"Фантастика 2023-74". Компиляция. Книги 1-13 (СИ)

– Вот эта женщина больше похожа на Ночь. – Глава дружины ткнул пальцем во второй снимок, тот, что был распечатан на принтере.
– И на том и на том изображена Шенна О’Фейд, – прокомментировал Роннан. – На первом снимке она сразу после прибытия в Россию – его сделал один репортер. Второй нам сделали маги-техники. Мы заказывали им сделать фотографию Ночи. Они сделали. Люди, которые близко общались с Шенной О’Фейд, определили, что на обеих фотографиях сняла одна и та же женщина. Но это, впрочем, видно и так. Некоторые отличия во внешности легко объяснить…
– Ты продолжаешь проверять то, что нам сообщила Кайндел насчет новой жизни Ночи? – спросил Один.
– Доверяй, но проверяй. Тем более что лояльность Кайндел, как ни крути, под большим вопросом… Врага необходимо знать в лицо. Или хотя бы по имени.
– Я не спорю, что надо. Однако тот факт, что Ночь все-таки жива, никто не подвергает сомнению. Несмотря на то что большинство из нас видело ее мертвой.
– Вот эта женщина очень похожа на Ночь. Хотя и не она.
– Еще бы, похожа. Тело испытывает влияние духа не менее, чем дух – тела. Даже, пожалуй, более… Теперь координатор Алого Круга выглядит совсем иначе, чем прежде.
– Оставите мне фотографию? – спросил Владимир и аккуратно свернул помятый листок, спрятал под одежду. – Врага действительно надо знать в лицо. Шоб не ошибиться.
Самые разумные девушки, разбежавшиеся и попрятавшиеся от магии где попало (с неразумными сейчас занимались врачи), выбирались из закутков и начали прибираться в замке. Кто-то уже причитал над разрушенным и сгоревшим домиком – вместе со стенами, само собой, пропала мебель, погибло имущество – все, от одежды до милых сердцу мелочей. Одна из девушек, критически разглядывая стену в подпалинах и бурых потеках, решительно и на весь замок заявила:
– А вот там я ничего оттирать не буду!
Почему-то ее замечание вызвало огромный интерес к замковой стене. Мужчины взбирались на балюстраду, вытягивали шеи, кто-то по пояс высунулся из бойницы и высовывался бы еще сильнее, если б ему не пообещали, что его кровь со стен и булыжников тоже никто оттирать не станет. Почему-то дружинников больше всего интересовало, чья это кровь расплылась по побелке на такой высоте – кого-то из своих или адепта Алого Круга. Впрочем, их состояние можно понять, нападение было из тех, что способны повергнуть в шок даже закаленных мужчин. Тем более что к жизни под постоянной опасностью нападения, периодически из вероятности превращающейся в реальность, вообще трудно привыкнуть. После случившегося выборжцы просто не знали, за что браться.
У оэсэновцев были свои заботы. Нужно было внимательно осмотреть подвалы и нижние этажи донжона, чтоб убедиться – никаких опасных сюрпризов воины Круга после себя не оставили. Надо было отогнать собственные автомобили в сторону от замкового моста, чтоб дать дорогу другим машинам. Надо было позаботиться о своих раненых и решить, что делать дальше, а также как помочь выборгским союзникам.
– Много у нас убитых? – спросил Один у Роннана.
– Пятеро. Считая двух курсантов. Еще одного уже повезли на базу, в реанимацию. Надеюсь, довезут живым.
– Курсанта?
– Нет, бойца. Тот обожженный курсант, о котором говорил Эйв, продержится и без срочной реанимации.
– Разве реанимация бывает несрочной? – усмехнулся глава ОСН. – Ладно, дел у нас и без того предостаточно – скомандуй нашим, чтоб собирались в обратный путь. Ужинать будем дома.
