Нетуристический Нижний (СИ)

— Обязательно покажу! — просиял страж. — Вот как в следующий раз придёшь, так и покажу! А теперь вот, забирай. Заберёшь ведь?
Страж сунул в руку Птицыну чёрный матовый шарик. Маленький совсем, по размерам — точно такой же, как в старых компьютерных мышках. И вообще похож, только чёрный.
— Это чего? — удивился Птицын.
— Так баба это. Девка, которую ты привёл, — удивился страж. — Она же спит пока.
Сначала Птицын усомнился в здравомыслии стража. «Спятил походу, бедолага! От переживаний!» — ужаснулся парень. Потом решил, что вряд ли. Скорее всего, это он чего-то не понимает. Говорить, поэтому, ничего не стал. Сунул шарик в карман, а в следующий миг оказался на дороге. И опять прямо на проезжей части.
  
Глава 27, в которой Птицын по большей части лежит
 
Алиса была довольна до невозможности. Тащила за спиной увесистый мешок с трофеями и болтала не переставая.
— Они меня обещали лишить возможности оборачиваться, представляете?! Хотели калекой сделать! Но я знала, что ты за мной придёшь, князь, и не беспокоилась. Я, правда, не думала, что так быстро. Думала — ну и ладно, простые же люди живут без второй ипостаси, и я смогу! Главное, что рано или поздно ты меня от них заберёшь. Я, правда, думала, что ты, Валера, не сможешь меня сейчас вытащить. Думала, придёшь через год или два, когда станешь сильнее, когда у тебя под рукой армия будет. А тут всего день! Я этот блокатор только два раза и выпила. Точнее, мне его два раза залили — я сопротивлялась! И потом бы всё равно сопротивлялась! Так что уже завтра, думаю, смогу оборачиваться. Зря я их не убила, надо было убить…
В общем, у девчонки была форменная истерика, и хорошо, что она проявлялась только в повышенной болтливости. Валерка слушал и поверить не мог. Ведь родное существо, и вот так наказать? Ни за что? «Действительно, напрасно я не дал ей его застрелить, — думал парень, — Нужно, нужно было вырезать всю эту семейку. Мрази!»
Компания брела по просёлочной дороге по стригинскому бору в сторону Оки. После короткого обсуждения решили, что так будет гораздо безопаснее. Вряд ли кого-то можно удивить странной компанией, благо упыри замаскировались. Но решили всё-таки поосторожнее — упыри по старой привычке скрываться, а у Валерки просто не было сил спорить, особенно после всего, что случилось после перехода.
Первое, что сделали спутники, оказавшись на той стороне, это настороженно обступили Птицына. Те, у кого было оружие — ещё и наставили его на парня.
— Ээ… вы чего? — спросил Валерка, плюхаясь в снег. И тут заметил на руках у Демьяна тушку пса. Полкан признаков жизни не подавал, и Птицын вспомнил, что не видел пса во время драки. — И что с Полканом?!
— Валера? Это точно ты? — осторожно спросила Алиса. Спутники чуть расслабились, но оружие пока не опускали.
— А кто ж ещё?! — удивился Птицын.
— Просто от тебя злом веет. Так, будто это не ты вовсе, а навий какой-то! — сказала Алиса, и остальные её поддержали.
— Да это вот, мне вернули, — выдохнул облегчённо Валерка, и подбросил на руке матовый чёрный шарик. — Не пришлась она ко двору на границе. Демьян, что с Полканом?
— Пострадал, бедолага, — облегчённо выдохнул упырь. — Мы с ним хорошо яломиште погоняли, но потом он подставился, бедолага, а я не успел вовремя подсобить. Подрали его, в общем, лисы. Но отойдёт, надеюсь, особенно, если крови дашь. Только не сейчас. Ты, княже, зря с этой штукой так вольно обращаешься. — Упырь кивнул на шарик. — Если я правильно понял, что это у тебя такое, оно может проснуться в любой момент. И особенно, если его вот так вот швырять. Оно… или она, сейчас спит, закуклилось. Если ты это разобьёшь — то проснётся. И да, кровью старайся на него не брызгать.
Птицын вспомнил, что его, вообще-то, тоже здорово подрали, что кровь с него так и продолжает сочиться, а вокруг не только упыри, которые, кажется, вполне себе неплохо борются с жаждой, но и куча вурдалаков, которым это так легко не удаётся. Правда, что удивительно, сейчас ребята Андрея Ивановича смотрели на него без особого вожделения, зато с плохо скрытой опаской.
 
