Ученица чародея (СИ)
- Во-первых, никаких денег я не принесла и новость вообще не о деньгах, а во-вторых, какие ещё суслики? У нас не водятся суслики.
- Ясно какие… Те, которые помогут ей получше сдружиться с Кларой. Очень полезные животные эти суслики, - ехидничает Эмма.
- Ничего не понимаю. Объясните по-человечески, при чём здесь Клара. Клара это та, которая дочь мэра, что ли?
- Да. Так вот, Клара организовала клуб, куда входят самые популярные девушки города. Мне совершенно необходимо туда вступить. Все члены клуба дважды в неделю обедают в резиденции мэра.
- И что? Там такой хороший повар? Мы тоже вполне неплохо готовим.
- Ты, сестрёнка, совсем отстала от жизни, - вновь встревает Эмма. - За своими щетками и тряпками совершенно ничего не замечаешь. Она же сохнет по мэрскому сынку, Александру. Вот и пользуется любой возможностью оказаться поближе к нему.
- Значит так! - оборвала я стрекот этих трещоток. - Тебе, Эля, нужны деньги на членский взнос в клуб, а тебе, Эмма, на маскарадный костюм, я правильно вас поняла? – дожидаюсь утвердительных кивков и продолжаю. – Так вот, вынуждена вас разочаровать: денег я не принесла, так что придется вам обойтись без этих, без сомнения, невероятно ценных вещей.
- Ну во-о-от! – звучат разочарованные возгласы. И когда сестры начали видеть во мне только человека, приносящего деньги?
- Лучше скажите, папа дома? – пытаюсь вернуть разговор в конструктивное русло. – Мне нужно с вами поговорить. И лучше, если при разговоре будет присутствовать вся семья.
- Он на заднем дворе. Опять возится со своими дурацкими деревяшками, - морщит изящный носик Эля.
- Вовсе они не дурацкие, - привычно одергиваю сестру. – Пойду позову его.
***
Отец действительно оказался на заднем дворе. Он сидел под навесом и, как обычно, что-то строгал.
- Над чем сегодня работаешь?
- О, Лия! – он сдвигает очки на кончик носа и смотрит на меня. - Не заметил, как ты пришла. Как дела?
- Полный порядок! Так что это? - киваю на деревяшку в его руках.
- Клоун, - показывает он игрушку. - Сегодня раскрашу и покрою лаком, а завтра снова попробую что-нибудь продать на городском рынке. Вон у меня сколько барахла накопилось, полный ящик. Может, хоть на этот раз что-нибудь купят. А если нет, пройдусь снова по лавкам. Вдруг кто из лавочников возьмётся продавать мой нехитрый товар. Вот ежели бы твои сестры хоть разок вышли на рынок, у них бы живо всё разобрали, а я, видишь, старый чурбан - под стать своим деревяшкам, ни предложить не могу как полагается, ни похвалить свой товар.
- Не расстраивайся, папочка, - обнимаю его покрепче и целую в небритую щёку. – С девочками я поговорю, попрошу завтра пойти с тобой. Они обе уже достаточно взрослые для того, чтобы помочь тебе с торговлей.
- Взрослые-то они, конечно, взрослые, но вряд ли пойдут. Эмка только и делает, что гоняется с мальчишками по оврагам, а у Эли кавалер какой-то новый на уме. Стесняются они. И меня, старого увальня, и на рынке с уличными торговками сидеть.
- Ох, папа! – беспомощно улыбаюсь я, понимая, что рычагов воздействия на сестёр у меня нет. – Тогда я постараюсь заглянуть завтра и помочь. Всё будет хорошо. У тебя наверняка что-нибудь купят. Иначе и быть не может! Ты ведь делаешь самые лучшие игрушки во всей округе.
- Мы оба знаем, что это не так, моя дорогая, - печально улыбаясь, он треплет меня по волосам. - После смерти твоей матери мои работы уже не те. Да и я уже не тот.
Как бы я ни хотела это отрицать, отец прав. После смерти мамы он стал каким-то потерянным. Исчез тот крепкий и весёлый человек, который катал меня на плечах и мог сделать из обычного куска дерева самую живую и веселую игрушку на свете. Сейчас его изделия, как и он сам, лишь бледная тень того, что было раньше. Хорошо хоть время от времени кто-нибудь заказывал у него пару стульев или тремпель. Эти небольшие подработки были хороши ещё и тем, что помогали отцу немного обрести почву под ногами.
