Я вам не Сталин! Я хуже. Часть1: Перезагрузка системы (СИ)
У того – усы дыбом, и глаз - искры и в горле что-то забулькало.
Тут и слов никаких не надо:
- Я вижу – Вы согласны. Ну, тогда примите мои самые искрение поздравления с новым назначением, товарищ Командующий ВДВ РККА!
В марте-апреле 1941-го года, из уже имевшихся воздушно-десантные бригад - были сформированы пять воздушно-десантных корпусов (ВДК), численностью примерно десять тысяч человек в каждом. Однако до начала войны Воздушно-десантные войска, как как отдельный род войск сформирован не был… Это случилось только 9 августа 1941-го года, когда было создано управление ВДВ и назначен первый командующий – генерал-майор Глазунов…
К сожалению, про него ничего в моём «послезнании» нет.
На протяжении всей Великой Отечественной Войны, ничем особо славным – разве то героической смертью во время немногочисленных попыток десантирования, советские десантники не прославились. Из-за нехватки транспортных самолётов, их чаще использовали как самую обычную пехоту – затыкая «дыры» на фронте.
Я же хочу попытаться исправить эту ситуацию.
Даю первое задание:
- Первым делом, товарищ Командующий воздушно-десантными войсками СССР, проедьтесь по вверенным Вам корпусам и определите: имеется ли в наличии хотя бы одна бригада – готовая к боевым действиям по прямому своему назначению.
На сомнения меня наводит то, что во время Финской - не было даже попыток воздушных десантов.
Будённый, едва из штанов не выпрыгивая от счастья:
- Слушаюсь товарищ Верховный Главнокомандующий!
У меня самого, аж сердце застучало - как приятно оказывается, дарить человеку радость…
***
Однако, Будённый был последним «счастливцем» - началась раздача так называемых «слонов».
Первым попал под раздачу маршал Шапошников, к которому я обратился довольно вежливо:
- Борис Михайлович! Вы хорошо потрудились в течении жизни на благо Отечества и, оно Вам того не забудет… Но Вам пора на заслуженный отдых. С орденами и, так сказать - «с правом ношения мундира», как при Государе Императоре. Надеюсь как-нибудь ещё с Вами увидимся и «потрещим» об стратегии.
Тот встал и как побитая собака:
- Я могу идти?
Довольно резко:
- Куда это Вы собрались? Вы в отставке - с завтрашнего дня! А до двадцати ноль-ноль, Вы по прежнему - заместитель наркома обороны СССР по сооружению укрепрайонов и член Комитета обороны при Совнаркоме СССР… Поэтому сидите и слушайте, вдруг понадобитесь. Ну и заодно составляйте в голове план по прекращению строительства укрепрайонов на западной границе.
Следующим был начальник Главного управления ВВС РККА генерал-лейтенант авиации Рычагов, которому я без обиняков заявил:
- Вы – наглядный пример, как из хорошего лётчика и человека, можно за сравнительно короткий срок сделать паршивого генерала и откровенного мудака…
Что характерно, сцуко, это его не удивило: стоял навытяжку и молча угрюмо слушал. Ну, значит – не всё ещё с ним потеряно, я опасался худшего.
Арестовали и расстреляли этого авиационного генерала вовсе не за то, что он якобы обвинил Сталина в том, что тот заставляет лётчиков летать на каких-то «гробах»…
Вовсе нет.
В августе 1940-го года, Рычагов был назначен начальником Главного управления ВВС РККА, в декабре того же года - членом Главного военного совета РККА. Он мог бы стать, наверно, неплохим командиром полка, а со временем и командиром авиадивизии… Но совершенно не имел опыта штабной и административно-хозяйственной работы, необходимой на этих должностях.
И случилось то, что должно было случиться, когда человек садится не в свои сани.
В результате его командования, на ВВС РККА обрушился вал преступной халатности, всеобщей безалаберности и «пофигизма»… Ну и запредельной аварийности, связанной со слабой подготовкой лётчиков.
