Ведьма в аренду (СИ)
Так выходит все из-за нее! Элис прикусила губу и выплеснула все, что у нее осталось. Магия зашипела, коснувшись дыры на плече, от раны повалил темный дым. Ее сил было недостаточно, чтобы исцелить Лиона…
— Источник… мне нужен источник магии… — шептала Элис.
Если бы только она могла на секундочку перенестись в Башню, к храму богини… Озарение пришло внезапно: Орден Отступниц! Помнится, Зэн упоминал, что там есть собственный источник магии. Не такой мощный, как в Башне, но сейчас ее устроит любой.
— Господин Регар, помогите мне, пожалуйста, — попросила Элис. Она поднялась на ноги и вытянула руку, призывая швабру. — Я заберу его.
Регару такая затея явно не понравилась, однако ведьму это не слишком заботило. Главное — спасти Лиона. А опасения рыцарей подождут. Должно быть, ее лицо сделалось суровым: встретившись с Элис глазами, Регар, уже открывший рот, чтобы вступить в спор, передумал и, кивнув, склонился к Первому мечу.
У них получилось устроить Лиона на швабре впереди Элис. Вцепившись в него, ведьма прошептала заклинание, связав троих — себя, Лиона и Изольду — в одно целое — это единственное, что она смогла придумать, чтобы удержать их от падения.
— В Орден, Изольда, — скомандовала ведьма, и та послушно взмыла в небо. — Потерпи немного. Все будет хорошо, — шептала Элис, старательно прогоняя мысли о скором свидании с новым Главой Башни. Сперва она спасет Лиона.
***
Боль, терзавшая тело, постепенно затухла, уступив место знакомому теплу. Хотелось протянуть руку, ухватить ускользающий завиток огненной магии, которую он считал навсегда для себя потерянной. Мысли путались, ощущение утраты смешивалось с бурной радостью и облегчением.
— Достаточно, госпожа, теперь нужно лишь время, — тихий женский голос казался чужим и раздражающим. Сейчас Лиону хотелось слышать совсем другой.
— Я сама решу, когда будет достаточно! Вы все можете быть свободны!
Лиону хотелось приподнять тяжелые веки, чтобы убедиться: рядом с ним действительно его Элис, потому что властная интонация, с которой она ответила, никак не могла принадлежать той милой рыжеволосой ведьме, которую он знал. Но все, что у него вышло — пошевелить мизинцем. Мало. Ужасно мало для человека, который хочет схватить сидящую рядом с ним девушку и прижать к себе так сильно, чтобы их дыхание смешалось.
— Лион, — шепот над самым ухом заставил сердце учащенно забиться, а легкое касание губ принесло сладкий аромат лета. — Возвращайся ко мне. Пожалуйста.
«Никогда тебя не оставлю», — хотел ответить он, но губы непослушно молчали. Элис накрыла его лоб мягкими пальцами и что-то зашептала, убаюкивая и без того уставшее сознание. Лион не сопротивлялся. Он верил ей. И свет, постепенно оградивший его от остатков реальности, принес долгожданное успокоение.
Когда Лион пришел в себя, Элис рядом не оказалось. Какая-то женщина в темном балахоне дремала в кресле у его кровати. Комната, где его разместили, казалась совсем небольшой: единственной горящей у изголовья свечи хватало, чтобы обрисовать ее контуры. Плотные занавески в пол надежно закрывали стену, где предположительно находилось окно, поэтому определить время суток оказалось затруднительно.
По ощущениям, он проспал целую вечность — конечности затекли, а спина ныла от долгой неподвижности. Он попытался приподняться, но одеяло, которым его заботливо укутали, превратив в подобие гусеницы, за что-то зацепилось. Одно неловкое движение — и комнату заполнил звук бьющегося стекла.
Женщина, караулившая у кровати, тут же подхватилась, сонно обвела помутневшим взглядом вокруг и, наткнувшись на Лиона, изобразила такое удивление, словно перед ней был не идущий на поправку человек, а восставший мертвец.
— Ой, богинюшка! И впрямь очухался! — вместо приветствия запричитала она и, подскочив с кресла, бросилась к прямоугольнику двери.
