Последний Эсхатон (СИ)

— Какая ещё Земля может быть в пространстве? Нет ещё одной Земли. Ты снова говоришь неправду, я знаю.
— Есть ли красная пирамида под толщей того океана, откуда родом твоя мать? — отчаялась Эмелис.
— Да. Под красной водой. Мать живет как раз под этой пирамидой уже много времени. Она жила там даже до создания семени с моим зачатком. Даже до того, как океаны этой планеты стали красными.
Страшно поверить в то, что обе команды исследователей Эсхатона, проведя в нём так много времени, постоянно находилась над неизвестным существом. Впрочем, откуда им было знать о том, что прямо под их ногами кто-то находится? Это пугающее обстоятельство. Особенно пока Эмелис находится в таком тяжелом состоянии. Особенно пока существо загадочно опустило свою верхнюю часть бесформенного тела, как бы наклоняясь к девушке.
— Ты была в той пирамиде. Ты видела первородную мать? — первую фразу существо сказало со всё той же уверенностью. А вот вторую фразу оно произнесло уже с вопросом.
— Я не видела… — растерялась Эмелис.
— Ты не могла не увидеть первородную мать! — закричало создание настолько сильно, что с потолка грота прямо в озеро посыпались небольшие камни, а уши Эмелис ненадолго заложило.
Существо шевелило своими отростками, а биомасса под ногами девушки начала становиться всё менее и менее твердой, становясь всё более и более вязкой.
— Я была в пирамиде, но я была там за другой вещью!
— Да? Какой же? — заинтересованно спросило существо. Вязкость биомассы утратилась.
Девушка подумала о том, что можно говорить этому созданию, и что нельзя. Но сразу же осознала свою ошибку.
— Вечное сердце, так? Вот что из себя представляет артефакт внутри тебя…
— Да… первородный артефакт.
— Это странно и интересно. Я смогу вернуться к своей матери и помочь ей, если я использую силу твоего Вечного сердца. Ты ведь поделишься ей? Поделишься, так?
«Вот к чему это всё клонит» — пронеслась мысль. Она просто будет пытаться думать о других вещах. Существо что-то проворчало подозрительно, и тогда Эмелис решила отвлечь существо, показав ему космос, надеясь, что это поможет ей.
Она представила себе бескрайний космос, наполненный огромным количеством сияющих звезд. Она вспомнила, как они с отцом, когда она была ещё совсем маленькая, любили разглядывать ночное небо и соединять звезды в рисунки. С Седьмой станции, места её рождения, всегда можно было наблюдать за бескрайним океаном многочисленных звезд и галактик, ведь там располагалась самая большая общественная обсерватория. В детстве звезды казались ещё более сияющими и светлыми, чем сейчас. Более многочисленными и яркими. Более живыми. Более настоящими. Но все они медленно погибают.
Но ещё можно было вернуть первозданный вид того космоса, того искреннего космоса, который Эмелис видела ещё ребенком.
Она прочувствовала, что внутри неё вновь начало искриться божественностью Вечное сердце. Оно проснулось, и Эмелис ощутила огромный прилив сил. Раны на теле уже не доставляли прошлой боли. По-настоящему начали болеть внутренние органы, ошеломленные новой активизацией Вечного сердца.
Однако Вечное сердце вновь затухло, и Эмелис снова поникла.
— Я почувствовал это. Демонстрация меня завлекла. Теперь я лишь ещё больше хочу, чтобы ты поделилась со мной Вечным сердцем, Эмелис.
— Я не могу. У Вечного сердца есть более важная миссия. К тому же вне моего тела…
Существо вскрикнуло, прервав Эмелис на полуслове.
— Я! Я буду его новым телом! Тогда я обязательно помогу культивировать Землю своей матери!
— Нет, нет, это невозможно!..
Но существо не слушало. По-настоящему на это создание произвело впечатление ощущение именно тех чувств, что Эмелис ощутила во время пробуждения Вечного сердца. Воспоминания Эмелис об океане звезд его совсем не интересовали. Возможно, заинтересовали бы, если бы первородный артефакт не перекрыл мысленный поток девушки, внезапно проснувшись, и вмиг заснув.
