Заложница любви (СИ)

— Эй, — погладив Таню по руке, окликнула её Доритта. — Всё хорошо?
— Ты что-то говорила? Я задумалась.
— Я заметила, — снова засмеялась Доритта.
— Так когда он придёт?
— Хочешь, прямо сейчас? — Спросила Доритта.
— Нет! Не хочу!
— Ну… И кто из нас нормальный, а кто нет? Сначала спрашиваешь, потом говоришь "нет". Ты определись. А лучше. давай спасть. Завтра он придёт.
— А у тебя что, нет своей комнаты? — Спросила Таня.
— Почему нет, есть конечно. Но ты же пока одна не можешь. Тебе нужна помощь. Поэтому я пока буду жить здесь, вместе с тобой. Как только ты сможешь обходиться без посторонней помощи, я снова вернусь к себе. Вот ты неугомонная! Спи уже! Представляю, что будет, когда ты встанешь на ноги и окрепнешь, — хихикнула Доритта.
Так значит, её снова купили, думала Таня. Как вещь… Почему Эдон всё ей не рассказал? Завтра, как только он придет, она с него всё спросит и заставит объясниться. Для чего она ему? Зачем он платил за неё? Сделать своей любимой игрушкой или снова перепродать?! Таня уже ни в чем не была уверена.
Она ждала утра. Мысль о том, что она хотела увидеть Эдона, бесила её. Таня гнала её от себя как можно дальше. После того, что с ней произошло, ничего хорошего от лиц мужского пола она не ждала. Эдон, для неё, не был исключением. Наглый выскочка… Таким она его считала.
  
Глава 13
 
В Москве продолжались поиски Тани, которые не давали никаких результатов. Маргарита была в полном отчаянье. Винила себя в том, что не смогла настоять на своём и помешать Тане уехать. Нужно было тогда её посадить под замок, лишить всех средств связи… Но она должна была её помешать! Должна! Но… Не смогла. Своих детей у неё не было, а в этой девочке для неё был смысл жизни. Да, у Маргариты была работа и её она тоже очень любила. Но, Таня для неё была всем. А сейчас её нет рядом с ней и где она, никто не знает.
— Что же будет дальше? — Спросила она Владимира. Он не мог лукавить и говорил Маргарите всё, как есть.
— Маргарита, поисками Тани занимаются. Но…
— Но, что?
— Если по истечении определенного времени не будет положительных результатов, Таню объявят без вести пропавшей.
Слова Владимира были для Маргариты как вылитый ушат ледяной воды… Поищат, поищат и объявят без вести пропавшей… Какой ужас!
— Я вас прошу быть сильной! Опрошены все, с кем Таня контактировала, её преподаватели, одногруппники… Ничего. Про этого Макса, с которым Таня общалась, она рассказывала только вам. Проверены все рейсы, которые вылетали из России за последний месяц. Ни на один из них она не регистрировалась. Основания объявлять её в международный розыск отсутствуют. Проверены все больницы, морги — тоже ничего. Последнее — хорошо. У нас есть надежда, что Таня жива.
При мысли о том, что её могло уже не быть в живых, Маргарита схватилась за сердце и попятилась назад. Она жива! Жива! Иначе и быть не могло.
— Вам плохо? — Подхватив её под руку спросил Владимир, помог присесть.
— Всё в порядке. Налейте мне, пожалуйста, воды и передайте мою сумочку, — попросила она. Достав из сумки лекарства, Маргарита с жадностью запила его. — Да, вы правы. Не надо отчаиваться. Поиски ведь идут! И её обязательно найдут! По другому и быть не может!
— Вот, это верно! — Поспешил подбодрить её Владимир. — Узнаю свою Маргариту, — на этой фразе он осёкся, подумав что его куда-то понесло и он ляпнул лишнего. Хотя Владимир сейчас говорил чистую правду.
Познакомились они с Маргаритой двадцать лет назад. Она уже работала в детском доме, но была только заместителем директора. А он — обычным опером. В его дежурство он был направлен на выезд. В детском доме, она из сотрудниц не обнаружила у себя в сумке кошелёк с деньгами. Посчитала, что его у неё украли. Только потом, после долгих опросов и выяснений всех обстоятельств она вспомнила, забыла кошелёк дома. Тот выезд он запомнил на всю жизнь. И не потому, что он проторчал на нём целый день, а потому что именно на нём он познакомился с Маргаритой. Для него это была любовь с первого взгляда. Да и как иначе! Простая, не заносчивая… Жгучая брюнетка, с убранными в роскошный пучок волосами, глазами, похожими на два уголька. В момент их встречи на Маргарите было шифоновое платье нежно-голубого цвета, придававшее ей ещё большую утонченность.
 
