, неоднозначно, думая как лучше объяснить. Да и нужно ли ей это объяснение?
— Тогда, кто она для тебя? — заинтересованно спросила Энн, не желая отставать. — Вы общаетесь каждый день и ты постоянно говоришь о ней. Это явно неспроста.
— Она девушка, которую я люблю! — ответил. — Но мы лучшие друзья.
— Фрэндзона — это опасная вещь, из нее можно не вырваться никогда! Многие заблуждаются. Считают, что если подружиться с тем, кто нравится, там и до отношений недалеко. Но зачастую происходит все по другому сценарию, — утешающе похлопав меня по плечу, сказала Энн.
Мы сдружились с Энн и Максом. Часто ходили в парк после школы. Разговаривали. И я не мог не радоваться тому, что на моем телефоне есть программа переводчик. Слушая их речь, порой я и половины не понимал.
Так и спасался. Про Вику я часто рассказывал, и Энн сразу подумала, что это моя девушка, но я не стал подтверждать ее догадки. Не хотелось загадывать на перед и потом обжечься.
Каждый день я ждал только того момента, когда моя Кнопка выйдет на связь. Все остальное шло фоном: учеба, семья, в которой я жил. Ничего меня так не увлекало, как разговоры с Викой.
— Привет! — говорила она, и в тот же миг мир словно расцветал вокруг, окрашиваясь яркими красками.
— Привет, — отвечал, жалея лишь о том, что видел только изображение.
Не мог почувствовать тепло ее рук, аромат землянки, который я всегда улавливал, когда она находилась рядом. Оставалось лишь смотреть и дорисовывать в воображении то, чего нет. Вспоминать тысячу моментов, когда мог ее поцеловать и не решался. Каким же я был остолопом, не замечал очевидного.
— Что нового? — задал я уже заезженный вопрос.
— Все хорошо. Ну, насколько это может быть без тебя! — ответила Вика, слегка краснея. — Вчера Мирон возил нас с Никой на гонки. Прикинь, оказывается, у нас в городе  проводят нелегальные гоночные соревнования.
— Ну, я про это слышал. Да и это опасно, полиция регулярно проводит рейды. И почему вы вообще куда-то поехали с Мироном? Ты ведь сказала, что не общаешься с ним, — насторожился я.
— Да, он сам подошел ко мне. Мы поговорили. Просто сказал, что мы можем быть друзьями. И, что на твое место не претендует, — весело хохотнув, поведала она.
— И на какое из моих мест он не претендует? — спросил, начиная злиться.
Что еще за дела? Опять этот понторез. И чего привязался к моей Кнопке? Других девчонок в школе нет?
— На место моего парня, конечно же! — заявила она.
— А я твой парень? — вкрадчиво поинтересовался.
— Официально — да, ты — мой парень. — расцвела улыбкой моя девочка. — Ты забыл? — лукаво добавила.
— А, точно, забыл! — сказал, хлопнув себя по лбу. — Вот думаю нужно эту ситуацию исправить, когда вернусь, — тихо.
«В аэропорту скажу, что больше не хочу быть фиктивным парнем. Предложу стать настоящим. И пусть сама решает. Хуже точно не будет. Главное, чтобы этот Мирон раньше не стал активничать.»
— То есть ты хочешь объявить, что мы всех обманули? — вытаращив свои огромные глаза, ошарашенно уставилась на меня с экрана.
— Нет, есть другая идея! — развеял я ее страхи.
— Какая? — удивленно спросила Вика.
— Узнаешь, когда вернусь, — ответил я, не желая выдавать ей свои планы.
— Ну вот! — расстроенно поникла.
— Так что там с гонками? — решил уточнить и между делом перевел тему разговора.
 
— С гонками? — задумчиво отзеркалила она мои слова.
— Да, с теми, куда возил вас Мирон! И где в это время был Глеб? Почему вы куда-то ездите с малознакомым парнем? — снова поднялась во мне волна возмущения и злости.
— У Глеба работа какая-то была. И он предупреждал, что это плохая идея. Но мы взрослые девочки и один разок совершить что-то безрассудное имеем право, — доказывала Кнопка, что может делать все, что только захочет.
— Это вы с Никой взрослые девочки? — спросил, удивленно задрав брови.
— Да! — заявила Вика, не желая отступать от своих слов. — К тому же с Мироном мы уже месяц общаемся, ничего он не малознакомый. Он веселый, у нас общие интересы и много всего интересного знает! — заявила она, чем ошарашила меня.
— Месяц? Вик, месяц? И ничего не говорила мне, — проговорил обиженно и поджал губы.
«Интересы у них общие! Ну вообще восторг! Да как так? Почему, когда меня рядом нет?» — я был готов биться головой о стену от безысходности.
— Да как-то речь не заходила, — ответила она растерянно.
— Да уж! Действительно! — произнес нахмурившись.
Настроение было испорчено, и разговаривать дальше не хотелось. Нужно было подумать, как ликвидировать нарисовавшегося соперника.
— Ну, ок. Мне еще доклад нужно подготовить, — заставил себя соврать Кнопке. — Пока.
И, не дождавшись ее ответа, завершил звонок.
Я знал, что Глеб все свободное время проводил на работе, но все же решил набрать другу и обсудить с ним сложившуюся ситуацию. Голова просто взрывалась от полученной информации. Хотелось плюнуть на все на свете и улететь домой. Я знал, если этот мажор уведет мою Кнопку, я себе этого не прощу.
— Алло, Глеб?
— Привет, Антоха! — услышал бодрый голос друга.
— Привет. Глеб, дело есть, — проговорил, понимая, что нужно действовать именно сейчас, потому что потом будет поздно.
— Я весь — внимание! — веселился на том конце Глеб.
— Я с Викой разговаривал. Ты знал, что Мирон наших девчонок на гонки возил? — спросил.
— Да, я им говорил, что это незаконно и небезопасно. Но ты думаешь, они меня послушали? — ответил Глеб. — Ты уж прости, я не смог поехать с ними. У меня бой был.
— Блин, Глеб! Я ее потерять могу, ты это понимаешь? — запустив пятерню в волосы, воскликнул я.
— Ну, тут я бы в ней не сомневался. Она целыми днями тарахтит только о тебе. Думаю, вы взаимно по уши вляпались. А насчет Мирона не знаю. Нормальный вроде пацан, — ответил друг. — Гонки да, плохо, но и я не ангел. Каждый зарабатывает, как может.
— Ты его машину видел? А шмотки? — спросил, убежденный в своей правоте. — Не думаю, что он нуждается.
— Может ты и прав. Я присмотрю за Викой. Хочешь, поговорю с парнишкой, чтобы не лез к ней? — проговорил он.
— Скажи, чтобы больше не таскал девчонок на гонки, — попросил я друга.
Целых четыре месяца было до того, как я вернусь домой. Я то и дело включал телефон, листая фото с дня рождения Кнопки. Она была так счастлива, пока я не сказал ей, что уезжаю. Тогда в ее глазах потух огонь, которым она заряжала всех вокруг. Моя девочка загрустила.
До сих пор перед глазами блестел ее печальный взгляд. Такой же, но наполненный слезами, я видел и в аэропорту. Вздохнул, стряхивая наваждение, и вышел из комнаты.
В такие моменты нужно было встряхнуться. Я либо шел на пробежку, либо в тренажерный зал. Еще неплохо помогали прогулки в компании Макса и Энн. Но сейчас мне хотелось побыть одному, на болтовню не было никаких моральных сил.
Выйдя на улицу, пустился вперед, из наушников звучала любимая музыка, а все тягостные мысли улетучивались. Оставались только я и дорожка, ведущая в бесконечность. Бег заменял мне и тренировки в зале. Хотя в тренажерке, которую я посещал, была груша и все необходимое для занятий боксом, нагрузок тренера не хватало.