Все пришло в движение. Биомасса схватила ноги Эмелис, и прочно держала её так, чтобы она не могла убежать. Затем из биомассы выросли щупальца, которые собирались захватить девушку, и подвесить её в воздухе. Но этого сделать им не удавалось, ведь биомасса под ногами уже прочно поглотило её ноги до колен, не позволяя щупальцам её вытащить. Возник эдакий конфликт систем, который не могло предполагать даже само существо.
 
Девушку тянуло во все стороны. Раны на туловище вновь открылись, ведь так и не были залечены, и из-за растяжения и отсутствия швов из них вновь потекли струйки крови.
— Хорошо! Я отдам тебе сердце! Но мне нужно достать его специальным инструментом, который есть только на корабле! — слукавила Эмелис, произнеся эти слова совершенно произвольно, ведь всё её мысли в данный момент были пронизаны одной только болью.
Существо не различило лжи, и внезапно и биомасса под ногами, и щупальца из биомассы её отпустили одновременно. Затем другое, очень длинное щупальце подхватило девушку, обвив всё её тело. Оно потянуло Эмелис к висящему у потолка грота «Разрыву».
— Направляй своими мыслями все дальнейшие действия моих рук, — произнесло создание, над которым и висел корабль.
Сверху существо выглядело как пасть большого червя, разрезанная вдоль, и наполненная такими же червями, как и оно само, но более меньшим размером.
Эмелис мысленно открыла герметичную дверь корабля, и наяву её открыл один из отростков существа. Она представила, как щупальце ослабляет свою хватку и отпускает Эмелис внутрь корабля. Но существо не попалось на такую уловку, и продолжило держать её в своих «руках».
— Я так ничего не смогу сделать!
— Направляй действия моих рук, — повторило создание.
— Кораблю нужна энергия, и без энергии корабля я не смогу достать из себя Вечное сердце. Ты можешь дать хоть немного заряда?
— Заряд? Электричество. Я могу провести импульс по моей системе, — спросило и утвердило существо.
— Но дверь нужно закрыть. Иначе ничего не получится.
— Ты обманываешь, обманываешь меня.
В области раны стало ещё больнее, и теперь Эмелис не могла связать и двух слов. Уже в мыслях девушка ответила: «Нет, не обманываю»
— Если ты мне лжешь, ты умрешь.
«Я так или иначе умру, если ты мне не поможешь, и не сделаешь так, как я велю. Мне становится хуже».
На этот раз существо поверило. Эмелис действительно было адски больно, но она старалась держать своё сознание в трезвом состоянии. Существо читало и распознавало каждую её мысль. Мысли о боли девушки, скорее всего, делали больно и ему самому, если это существо вообще могло испытывать боль.
Герметичная дверь закрылась, а перед этим щупальце отпустило девушку на теплый пол «Разрыва», снаружи захваченного биомассой. Сперва-наперво она воткнула в себя шприц с вакциной, который мог бы предотвратить некоторые пагубные процессы внутри её ран, а далее ввела в костюм протокол заживления повреждений, при котором костюм мог бы пожертвовать частью своей внутренней энергии для заживления ран его носителя. Эмелис почувствовала маленькие удары электричества в области живота, что значило то, что процесс заживления начался. Существо снаружи вопросительно молчало, не понимая, зачем Эмелис делала все эти вещи.
Она поспешила сесть за капитанское кресло, и включить накопительные генераторы, что могли извлечь энергию из внешней среды. В ту же секунду по всему кораблю прошлась продолжительная волна электричества. «Разрыв» озарился ярким светом, в котором и без того было светло из-за сияния биомассы. Это означало, что генераторы начали преобразовывать внешнее электричество в электроэнергию для корабля, отправляемое существом. Этой энергии хватило бы на целых два диса. Однако сейчас дис был невозможен, ведь часть биомассы, судя по всему, проникла в двигатели корабля, и случайно забило их собой.
Существо просекло неладное. Эмелис пришлось действовать.
— Я жду пять секунд. Если ты не достанешь сердце…
Но существо договорить не успело. Эмелис активировала тяговые двигатели, и корабль наклонился своим главным оружием прямо в существо, выстрелив одним снарядом диса. Мгновенно из этой реальности исчезла большая часть существа. Она хотела активировать дополнительные орудия, что работали на генераторах, но поняла, что это уже будет лишним.