Шли годы, а сказать ей о своей любви он так и не осмелился. Считал, что она относится к нему как другу. Думать так — это одно, а услышать… Не хотел он этого слышать. Поэтому и не заводил разговора на эту тему.
Таня уверенно шла на поправку. Доритта не отходила от неё ни на минуту, всегда была "под рукой". За тот месяц, пока Таня была прикована к постели, они с ней очень сдружились. Что-то было в ней такое… Родное… С чем это связано, Таня объяснить не могла. Но у них было очень много общего. Что одна, что вторая росла без родителей. У Тани была Маргарита, у Доритты — Эдон. Они с братом были как инь и янь. Доритта — девчонка хохотушка, Эдон — сдержан, молчалив. Когда он приходил проведать Таню, как таковой, диалог между ними отсутствовал. На уровне "привет", "пока", "всё ли у тебя хорошо". Но со слухом у него всё было в норме. После просьбы Тани не находиться в её комнате, когда приходит врач и делает ей перевязки, Эдон из неё удалялся с лёгкой улыбкой на лице. Такое его поведение вводило Таню в состояние тихого бешенства. Она считала, что эту мимику на лице он лепил специально, чтобы её зацепить.
И в этом она ничуть не ошибалась. Эдону нравилось её так "царапать".
— Слушай, — сказала Доритта, — а давай сегодня попробуем до кухни дойти. По комнате-то ты уже нормально бегаешь. Ммм? Доритта тоже очень сильно привязалась к Тане. Она стала для неё как сестра, которой у неё никогда не было.
— А кухня далеко? — Спросила Таня. Дальше комнаты она ещё не выходила и не знала где что…
— Если ты про то, надо ли до неё ехать, то нет — не надо. Всего навсего надо спустится вниз. Давай попробуем. Но сначала тебя одеть надо. Давай накинем халат.
Завернув Таню в тёплый махровый халат, обе направились на кухню.
Для Тани было очень интересно, что-же находится за дверью её комнаты. Её комната в этом крыле этажа была единственной. Как такового коридора, ведущего к лестнице, не было. Два шага и сразу винтовая лестница вниз. А внизу находилась гостиная. Тане казалось. что они спускались целую вечность. Осторожно переступая ногами со ступеньки на ступеньку, она внимательно осматривалась. Какой-то иной цветовой гаммы, которая бы отличалась от тех цветов, в которые была убрана её комната, она не заметила. Всё было светлым и воздушным. Наверно Доритта занималась дизайном, думала Таня. Но, никак не её братик. Если бы он выбирал тона, то наверняка бы всё было темным и мрачным, как он сам.
От приложенных усилий, чтобы добраться до кухни, у Тани выступила испарина.
— Давай, присаживайся, — сказала Доритта.
— А что ты собралась делать? — Поинтересовалась Таня.
— Ужин на носу, надо что-то приготовить. Эдон скоро будет.
— А ты что, сама готовишь? — Удивилась Таня.
— Нет, гномы приходят, — абсолютно спокойно ответила Доритта. После чего закатилась от громкого смеха.
— Прости, — забормотала Таня. — Я совсем не то имела ввиду. — Просто, я думала, что в таком большом доме есть прислуга.
— Она и есть, просто сегодня у неё выходной. Поэтому сегодня будем есть мою стряпню. Ты не против?
— Я… Нет конечно, — улыбнулась Таня. — У тебя есть телефон?
Доритта от такого вопроса напряглась. Телефон у неё был, но брат строго настрого приказал не давать ей телефон, если попросит. А перечить ему сестра не собиралась.
— Телефон только у Эдона, — сухо ответила она.
Таня понимала, что она лукавит, поэтому не унималась.
— Понимаешь, мне нужно позвонить, сказать где я и что со мной всё в порядке. Маргарита теперь сума сходит.
— Это твоя подруга? — Спросила Доритта.