Если хочешь быть счастливой (СИ)
– Почему ты так думаешь?
– Потому что, когда я лично прихожу в ту фирму, куда уже отправлял резюме, и показываю его, то понимаю, что они видят его впервые.
– А что толку? Все равно же не берут. Может, тебе пока найти что-нибудь попроще?
– Я – высококвалифицированный специалист, со знаниями, с опытом, с достижениями, – повернулся к ней Валентин, уже одетый в костюм – такой блистательный, собранный и деловитый – всем своим видом являясь наглядным подтверждением этих слов. – А если я буду целыми днями мести улицы или рубить мясо, то на моей дальнейшей карьере можно ставить большой жирный крест. Потому что я буду тупым и уставшим. А если узнает кто-нибудь из моих потенциальных работодателей…
Он вышел из спальни, Лида последовала за ним.
– Почему сразу мести улицы? Можно найти что-то умственное, – настаивала она.
– Например, писать лентяям курсовые или дипломы, – предположил он, обуваясь.
Она согласно кивнула. Валентин надел куртку.
– Я буду сутками сидеть за компьютером за очень небольшие деньги. Знаю, этим я тоже занимался.
– Ты мог бы заняться репетиторством, – не отставала Лида.
От такой перспективы Валентин с деланным ужасом закатил глаза.
Лида грустно вздохнула.
Он обнял ее, сказал очень мягко:
– Лидушка, милая, я понимаю, что тебе нелегко. Потерпи, пожалуйста. Поверь, что устраиваться на работу сложнее и тяжелее, чем работать. Усилий столько же, нервов больше, а доходов никаких, одни расходы. Все, я пошел.
– Сегодня обещали резкое похолодание. Надень куртку потеплее.
Валентин, уже открывший дверь, ответил на ходу:
– Теплее ничего нет.
– Как это нет? – удивилась Лида. – У тебя же есть теплая куртка!
– Уже нет, – быстро сказал он, собираясь уйти.
– Куда ты ее дел? Хоть свитер надень!
– Тогда можно вообще не ездить.
– Неужели им одежда важнее человека!
Валентин укоризненно посмотрел на жену: снова объяснять?
– Молчу, молчу, – сказала она грустно.
– Не переживай, я поеду на такси. В счет будущих доходов.
Лида в отчаянии смотрела ему вслед: сильное похолодание, легкая куртка…
К вечеру действительно резко похолодало, несмотря на приближение весны. Лида поставила на плиту чайник, потрогала кастрюльку с ужином: еще теплая.
Услышала, как поворачивается ключ в замке, поспешила в прихожую.
Валентин, весь промерзший, буквально падающий с ног от усталости, ввалился, снял куртку, обувь.
– Замерз? – спросила она, хотя это было понятно и без вопросов. – Такая погода…
– Да, пешком шел. Автобусы там не ходят.
– А такси?
– Какое такси? Они меня не взяли.
– А почему же ты так долго…
– Сначала взяли, показали офис, дали задание. А потом директор захотел пообщаться с моим бывшим работодателем…
– И что? – спросила Лида, уже догадываясь, каким будет ответ.
– Пообщался, – пожал плечами Валентин. – Я сейчас под горячий душ, а ты мне чаю горячего, ладно? Еще не хватало опять бронхитом заболеть.
Он все-таки заболел. Лежал в постели с высокой температурой. Лида смотрела, как врач, полноватый, пожилой, серьезный, выписывал рецепт.
– Бронхит? – спросила она у врача.
– К сожалению, не бронхит, – спокойно ответил врач.
– К сожалению? – переспросила она.
– Двусторонняя пневмония. Желательно в больницу.
Лида огорчилась, умоляюще глядя на врача:
– Может, можно без больницы? Мне сложно будет ездить к нему каждый день по такой погоде.
Врач покосился на ее большой живот.
– А зачем вам ездить каждый день?
– Как это, зачем? У меня родители часто в больницах лежали и…
– Вы сможете обеспечить лечение на дому? Ему нужно колоть антибиотики четыре раза в сутки, по часам. Найдете медсестру?
– Я сама могу.
Врач подал ей листок:
– Вот назначение.
Лида проводила врача, вернулась в спальню, деловитая и сосредоточенная. Валентин виновато смотрел на нее.
