Дети Великого Шторма. Трилогия
И еще он никак не мог забыть того, что случилось совсем недавно.
…Магусу хватило одного удара, чтобы обрубить остатки мачты. «Невеста» издала глухой рык, а сам он упал навзничь. Тут Эрдан вспомнил кое-что и похолодел.
– Веревки, быстро! – заорал корабел. – Немедленно!
Наверное, на миг к нему вернулся командный голос, потому что Унаги тотчас сиганул в трюм. Веревками, которые он принес, Эрдан связал магусу руки за спиной и ноги, а оторванным от собственной рубашки рукавом кое-как завязал глаза. Велин и Унаги оторопело за ним наблюдали, а потом целитель спросил неестественно спокойным голосом:
– Что ты делаешь, а?
– Сейчас вы все поймете, – ответил Эрдан, у которого от страха тряслись поджилки. Как же он мог забыть? Магус ведь предупредил его, что есть особые правила. «Заступница, да мы сейчас куда ближе к смерти, чем ночью!»
Лежащая на палубе фигура вздрогнула. Казалось, Кристобаль пришел в себя, но Эрдан не двинулся с места и знаком приказал остальным не шевелиться. Магус несколько раз дернулся, проверяя на прочность веревки, потом изловчился и встал на колени. Его голова была низко опущена, взъерошенные волосы закрыли лицо – и поэтому, когда раздался смех, они не сразу поняли, что смеется именно он.
Тихо, хрипло и зловеще.
– Догадался все-таки, – послышался глухой голос, совсем не похожий на Кристобаля. Эрдан попятился. – Отпусти! Отпусти меня сейчас же!
Убедившись, что никто его не слушает, магус – или то, что им овладело, – снова принялся терзать путы, но они оказались достаточно крепки. Он зарычал, дернулся и упал; волны нестерпимого жара пошли во все стороны – а потом его тело окутало красноватое марево, в котором посверкивали искры.
– Веревка… – прошептал Унаги.
Эрдан покачал головой:
– Он не может пережечь веревку. Его одежда тоже не горит, видишь? Сейчас… скоро все закончится…
И в самом деле, все закончилось. Но до этого магус успел пообещать сделать с ними много разных вещей и самыми интересными способами – от этого перечня даже невозмутимый Унаги побледнел, а на Велина и вовсе смотреть было страшно. Эрдан терпеливо ждал – и дождался. В горле магуса что-то заклокотало, он захрипел, несколько раз дернулся и затих. Огненное облако постепенно растворилось; мастер-корабел смог приблизиться к своему ученику и освободить его от пут, не боясь при этом сгореть заживо.
Унаги и Велин помогли перенести бесчувственного Кристобаля в каюту, а потом уставились на Эрдана. И он понял, что отложить объяснение на потом не удастся.
– Пламенная сущность Феникса должна все время гореть, – сказал он, тщательно подбирая слова. – А Кристобалю приходится изображать обычного человека, загоняя первопламя в глубины души, – это все равно что зрячему человеку постоянно ходить с повязкой на глазах. Огонь накапливается и ждет подходящего случая, чтобы вырваться на волю.
– Я еще не видел его таким, – недоверчиво пробормотал Унаги. – А ведь мы знакомы много лет.
– В этом все дело, – ответил Эрдан. – Первопламя живое и умеет ждать, но даже его терпение не бесконечно. Он ведь и раньше мог поджечь что-нибудь в пылу гнева? Только не врите мне.
– Случалось, да… – сказал Велин.
Унаги кивнул.
– Боюсь, это только начало. – Эрдан присел рядом с магусом и положил ладонь ему на лоб – кожа была влажной от пота и холодной. Казалось, что юноша в глубоком обмороке. – Ему нельзя все время притворяться. Надо что-то придумать, как-то ему помочь.
Велин заупрямился:
– Все равно я не могу никак взять в толк, что произошло. Я многих магусов видел – да, они отличаются от людей снаружи и изнутри, но не до такой же степени! Он выглядел… одержимым. Безумным. Ты что-то от нас скрываешь, мастер.
«Да, – подумал Эрдан. – Потому что это не мой секрет».
Целитель все прочел по лицу и, сердито фыркнув, ушел. Унаги последовал за ним…
Вздрогнув, Эрдан проснулся – он и не заметил, как задремал. Стоило шевельнуть ногой – и ее тотчас пронзили тысячи иголочек. Корабел, не сдержавшись, помянул кракена – приближался очередной шторм.
