В Хризолитовом круге (СИ)

— Вау, мама, это просто класс!!! — завопила Нелл.
Она стояла в облегающих её фигуру джинсах.
— Тихо, не шуми, — сказала Эйлин, на которую накатило вдохновение.
Она вновь сосредоточилась, и свитер Нелл превратился в уютную толстовку.
— Супер! Спасибо, мама! — и Нелли бросилась матери на шею.
— Что это за шум? — в комнате, как всегда незаметно, появился Торментир.
— Это-это тренировка! Тренировка в волшебстве! В самом модном волшебстве! — кричала Нелл.
Лидброт улыбался.
— Посмотрите, Солус, ваша ученица делает успехи. Вы можете гордиться ею.
Торментир мрачно смотрел то на Эйлин, то на Нелл, вопившую:
— Мама, мама — молодец!
Эйлин, увидев его взгляд, насмешливо произнесла:
— Нашей песенке конец!
— По-моему, вы должны были собраться в дорогу, — сурово произнёс Торментир.
— А вы, что — не должны? — разозлилась Эйлин. — Не вижу, чтобы вы укладывали в чемоданы носки, трусы, слюнявчики, а также бритвенный прибор и зубную щётку.
— А вдруг я не собирался бриться?
— А также расчёсываться, мыться и чистить зубы? — съязвила Эйлин.
Нелл зловредно захихикала.
У Торментира гневно раздулись ноздри, и он мгновенно извлёк из воздуха какой-то пакет.
— Если дело только за моими вещами — упаковывайте! — сказал он, бросая пакет Эйлин. Когда она поймала его, пакет издал какое-то бряканье.
— Вы уверены, что здесь всё, что нужно, Солус?
— Не беспокойтесь, — сухо произнес Торментир, уходя.
Эйлин держала пакет в руках.
— Сложить, не глядя, или все-таки проверить? Ведь лазить по чужим вещам нехорошо? Или не очень-то чужим? Ну, Ильманус, скажите, я его не слишком обидела?
— Думаю, Эйлин, его не так-то легко обидеть, — ответил Лидброт. — Вы и сами не обижайтесь. Он потом привыкнет к вам и вашим шуткам. И вы к нему привыкнете.
— Ну, не знаю, — с сомнением произнесла Нелл. — Он ведь может и в жабу какую-нибудь превратить. Что ты, мама, тогда будешь делать?
Эйлин ответила, сохраняя полнейшую серьёзность:
— Возможно, я на него громко квакну.
С этими словами она ушла упаковывать вещи дальше.
  
Глава 26. Чёрный Соглядатай
 
Для Эйлин ночь тянулась беспокойно. Она нервничала перед отъездом. Ворочаясь с боку на бок, она слышала сонное дыхание Нелли и Мелиса, по-прежнему спавшего возле сундука. Лидброт сидел в кресле и, казалось, дремал. Старая Зэм ночевала в крошечной пристройке за домом, наподобие веранды. «Интересно, эта веранда, наверное, тоже изнутри просторнее, чем снаружи», — думала Эйлин. Она никак не могла заснуть, прислушиваясь к ночным шорохам. «Стоп! А где Солус?», — пришло ей в голову. Недолго думая, она поднялась, натянула одежду и крадучись направилась в сад.
Эйлин всю жизнь прожила в большом городе и не питала любви к сельским домикам и палисадникам. В особенности она не любила эту идиллию в ночное время. Честно говоря, Эйлин с детства боялась темноты, и ночью среди деревьев ей стало совсем не по себе. И чего она потащилась сюда среди ночи? Неужели в ней говорит банальное бабье любопытство? Проходя между хризолитовыми яблонями, Эйлин ругала себя за ненужную деятельность.
Вдруг от ограды, возле которой густо рос кустарник, отделилась тёмная фигура и направилась прямиком к Эйлин. Ей стало страшно. Сейчас бы крикнуть, позвать на помощь, но язык словно прилип к нёбу, ноги онемели и приросли к месту. Ночь была ясная, лунная. Тёмная фигура приближалась. Эйлин заметила, что ноги этого существа не касаются земли, и оно словно плывёт над дорожкой. Паника окончательно охватила женщину, когда она поняла, что фигура не отбрасывает тени!
Тяжело, очень тяжело было сдвинуться с места. Тело Эйлин будто налилось свинцом. Она медленно-медленно протянула руку и отломила веточку с хризолитового дерева. И эта тонкая ветка придала ей сил. От кончиков пальцев, сжимающих ветку, тепло растеклось по всему телу Эйлин. Листья сейчас не светились таким тёплым золотисто-зелёным светом, как днём, по ним пробегали алые искорки. Страх понемногу отступил, и Эйлин почувствовала готовность бороться с незваным гостем, кто бы он ни был.
 