Лида полезла в шифоньер, достала кое-какие припрятанные там деньги, небольшой запас на всякий случай, пересчитала: на лечение должно хватить.
– Новые расходы? – виновато спросил Валентин.
– Да, такси обошлось бы дешевле, – спокойно ответила она.
– Ты правда умеешь делать уколы?
– Я все умею, – заверила его Лида.
– Ты просто чудо.
– Я знаю.
Валентин приподнялся в постели, произнес с трудом, тяжело дыша и кашляя:
– Прости меня, пожалуйста. Выздоровею, устроюсь на работу, заработаю кучу денег, для тебя.
Лида подошла к нему, уложила, укрыла одеялом:
– У меня планы поскромнее. Сейчас схожу в аптеку и буду тебя лечить.
На улице было холодно и скользко. Лида медленно и осторожно переставляла ноги, стараясь не поскользнуться. Из здания напротив, где располагалась фирма, вышла Вика с папкой в руке, направилась было к припаркованной возле здания машине, но заметила Лиду и остановилась, наблюдая, как та переходит улицу. Секретарша прошла мимо машины и направилась к Лиде.
Лида осторожно шла по тротуару, поскользнулась немного, но равновесие удержала. Вика подошла к ней:
– Чего тебе дома не сидится?
Лида остановилась.
– Я в аптеку, – объяснила она.
– А муж на что? – спросила Вика.
– Он болеет.
– А, ну да, конечно.
– Он правда болеет. Пневмония. Врач сказал.
– Поздравляю со счастливой семейной жизнью, – усмехнулась Вика.
– А я действительно счастлива, – искренне ответила Лида. – Мне есть, кого любить и о ком заботиться. Одиночества я боюсь больше, чем временных трудностей.
– Временных? Ну, ты оптимистка. Ты с ним еще намучаешься. Зачем ты ему? Немолодая, не красавица, с чужим ребенком. Он – молод, красив, умен. Ты для него так, временное пристанище, пока ему деваться некуда. А как только у него заведутся денежки…
– Думаешь, заведутся? – с надеждой уточнила Лида.
– Конечно. Он же классный специалист. Профи. Это же он развил фирму Данилина. Только эта история ему напортила, точнее Данилин. Всем растрепал, что из-за Валентина кучу денег потерял. Вот многие от него и шарахаются. Но Валентин такой… настойчивый, просто одержимый! Своего добьется. Один раз уже начинал с нуля. Когда он сюда приехал, у него вообще ничего не было. Сам заработал: и квартиру, и машину…
Вика запнулась: больно вспоминать об утерянном: нет теперь ни квартиры, ни машины.
Лида просияла: Валентин добьется успеха – это главное.
– Вика, спасибо тебе огромное! – воскликнула она.
Секретарша в недоумении посмотрела на Лиду:
– Ты-то чему радуешься? – и пошла к машине, бормоча себе под нос:
– Вот дура! – обернулась, посмотрела, как Лида осторожно ступает по скользкому тротуару, громко посоветовала:
– Смотри, не шлепнись.
– Не шлепнусь, – радостно откликнулась Лида, сосредоточенно глядя себе под ноги. – Мне нельзя.
14. Человек в телогрейке с драгоценной ношей
Лида помешивала овощи на большой сковороде. В кухню вошел Валентин, выздоравливающий, но еще бледный и слабый.
– Сейчас доготовлю ужин, потом вызову «Скорую», – деловито сообщила ему Лида.
– Зачем? – не понял он. – Решила отправить меня в больницу? Я уже почти здоровый.
– У меня схватки начались, – пояснила спокойная Лида.
Валентин недоверчиво посмотрел на нее:
– Ты что-то путаешь. Когда схватки, кричат.
– Кричать я буду в роддоме, – пообещала Лида.
Она подошла к шкафу, открыла дверцы, показывая на запас продуктов:
– Продукты есть, на неделю хватит. Вот здесь сахар, макароны… В холодильнике суп. Если вдруг что-то будет нужно, попроси соседку бабу Машу, из квартиры напротив. Что ты так на меня смотришь?
– Я собирался стоять под окнами роддома, – расстроено сказал он.
– Нет, ты не будешь стоять ни под какими окнами. У тебя свидание с хорошенькой брюнеткой.