После прошедшей в мае 1941-го года проверки, выяснилась такая картина «маслом»:
«Главный военный совет, рассмотрев итоги боевой подготовки ВВС Красной Армии за зимний период 1941 года, отмечает:
Боевая подготовка ВВС Красной Армии проходила неудовлетворительно.
Низкие показатели в боевой подготовке авиационных частей ВВС Красной Армии сопровождались чрезвычайно большим количеством катастроф и аварий. Особенно слабо проводилась боевая подготовка в частях ВВС ОрВО, МВО и КОВО. Основные недочеты боевой подготовки за зимний период:
Переучивание летного состава на новые типы самолетов проводилось медленными темпами. Эксплуатация новой материальной части летно-техническим составом освоена слабо.
Тренировка в пикировании на самолетах СБ и АР-2 была развернута неинтенсивно. Обучение бомбометанию с пикированиями на самолетах АР-2 и ПЕ-2 не производилось.
Летный состав боевому применению — бомбометанию, воздушной стрельбе, высотным и маршрутным полетам — обучался совершенно неудовлетворительно.
В ВВС КОВО, ОрВО, МВО на каждый экипаж приходится меньше одного полета на бомбометание, воздушную стрельбу, воздушный бой и маршрутный полет.
Средний налет на одного летчика за весь зимний период составил в ВВС КОВО 6 часов, а в ОрВО — 2 часа 12 минут при среднем налете на одного летчика по ВВС Красной Армии более 16 часов.
Самостоятельный выпуск на боевых самолетах молодого летного состава недопустимо затянулся и не был закончен к концу зимнего периода.
Подготовка летного состава слепым и ночным полетам во всех частях ВВС Красной Армии была развернута слабо. Слепой полет составил 5,2% к общему налету, ночной — 4,6%».
Результатом, в итоге, стал тяжелый, сокрушительнейший разгром советской авиации летом 1941-го года.
Так что расстреляли его вполне заслуженно!
Но я хочу дать Рычагову шанс встать в один ряд с Кожедубом и Покрышкиным.
Слегка пренебрежительно-брезгливо оглядев с ног до головы и в обратном порядке, говорю:
- Вопрос о вашем снятие с должности Главкома ВВС - уже решён, Рычагов и обсуждению не подлежит. Но я хочу предоставить работу, которая Вам - не может не понравится. Если Вы – действительно лётчик, а не…
Рычагов меня перебил и довольно дерзко:
- Я – лётчик, товарищ Сталин! И очень хороший лётчик.
Повышаю голос:
- Так вот, «очень хороший лётчик»: создадите мне сперва - авиаэскадрилью, а затем – авиаполк с условным названием «Агрессоры», в который сами наберёте - уже повоевавших лётчиков-истребителей, имеющих боевой опыт. И будете мне до синевы под глазами - учить в учебных боях «желторотиков», заодно отрабатывая тактические приёмы…
«Надо бы найти ему Покрышкина: по-моему в данный момент - он всего лишь лейтенант… Или капитан? Кожедуб вот тоже, если «послезнание» не изменяет – инструктор в какой-то лётной школе. Фамилия довольно редкая – это вам не Иванов, Петров Сидоров… Отыщется!».
- …Моторесурса не жалеть! Фотопулемёты на каждой машине и, после каждого учебного боя – разбор полётов, с выяснением – кто, как и в чём - в этот раз обосрался. Постараюсь выпросить для Вас у Адольфа «Мессершмидты» - для полного реализма, хотя особо на такой «ништяк» не рассчитывайте.
Пристально смотрю в глаза:
- Вы согласны, товарищ генерал-лейтенант авиации?
Хотя, чего там спрашивать?
По глазам вижу ответ:
- Согласен, товарищ Сталин!
Не скрывая удовлетворения:
- Всё, можете идти! Командирам эскадрилий на таких «стрелках» делать нечего – не их уровень.
Когда Рычагов ушёл, спрашиваю:
- Пока мы с товарищем Бонч-Бруевичем будем подыскивать нового Главного начальника управления ВВС РККА, его обязанности будет временно исполнять Начальник штаба – генерал-майор Никишов… Среди присутствующих имеется такой?
Поднимается один, ничем не примечательный военный и рявкает: