Пленница песчаного альфы (СИ)
Как и ласковый взгляд.
— Я знаю, что сдержите, — кивнула повторно, помолчала немного, мысленно терзаемая его замечанием о моей ревности. — И да, мы — О'Двайеры — все ревнивые. Факт, — усмехнулась невесело. — И не О'Двайеры — тоже, — добавила совсем тихо, снова замолчала, отвела взгляд, набрала побольше воздуха. — Вы же знакомы с близнецом моей мамы? Альфой клана белых волков? — вопрос был риторическим, поэтому сразу же продолжила: — Никто, кроме его детей, не прикасается к его паре. Так вот… У нас с вами уговор. Как вы и сказали. И, как вы пообещали, на этот период, пока я рядом, никаких других девушек не будет. Ни одной. Кроме меня, — снова помолчала немного, а после, набравшись храбрости, выдвинула в новом требовании: — На прикосновения это тоже распространяется, господин аль-Хайят, — вновь взглянула на него. — Ни одной.
Иначе я действительно сойду с ума…
Мужчина прищурился, одарив меня оценивающим взором.
— Идёт, — не стал медлить с ответом, в очередной раз поражая моё воображение. — Только тогда и ты, будь добра, не прикасайся к другим мужчинам, — вернул мне моё же требование.
— Я и не прикасаюсь, — усмехнулась беспечно.
— Это так, на будущее, — он тоже усмехнулся. — Так на чём мы остановились? Ну, до того, как нам так нагло помешали, — понизил голос, касаясь моих губ большими пальцами.
И это было действительно подло!
Потому что если даже после ухода бывшей наложницы в моей голове сохранялась картинка с её участием, то после полученного обещания и прикосновения… Как разряд тока пустили. И память стёрли. Напрочь. А ещё засунули в мою голову нечто совершенно противоположное. То, что могло лишь раз за разом тянуться навстречу Амину аль-Хайяту. Вопреки всему. И я тянулась. Будто от этого зависела моя жизнь.
— Вы собирались отвезти меня куда-то. Взять с собой, — с трудом, но вспомнила. — Возможно, где-то там ещё могла бы идти речь о том, что вы меня поцелуете, прямо сейчас, — добавила тише, заворожённо глядя в зелёный взор.
— Точно, работа! — оборвал он и себя, и меня с тяжёлым вздохом. — Чуть совсем о ней не забыл. Меня ждут в офисе. Но после я обещаю возместить все часы твоего ожидания, хаяти, договорились?
Губы сами собой растянулись в ласковой улыбке.
— Как пожелаете, мой господин, — протянула смиренно.
Амин гулко сглотнул. Жёлтый взор вмиг позеленел.
— Повтори, — попросил хрипло.
— Как пожелаете, мой господин, — отозвалась послушно.
— Это звучит даже лучше, чем я себе представлял, — выдохнул, прикрывая глаза. — Скажешь ещё раз?
— Как пожелаете, мой господин, — хмыкнула, борясь с напрашивающимся смешком.
На этот раз ответом стало нетерпеливое рычание.
— Позже. Позже ты мне это скажешь ещё раз. Обязательно, — пообещал уже на ходу, да и то больше себе, чем мне.
— Как прикажете, мой господин, — всё-таки рассмеялась, торопливо поспевая за ним.
И снова он рычал. А затем вовсе подхватил меня на руки и понёс на выход, где заботливо усадил в припаркованный у подъезда песочного цвета спорткар фирмы «Maserati». Оборотень сорвался с места в тот же миг, как уселся за руль. Неудивительно, что в его офисе мы оказались в считанные минуты.
— Сейчас я быстро уделаю этих недопереговорщиков и поедем смотреть наш новый дом, — постановил бескомпромиссным тоном, ведя за руку и в приветствии кивая всем встречным на нашем пути.
— На то, как вы их «уделаете», я тоже могу посмотреть? — заинтересовалась.
— Почему нет? Так даже интересней.
И да, действительно привёл меня в свой кабинет, возле которого толпился народ из пяти оборотней. При виде нас с Амином все резко замолчали. Но внутрь вошли беспрекословно. Уселись на стулья перед огромным столом, за которым в удобном кожаном кресле устроился господин начальник. Так и не выпустивший меня из своих рук.
— Мне кажется, они в шоке, — прошептала совсем тихо, только для него одного. — Или это у вас стратегия такая? Чтоб забыли про свои споры? — добавила со сдержанной улыбкой.
