Трактир Пьяное сердце (СИ)

Принесла еды, затопила печь, чтобы начать готовить суп, отправила Тиньку за книгой после того, как она поела.
То, как Ортос аккуратно поднял змею, лёг на постель, а потом пристроил её на себе, сказало больше любых слов. Они действительно подружились. И, кажется, кое-кто подрос! Надо же, какой скачок, интересно, с чего бы это?
Тинька тоже заметила изменения своей подруги, погладила её по блестящей шкурке, вздохнула.
— Это всё ночная радуга, — прокомментировал наш невысказанный вопрос Ортос.
Зевнул и… отключился. Вот только смотрел на меня, а теперь спит, даже ресницы не дрожат.
Нет, и где они шлялись? Чем занимались?
День прошёл в хлопотах. Эта две морды проспали до самого вечера (правда, Зика в обед всё же проснулась, накапала Ортосу последнюю порцию слёз, и они снова отрубились), пришлось мне занимать Тиньку самостоятельно. И это было не просто, учитывая, что дел много.
Разумеется, какое-то время она мне помогала — резала овощи на окрошку. Их всё равно надо мельчить, да и варёная картошка с яйцами мягкая — резать легко и относительно безопасно. Огурец тоже. А вот редиску и зелень я взяла на себя. Мясо клала не всегда, только в тарелку, если попросят.
Вообще, окрошку здесь поначалу встретили с большим недоверием, но в дни особой жары, когда ничего, кроме неё в горло просто не лезло, она была оценена по достоинству. И мясо в ней местными чаще всего попросту не воспринималось. Я так её и прописала в меню: «холодный суп в жару».
Предлагали мы её в нескольких вариантах: на квасу (ставила сама!), на сыворотке, которой после варки сыра у нас было в избытке, а также на простокваше. Надо будет Ортосу оставить, а то съедят всё, а он не попробует.
Вообще, реакция на мои блюда от варвара — это всегда что-то с чем-то. Попробовав, он замирал, анализируя вкус, потом глаза его подозрительно сужались, и он пытался докопаться, кто же я такая. В какой-то момент мне даже стало весело, ведь он так смешно говорил на непонятных языках. Зато сейчас, когда он узнал, что я русская, его взгляд наполнился особым теплом. Сразу видно, что с нами, землянками, у него исключительно приятные ассоциации.
Повезло.
А вдруг было бы наоборот?
Впрочем, что гадать, пусть уже встают, будем думу думать, как выкручиваться. Повестка у нас на послезавтра, надо измыслить, как транспортировать Эхтру и что делать с Жадором.
— Пойдёте одни, этого гадёныша я выпускать не намерен, — категорично высказался Ортос.
Разумеется, после того, как отведал окрошки. Отведать он её, к слову, возжелал во всех трёх вариантах и с мясом. А потом так на меня посмотрел, что я поняла: точно замуж позовёт. Блин, а я только решила отделаться лёгким флиртом…
Вот и зачем мне было узнавать, женат он или нет, если сама не собираюсь связываться с ним надолго? По идее, было бы без разницы, так? Так. Мне, по крайней мере, не его жене.
И вот в этом-то загвоздка. Потому что у меня табу: не связываться с женатиками.
Вот такая вот женская логика.
— То есть будем делать вид, что все из себя гневаемся из-за его отсутствия, — кивнула ему, сама же отвела взгляд.
Слишком притягательно он выглядел.
— Именно так. — Ортос встал.
Шагнул ко мне, взял за подбородок и вернул мой взгляд себе.
— Для Эхтры найми грузчиков, но обязательно проверенных, — он говорил так проникновенно, его взгляд был полон беспокойства. — Позови меня, прежде чем отправляться в ратушу, я сам с ними поговорю — проверю на вшивость.
— Это… — Я сглотнула. — Это разумно.
Вопрос: где МОЙ разум, почему голова вдруг резко перестала соображать, когда он ко мне прикоснулся?
— Сегодня ночью мы с Зикой снова уходим, оставь охранника в трактире, — выдал он, поглаживая мою щеку пальцами.
Большими, немного шершавыми, но такими… такими нежными и в то же время сильными. Ух!
— Нертор ещё на больничном, его замещает другой, а с ним у меня не столь доверительные отношения. — С сожалением покачала головой.
— Тогда спи сегодня не в своей постели. С Тиньятой, например, или с Вильсой.
Хмыкнула.
 
— Я и так с ними сплю, у нас нет отдельных комнат. В тёплое время года я обычно ночую здесь, — перевела взгляд на оккупированную им лежанку.
— То есть я занял твоё место? — Ух, как вспыхнул его взгляд!
Словно тот факт, что он спит на моём лежаке, означает нечто интимное…
— Отжал у меня кровать, да, — вздохнула я, стараясь отвлечься от бурлящих эмоций.
Не наклоняться к нему. Не прижиматься к широкой груди. Не запускать пальцы в его тронутые сединой волосы. Не растворяться в его взгляде.
Я сказала: «Не растворяться!» Я ведь не жир, а он — не фэйри.
— Придётся потом своей делиться, когда в Армарию приедем, — выдохнул он мне в губы, а потом…
Потом я забыла, что не хотела растворяться. И прижиматься вовсе не собиралась. И пальцы в волосы запускать…
Его поцелуй обжигал, будил во мне самые потаённые желания, заставлял плавиться в его руках. Какой жир, какой фэйри? Палладий — вот кто я. Потому что именно он — самый легкоплавкий металл.
Ну а что, какие ощущения, такие и сравнения…
— Опять ц-селуютс-ся, — раздалось недовольное шипение. — Уходить пора, варвар.
Кажется, Ортос её не слышал. Да что говорить, я и сама с трудом различила, что она там шепелявит. А потом я осознала, что, похоже, он уже мысленно увёз меня в Армарию, явно на ПМЖ.
— Я останусь здесь, — пробормотала ему в губы.
Противиться ему было невероятно трудно, хотелось вновь отдаться во власть этого горячего мужчины, но…
— Ортос, вам пора идти! — воскликнула я, дёрнув его за волосы.
Не сильно, но ощутимо.
И только тогда он остановился. Несколько раз моргнул, взгляд его прояснился, но руки от этого менее крепко держать не стали.
— Береги себя! — припечатал он и вновь поцеловал: коротко, без изысков, отчего стало ещё жарче.
А потом быстро собрался, водрузил подросшую Зику себе на плечи, накинул сверху плащ с капюшоном и был таков.
М-да, кажется, меня либо не услышали, либо не так поняли. Ладно, поговорим об этом позже.
 Глава 18. Фрукт 
Ортос
Несмотря на то, что изначально этой ночью мы собирались идти в восточный район на улицу Рагната Змеелова, пошли мы в теплицы Гварета. Потому что весь день проспали. И оба чувствовали, что к Калиту надо наведаться уже с лонганной (а ещё лучше с Крайлахом, где этот младший король застрял?), чтобы допросить с пристрастием. Пусть изучит фрукт. Не захочет — заставим…
— Придётс-ся лез-сть вмес-сте, ч-штобы вс-скрыть з-самок на теплиц-се, — шипела мне в ухо Зика, пока мы в очередной раз воровали коня.
Ну как воровали, брали во временное пользование.
— Да я-то не против, главное — не нашуметь раньше времени, — ответил ей чуть позже, после того, как мы выехали на улицу. — Прикрытия у нас с тобой нет никакого.
— Давай волка поз-совём, — предложила змейка.
— Кто тогда будет за лесом и дорогой следить?
— Тож-ше верно.
Так, перешёптываясь, мы добрались до дальних границ большого хозяйства Гварета. Как оказалось, там, где стояли теплицы, совсем недалеко начинался лес.
Это же сколько она в прошлый раз проползла, когда возвращалась на условленное место?
— Пош-шли, — шепнула змейка и попыталась найти щель в заборе.
Это оказалось занятием не из простых, ибо здесь его, похоже, сделали особенно качественным.
— Давай я тебя на себе перенесу. — Протянул руку, чтобы ускорить процесс.
Зика вновь вернулась на своё любимое место, то есть плечи, сжала шею, чтобы не свалиться.
— Если я сохну от удушья, толку будет мало. — Иронично хмыкнул, насколько мог вообще иронизировать с учётом недостатка воздуха.
Хватка ослабла, но давление в целом всё равно раздражало.
Впрочем, всё длилось не долго: я быстро перелез через забор, благополучно миновав охранки, которые успел заметить даже в тусклом свете луны. Сегодня она была самая обычная, зелёная, так что, надеюсь, никаких сюрпризов от Зики в ближайшее время не будет.