Существо приблизилось, но под яблони не заходило. Ожидание было для Эйлин невыносимо, и она подскочила к незнакомцу:
— Вон! Убирайся, откуда пришёл! — Эйлин с размаху хлестнула по тёмной фигуре яблоневой веткой.
Рука женщины прошла сквозь странное существо, рассекая его тело, словно дым или туман. Ветка вспыхнула, обжигая пальцы и сразу стекленея в них. Эйлин вскрикнула, но её голос потонул в том вое, который издала дымная фигура. Силуэт стал расползаться и таять, стекая чёрной лужей на траву.
— Что случилось?
К Эйлин уже подбегал Торментир, за ним спешили Лидброт и Зэм, а также сонные и растрёпанные Нелли и Мелис. Нервы Эйлин сдали, и она принялась истерически хохотать.
Оплавленная ветка упала на землю. Лидброт склонился над останками существа, пытаясь рассмотреть их в свете луны. Нелли и Мелис ошалело смотрели по сторонам. Зэм накинула на плечи Эйлин какой-то платок. Та понемногу успокоилась и более-менее связно рассказала о произошедшем. Лица магов стали озабоченными. Зэм и вовсе встревожилась:
— Ох, ну надо же! Чёрного Соглядатая послали! Да сильного какого! Как же он через зачарованную ограду прошёл?
— И правда, ведь кое-кто на ограду чары навёл, чтоб нас видно не было! Как же это чудище пролезло сюда? — сердито сказала Нелли.
— Меня больше волнует, как оно нас вообще нашло? — задумчиво произнесла Эйлин.
— Может быть, нас выдали? — продолжала гнуть своё Нелли. — Может, кто-то, вместо того, чтобы наводить защитные чары, сделал вовсе наоборот?
Торментир побледнел от сдерживаемого гнева:
— Насколько мне помнится, — ответил он. — Одна молодая особа вчера вечером пересекла зачарованную линию ограды, и этим вполне могла нас выдать, в особенности, если за домом следили.
— Но я же не нарочно! — воскликнула Нелл.
— Доченька, это не оправдание для того, чтобы обвинять в предательстве окружающих, тем более что, похоже, твой глупый поступок привлёк внимание шпиона! — сурово сказала Эйлин.
— Ну, мама, я же сказала, что я не нарочно! Да и вообще, что он мог нам сделать? Убить, что ли?
— Возможно, убивать он не стал бы, но обездвижить мог. А утром явились бы дружинники и забрали бы всех в тюрьму, — доброжелательно пояснил Лидброт.
— Но почему Соглядатай был именно около этого дома, а не какого-нибудь другого? — растерянно спросил Мелис.
— Ах, мальчик, наверное, Соглядатаи стоят везде, — отозвалась Зэм.
— Солус, — внезапно Эйлин повернулась к Торментиру. — Где вы были всё это время? В доме вас не было.
Торментир пожал плечами:
— Я обходил ограду, а потом зашёл в сарай, немного поколдовал над повозкой.
— Что вы с ней делали?
— С оградой или с повозкой? — насмешливо уточнил Торментир.
— Солус, поймите, я ни в чём вас не обвиняю, я только хочу понять, как Соглядатай прошёл сквозь ваши заклинания.
Лидброт прервал их пикировку:
— Я думаю, что, когда Нелли перешла вчера линию ограды, в ней образовалась брешь, и её оказалось достаточно, чтобы шпион мгновенно проник в сад. Солус восстановил нарушенные чары, но Соглядатай уже был в саду. Мы можем сейчас проверить, действуют ли защитные заклинания.
И старый волшебник решительно направился к заборчику, окружавшему сад. Торментир поспешил за ним.
— Ай-яй-яй! — покачала головой старая Зэм.
— Что? — не поняла Нелл.
— Нехорошо ты говоришь, — в голосе старухи ясно слышалось неодобрение. — Нельзя так. Как ты будешь бороться с Братством, если не доверяешь тем, кто должен охранять тебя?
— Нет, — слегка смутилась Нелл. — Я доверяю, я просто так сказала.
— Нелли, ты ничего не должна говорить просто так. Ведь ты обвинила Торментира, что он сдал нас Братству! — горячо вступился за Торментира Мелис.
— Вот тоже мне защитничек нашёлся! Никого я не обвиняла!