- Папа, у меня потрясающие новости, - вспомнила я, зачем пришла. Да, новость и правда потрясёт кого захочешь. - Пойдём в дом, расскажу и тебе, и девочкам, чтобы не повторяться.
- Ох, милая! Только не говори, что тебя снова уволили. Такая новость устроит настоящую встряску нашему семейному бюджету.
- Нет-нет, ничего такого. Сейчас всё узнаешь!
Наконец, вся семья собралась в нашей крохотной гостиной. Эмма скучающе разглядывала свои обломанные ногти, Эля нетерпеливо поглядывала на часы, отец пронзал меня обеспокоенным взглядом.
- Итак, я собрала вас всех, чтобы сообщить невероятное известие, - выжидаю пару секунд для пущей драматичности и выпаливаю: – Атрей Морт берёт меня в ученицы!
- Что?! – в один голос спрашивают сёстры.
- Лия, ты уверена, что он берет тебя именно в ученицы? – с сомнением в голосе тянет отец. – Молодые девушки часто бывают... хмм, излишне доверчивы.
- Не может быть, чтобы он взялся тебя обучать! У тебя же нет абсолютно никаких магических способностей! - добавляет свою ложку дёгтя Эмма.
- Итак, сейчас всем отвечу по порядку. Отец, я действительно нужна ему в качестве ученицы. Нет, у него нет никаких преступных, нечистых, корыстных или каких-либо ещё нехороших намерений на мой счёт. И потом, я не являюсь обладательницей яркой внешности, а, уверена, ему по вкусу именно такие.
- Что ты такое говоришь, Лия! Ты у нас самая настоящая красавица, верно, девочки? – ох, папа! Всегда готов поддержать мою самооценку.
- Ну, я бы выбрала другое слово, но в целом, да... Ты, Лия, довольно симпатичная. Тебе бы только одеваться ярче, а ещё хорошо бы начать краситься, - добавляет Эля.
- Точно! Может, перестанешь быть похожей на серую мышь, - переходный возраст порой делает Эмму совершенно невыносимой.
- Большое спасибо! Я вас всех поняла, но заезжий чародей привык к столичным дамам, а не к неотёсанным провинциальным девицам. В общем, думаю, вы согласны, что господин Морт вряд ли жаждет затащить меня в постель. Он ведь едва смотрит на меня. Ну а если бы он хотел пустить меня на ингредиенты, то для этого не нужно было так утруждаться. Я часто хожу одна вечерами, один хороший удар по голове и новая жертва у него в кармане. Или в подвале. Где там он их держит…
- Фу, Лия, что за мещанский юмор, - Эля состроила такое лицо, словно учуяла что-то дурно пахнущее и ее тонкая душевная организация не в силах этого вынести.
- Погоди, Элька, потом будешь строить из себя светскую львицу! - замахала руками Эмма. - Я вот что хочу узнать, Лия: как он тебя обучать будет, если ты в магии совершенно ничего не понимаешь? Да, пару лет назад у тебя был этот странный бзик, сидела в библиотеке, читала о колдовских штуках всяких, но это не делает тебя талантливой магиней… Магессой? Магичкой? В общем, колдуньей, - окончательно путается в словах, но не позволяет себе сбиться с намеченного курса, сестра.
- Ну да, Эмма, ты права, я никогда не проявляла особого таланта к колдовству. Не могу сказать, что изменилось, но господин Морт нашёл во мне определенные задатки и хочет заняться моим обучением.
- Ага, то есть ни с того ни с сего у тебя обнаружились колдовские способности. Ну ладно, мне, в общем-то, без разницы, главное, чтобы он тебя не выгнал через неделю.
- Вот на этот случай и нужен договор, который мы завтра подпишем. Это, во-первых, а во-вторых, господин Морт не идиот, разумеется, он провёл магическую проверку и установил, что у меня действительно есть колдовской дар.
- Лия, я, конечно, понимаю, что ты очень взрослая и сама можешь за себя решать, тем более, что после смерти твоей мамы ты взяла на себя многое в нашей семье, даже слишком многое, - путано начинает отец. - Тем не менее, я хотел бы поговорить с этим твоим господином Мортом.
- И я хотела бы поговорить с тобой, - вклинилась Эля, краснея от нетерпения и вскакивая с места. - Очень хочется спросить, как ты можешь быть такой эгоисткой, Лия?