Лион сел, потирая виски. Затем приблизил руки к глазам, задумчиво пошевелил пальцами. Как будто все было в порядке: тело наконец его слушалось, а в голове воцарилась ясность. В какой-то миг, словно что-то вспомнив, он схватился рукой за плечо и замер, прислушиваясь к ощущениям — боль отступила, а о полученном увечье напоминал разве что разорванный мундир.
— Пройдем с нами! — в дверном проеме возникли две высокие фигуры, за спинами которых маячила только что сбежавшая женщина.
— И вам здравствуйте, — собственный голос показался Лиону чересчур хриплым, однако больше, чем это, его поразила пренебрежительная интонация появившихся незнакомцев.
Даже если предположить, что они не знают, кто он, приказывать вот так, с порога — непростительное хамство. А хамства Лион не любил.
— Где Элис? — спросил он, с трудом выбираясь из постели.
— Госпожа Элис, — особо выделил первое слово один из здоровяков. — Она ожидает в тронном зале.
Смутные воспоминания потихоньку складывались воедино. Судя по всему, каким-то непостижимым образом он оказался в Ордене Отступниц. Он не сомневался: полученные в сражении с монстром Ущелья раны исцелила Элис. Почему же она прислала вместо себя двух хамоватых прислужников, а не пришла сама?
Чтобы понять, что происходит, нужно увидеться с ней лично. Поэтому Лион медленно размял конечности, примеряясь к ощущениям. Тело показалось слегка одеревенелым, но это и неудивительно после всего, что с ним произошло. Всего пару хороших тренировок — и он будет как новенький.
— Сперва нужно привести тебя в порядок, — бесцеремонно заметил один из гостей, придирчиво осмотрев Лиона с ног до головы. — Ты не можешь предстать перед госпожой в таком жутком виде. Эй, Бэт! Отмыть бы его хорошенько!
Лиону очень захотелось съездить по физиономии отступника: говорить в его присутствии о нем же, да еще и с таким пренебрежением, словно он — вещь — наглость, граничащая со слабоумием. Однако он сдержался. Глупо лезть в драку, не разобравшись в ситуации. Он на чужой территории, а значит, играть придется по чужим правилам.
— Благодарю за заботу, уважаемый, — Лион вложил в последнее слово столько презрения, сколько смог, — но я в состоянии привести себя в порядок без посторонней помощи. Буду благодарен за чистую одежду: моя немного пообносилась. Где здесь ванная комната?
Женщина, что привела стражников, указала ладонью в темный угол, и Лион смог рассмотреть невзрачную дверь, которую прежде не замечал.
— Благодарю, — сказал он и направился к ванной, игнорируя хмурые взгляды отступников.
— Долго там не засиживайся! — полетело ему в спину. — Госпожа ждать не любит!
«Когда это Элис стала такой нетерпеливой?» — подумал Лион. Она всего два дня, как в Ордене, а уже заполучила репутацию властной госпожи. Его рыжеволосое счастье полно сюрпризов.
Судя по оранжевым отблескам заката, сквозь окна залившим коридор неровными мазками, дело близилось к вечеру. Обстановка главной резиденции отступников удивляла изысканностью и дороговизной. Лион словно очутился в уменьшенном королевском дворце. Прежде он и не догадывался, как живут отступники. Их считали отбросами общества, а образ чудиков в темных балахонах стойко ассоциировался с трущобами и деревянными бараками вместо приличных домов. Откуда только взялось такое богатство?
Лион остановился у дверей, ведущих, как заявляли его сопровождающие, к тронному залу, чтобы перевести дыхание. Путешествие из одного крыла поместья в другое далось нелегко. Похоже, монстр Ущелья потрепал Лиона гораздо сильнее, чем представлялось.
Он поправил расшитую золотыми нитками изумрудную тунику, в которую его обрядили, в сотый раз мысленно обругав отступников за ужасающий выбор повседневной одежды. В подобные шелка обряжают наложниц, а не воинов. Однако это было лучше, чем расхаживать в изодранной форме, покрытой бурыми пятнами застывшей крови.
— Заходи уже, не стой в дверях! — один из отступников протиснулся вперед и, уверенно распахнув дверь, объявил: — Посетитель к госпоже Верховной Ведьме!