– Будет буря, и очень сильная, – послышался хриплый шепот Кристобаля.
Эрдан поднял голову и невольно вздрогнул: такого выражения лица он еще ни разу не видел у молодого магуса. Кристобаль, исхудавший и заросший многодневной щетиной, смотрел на него с испугом, который тщетно пытался скрыть.
– Тебе бы стоило попросить Велина, вдруг…
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
– что-то можно сделать~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~~~~~~~~~~ с твоим коленом~~~~~~
– Нет, – ответил Эрдан, стараясь говорить спокойно, хотя внутри у него все перевернулось от ужаса. – Многие пытались, но это следы… неудачного падения, которое случилось слишком давно. Как ты себя чувствуешь?
– бывало и получше~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~ кракен бы побрал эту ~~ грозу ~~~~~~
Магус сел и зажмурился.
– голова кругом идет… ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
– Как ты догадался, что меня нужно связать?
– Не знаю, – неуклюже солгал Эрдан. Кристобаль хмыкнул.
«Мог бы и предупредить, что тебе не вынести такой сильной боли без последствий», – подумал мастер-корабел.
– Откуда мне было знать, что она окажется настолько… – тотчас же начал феникс и осекся.
Эрдан сокрушенно вздохнул: все, хватит притворяться, что ничего особенного не происходит.
– Я… слышу твои мысли. Что со мной такое, Эрдан?~~~
– Не знаю, Кристобаль. Я ни разу за всю свою жизнь ничего подобного не…
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ЧТО со мной случилось?!~
Эрдан невольно подался назад и ощутил, как его захлестывает волна паники. А если Фейра сейчас опять превратится? Если вспыхнет всепожирающее пламя, которое не способен погасить даже бескрайний Океан? Он не хотел умирать, особенно так. Он хотел еще пожить – и разобраться в том чуде, которое по воле Светлой Эльги случилось у него на глазах, при его участии.
– Похоже, все действительно из-за грозы, – начал он и вынудил себя взглянуть Кристобалю прямо в глаза. «Смотри, смотри, старый идиот. Он доверился тебе. И что же ты с ним сделал? Превратил в чудовище…» – Точнее, из-за молнии. Она каким-то образом сплавила ваши с «Невестой ветра» чувства, а когда ты обрубил остаток мачты, все стало еще…
– Чувства, – повторил магус, и было заметно, что ему стоит немалых усилий говорить вслух. – Нет-нет, одним словом этого не передать. Дело не только в мыслях. Я смотрю на тебя, а вижу море и скалистый берег. И даже не берег, а остров целиком – мы у северной оконечности Рокэ, да? Да. Я рядом с ним – и над ним – и далеко от него, в тех морях, где успел побывать за последние несколько лет, во всех местах сразу.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ У меня в голове~~~
– и компас, и карта, и еще~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~~~~~~~ Шторм знает что. Я как будто~~~~
– стал одновременно рыбой и ~ ~ ~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~~~~~~ птицей ~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
Он посмотрел на свои руки и горько рассмеялся.
– Что же теперь будет, Эрдан?
Мастер-корабел некоторое время медлил с ответом. Он знал, что нужно сказать, но не мог поверить в собственные слова – и это было ужасно, потому что Кристобаль без усилий читал его мысли. Почему, кстати? Они ведь даже не заключили ~договор~, он не стал частью команды «Невесты ветра». Как же… Нет-нет, об этом он подумает потом. Сейчас нужно было собраться и внушить тому, кто сделался не просто частью команды, но частью корабля, что в случившемся нет ничего страшного, что жизнь продолжается, что…
– Давай разберемся вместе. – У него защемило в груди от жалости при виде надежды, вспыхнувшей в разноцветных глазах Кристобаля; он почувствовал себя так, словно постарел лет на двадцать. – Ты по-прежнему феникс, последний из рода Фейра, тот, в чьем сердце живет древний огонь. И ты навигатор этого прекрасного фрегата с изумрудно-зелеными парусами, и у тебя есть друзья, которые всегда готовы в нужный момент… сунуть руки в пламя. И впереди по-прежнему Океан. Он твой. Теперь – в большей степени, чем раньше.