Про «зло» пришлось объяснять подробнее, потому что не все были в курсе этой истории. Более-менее успокоились все только услышав всю историю. Андрей Иванович изумлённо качал головой.
— Вот уж не думал, что на нашей стороне такое водится! — протянул упырь, подытожив рассказ. Птицын едва сдержался, чтобы не хмыкнуть — он тоже не думал.
Идти, к слову, он всё-таки смог. Было довольно паршиво, даже после того, как раны кое-как перевязали, но при этом ему вполне удавалось переставлять ноги, и даже что-то там говорить… Не всё время, правда. Через реку его-таки несли, потому что там, конечно же, никаких тропинок не было, а по глубокому снегу Валерка по-прежнему безнадёжно отставал от всех своих спутников.
— Всё. Домой пора, — сказал Птицын, когда они с упырями, наконец, оказались возле их старого места. — Извините, ребят, я вас завтра переведу. Побудете пока на старом месте?
— Как же вы сейчас домой-то, Валерий? — удивился Андрей Иваныч. — В таком-то виде?
Вид действительно был так себе, не для такси. У него одежда порвана и в крови, какие-то неаккуратные повязки на теле, Алиса — в охотничьем костюме на голое тело, ещё и Полкан на руках у Демьяна обвис и едва шевелит хвостом. Да и сам Демьян изрядно потерял в элегантности.
— Да, что-то я плохо соображаю, — озадаченно протянул Птицын.
— Вот и оставайтесь пока здесь, друзья мои, — подытожил Андрей Иванович.
Птицын с тоской вспомнил тёплый дом в Ляхово, свежие простыни, горячий душ. «Придётся ещё подождать, — тяжко вздохнул парень. — Нам определённо нужна машина…» Он вдруг вспомнил, что убитые вампиры приезжали на своей. И она, вроде бы, оставалась под метромостом. «Была она, когда мы с колонками сюда приезжали, или нет?» Вспомнить никак не получалось — не до того тогда было. «А ведь, пожалуй, уже и не было, — рассуждал парень. — Значит, кто-то забрал. Увезли? Или эвакуировали?»
Мысль о злосчастной бэхе тревожила, вызывала подспудное беспокойство, но сил на то, чтобы разобраться в причинах тревоги уже не оставалось. «Я подумаю об этом завтра», — решил Птицын.
Гнездо вурдалаков, прежде такое уютное и даже где-то красивое, теперь выглядело печальным и покинутым. Даже поспать толком негде пристроиться — весь комфорт вурдалаки перетащили на ту сторону. Впрочем, Птицына это уже не беспокоило. Напоив бедного Полкана кровью, парень переоделся в любезно предложенную Демьяном одежду с собственного плеча:
— Бери-бери, князь, — велел упырь. — Я-то и голый не замёрзну, а вот ты в таких лохмотьях можешь и не проснуться больше!
Спорить не было сил, так что Птицын покладисто переоделся, свои оставив только штаны и ботинки — они во время драки почти не пострадали. После этого, наконец, пристроился в уголке на каких-то досках, обнял прижавшуюся Алису, — девчонка, наконец, успокоилась, — и мгновенно уснул.
«Пожара тут точно не будет, а в ином случае — хрен кто меня разбудит», — успел подумать парень прежде, чем заснуть.
Представления о своей способности игнорировать внешние раздражители Валерка явно переоценил. Никакого пожара не было. Проснулся он от грохота и криков, вскочил, бешено оглядываясь. Как раз для того, чтобы увидеть, как в подвал закатывается зелёный цилиндрик. Вспышку он ещё увидел, а вот взрыв осознать не успел — просто понял, что больше ничего не видит и не слышит. Кто-то сбил его подсечкой, в голову прилетел удар, и больше Птицын ничего не чувствовал и не осознавал.
Сначала пришёл звон в ушах. Потом — боль в голове. Такой дикой головной боли Птицыну переживать не доводилось. «Как будто киянкой по затылку двинули», — проползла мучительная мысль, а потом Валерка вспомнил, что действительно двинули. Только не киянкой, а прикладом, скорее всего. В тот момент он этого не осознал, а вот сейчас очень чётко вспомнил — светошумовую гранату в логово закинул кто-то массивный, в камуфляже и с автоматом.