Неудивительно, что в шоке.
С их-то традициями…
И моим участием.
— Думаешь, в шоке? — осмотрел он своих сотрудников задумчивым взглядом. — Господа, вы в шоке?
Господа тут же отрицательно покачали головой, но так и не произнесли ни слова.
— Хм… Начинаю понимать, почему наши американские партнёры отказываются перезаключать договор. Вас языков кто-то лишил.
Не спросил. Постановил. Явно намёк на то, что пора бы им уже действительно начинать говорить, пока и правда не лишились этой возможности.
Работнички предупреждением прониклись. Хором начали вещать о возникших трудностях. А главное, Амин им не мешал. Как он там разбирал, кто что и про что говорит — не знаю. И не потому, что я незнакома с арабским, а потому что трудно понять суть, когда несколько человек почти кричат, да ещё и хором. Но песчаный альфа понимал. Потому что когда пятёрка оборотней выдохлась, он принялся ровным спокойным тоном раздавать указания. А под конец и вовсе заявил:
— На этом всё. Дальше сами. Без меня. У меня, — бросил в мою сторону лукавый взгляд, — отпуск. На три недели. Свободны.
Ошарашенные подчинённые только и смогли что кивнуть и уйти. Всё такие же ошарашенные.
— Отпуск? — изумилась и я. — На все три недели?
Такое реально вообще…
Слишком прекрасно звучало.
— Почему нет? Попрошу отца моих племянников присмотреть здесь за всем, — хмыкнул, поднимаясь с кресла.
— Просите, — согласилась милостиво, деланно серьёзно кивая его словам, обнимая за шею обеими руками.
— Да я уже. Так что идём смотреть наш новый дом, как и обещал. Давно я там не был, если честно, но рано или поздно всё равно пришлось бы туда возвращаться. Чем не повод, да? — подмигнул, направляясь на выход.
— А что за дом? И почему не был? — полюбопытствовала.
Амин слегка нахмурился.
— Этот дом отец подарил матери в день свадьбы. С тех пор, как они погибли… не мог себя заставить туда съездить. Хотел продать, но тоже не смог. Зато теперь вот пригодился, — улыбнулся мне с теплом и нежностью.
Ничего не стала говорить ему на это. Сперва прижалась к сильному телу сильнее. Обняла крепче. Сама прильнула губами к пульсирующей жилке на мощной шее.
— Как пожелаете, мой господин, — прошептала ему.
Вся печаль с лица оборотня стёрлась, как не было.
— Пожалуй, стоило украсть тебя намного раньше, — улыбнулся он шире прежнего.
— Всего ради одной фразы? — поддела его.
— Да чтоб ты понимала! — деланно оскорбился мужчина. — Может, в этой фразе вся моя жизнь заключена!
— Может быть, — заключила патетично.
А дом оказался воистину чудесным.
За ним определённо присматривали. Регулярно. И очень хорошо. Небольшой, двухэтажный, выполненный полностью в арабском стиле и цвете. А ещё позади был обустроен уютный дворик с фонтаном посередине и пышно цветущими кустами вокруг него. И тишина. Не было слышно ни гула машин, ни голосов, ничего.
— Сказочно прекрасен, — выдохнула я с восторгом, осматривая строение и прилежащую территорию.
— Да, — согласился Амин, тоже осматриваясь. — Мама тоже так говорила. Ладно, идём покажу нашу спальню, — потянул в сторону лестницы, а затем на второй этаж к резной двери справа по коридору.
Комната тоже оказалась небольшой, но уютной. Застеленная ковром, немного пёстрая, с резными окнами, большой кроватью и множеством подушек на ней.
— Ну, вот… Мы здесь… — раздался над ухом хриплый шёпот, наравне с едва осязаемым прикосновением его рук к моим плечам.
Голос отозвался тихой вибрацией в моих венах, оседающей тяжестью внизу живота.
— Да, — обронила также тихо, позволяя себе запрокинуть голову, уложив ему на плечо. — И что же мы здесь будем делать, мой господин? Все три недели… — добавила с ноткой провокации.
— Что захочешь. Но сперва…
Договаривать он не стал. Да и не было в этом смысла, потому что его следующие действия сказали сами за себя. Проворные пальцы принялись легко и играюче избавлять меня от лишнего.