– Нет, ребята, посидите у нас, – устало возразил Владимир. – На нас напали, когда обед был уже почти готов, так что достаточно будет просто картошки покрошить, ну и мяса вытащить с ледника – и будет нормальный ужин. Опять же я хотел бы кое-что обсудить с вами, ну по поводу взаимодействия. С нас поставки продуктов, с вас… Ну, в общем, много что хотелось бы обсудить. Раз уж такой случай…
– Мне, пожалуй, тоже есть о чем с тобой поговорить, – раздумчиво произнес Один. – Позволишь на ты, да?.. Я вот о чем подумывал. Выборг – это перевалочная станция между Финляндией и Петербургом, и полагаю, как раз настало время налаживать контакты. Многое из того, что могут нам предложить соседи, возможно, спасет жизни наших людей, облегчит нам устройство нового мира, ну и им окажется небесполезно. Разумеется, тут твои молодцы будут очень даже в тему. Ты, конечно, понимаешь…
 
– Разумеется. Роль пограничников – не хуже и не лучше всех прочих, – усмехнулся Владимир.
– Дело не только в роли пограничников. – Один испытующе смотрел на собеседника. Роннан, нутром чувствовавший настроение своего друга и «начальства», быстро прогнал со двора всех, кто там околачивался, и двое «предводителей» остались в одиночестве. – Видишь ли, мы сейчас устраиваем магическую лабораторию… Ну понимаешь, исследование феномена магии и ее возможностей, ну и построение новых магических структур, от заклятий до артефактов и магических систем. Мои ребята здесь еще не обследовали каждый уголок, однако в Выборге уровень энергии на первый взгляд кажется вполне подходящим. Естественно, что лабораторию также надо будет охранять…
– Это понятно, – кивнул Владимир. – Когда-то же надо все это начинать. Может, и лучше, если не в самом Питере…
– Один, извини, что прерываю. – К главе ОСН через двор бежал Роннан. – Кажется, у нас ЧП.
– Что случилось?
– С новой базы пропали все пленники из Алого Круга. Те, которых мы захватили двадцать шестого июня. Сейчас там разбираются.
Глава Организации сузил глаза и смерил заместителя взглядом.
– Обнаружили, когда привезли туда раненого?
– Ну да, и тех пленных, которых захватили сегодня. Говорю же, сейчас разбираются.
– А где у нас Кайндел?
– На малой базе. Той, которая у Гусиных болот…
– Я помню. Так… – Один задумчиво разглядывал носки своих сапог. – В этом инциденте она явно не замешана.
– Получается, что так.
– А кто тогда?
Роннан лишь молча развел руками.
В помещении, где заперли Кайндел, с мебелью было сложно. Матрас лежал прямо на полу, ни одного стула, столик низенький, а сидеть предполагалось на узловатом обрубке бревна, неровном и со следами топора. Парни, которые привели ее сюда, не произнесли ни слова, а вот седоголовый мужик, который получасом позже принес ей одеяло и кашу в пластмассовой миске, выразил ей свое сочувствие.
– Ситуация сложная, понимаешь. Мебель сюда еще, считай, и не завезли. Хорошо хоть, тепло.
– И кормят, – пробормотала она, изучая бетонные, в пятнах старых водных потеков, стены.
Чувствовалось, что эти места «окультурили» сравнительно недавно, считанные дни назад провели здесь электричество, поэтому провода толком не уложили, они провисали над дверным проемом и в углах. Воздух даже в таком крошечном помещении, как то, в котором заперли девушку, не мог прогреть масляный радиатор, и, перетащив матрас поближе, она закуталась в одеяло и прижалась к нему спиной. И задремала.
Она не следила за временем, да и не могла этого делать – у нее отобрали и часы, и мобильный телефон, вообще все, что у нее лежало в карманах или висело на поясе. Забрали и ремень, и шнурки, которыми были зашнурованы высокие ботинки, – на это она отреагировала понимающей улыбкой. Несколько раз приносили еду, девушка съедала все до крошки и снова задремывала, потому что делать все равно было нечего, кроме как проситься в гальюн, а за время обучения на базе Организации недосып накопился. Она заставила себя не думать ни о чем, кроме самых насущных потребностей организма – поесть и поспать, и, может быть, помечтать немного, помедитировать, потому что от этого становилось легче. О собственном будущем и перспективах своей карьеры в ОСН она не думала вообще.
Потому что какие могли быть у нее перспективы?
Она выспалась, казалось, на год вперед, несмотря на промозглую сырость помещения, едва разгоняемую масляным радиатором. И, когда дверь открылась в неурочное время (а приблизительно определять, когда приносят еду, она уже успела), Кайндел не спала.