Грех и шоколад

Лица сидящих были мне знакомы – некоторые из завсегдатаев, казалось, вовсе не покидали эту пивнушку. Но тут взгляд мой дополз до противоположного конца стойки – и в животе взорвался фейерверк, а кувыркнувшийся желудок, похоже, вознамерился выпрыгнуть изо рта.
Грозовые синие глаза спокойно взирали на меня с потрясающе красивого лица, которое вдруг показалось мне слишком знакомым, хотя я впервые увидела его мельком лишь накануне. Мускулистые руки мужчины лежали на краю стойки, так что рубашка едва не лопалась на широких плечах. Огромная пятерня придерживала уже полупустую пинту «Гиннесса»; на боках его бокала белели идеальные кольца пены.
– Дерьмо, – выдохнула я.
Тело мое напряглось, точно собираясь бежать, но ноги приросли к полу. Дейзи была права. Он снова нашел меня.
Два стула по обе стороны незнакомца были отодвинуты, освобождая ему пространство. Стулья не пустовали, но ясно было, что мужчина тут сам по себе.
– Это тот парень, о котором ты говорил? – тихо спросила я Мика, не в силах оторвать взгляд от пристальных синих глаз.
Мик хрюкнул, что означало «да».
– Он какой угодно, только не жирный, Мик. Из тебя вышел бы кошмарный свидетель. Он давно здесь?
– Ч-черт п’бери. Я те ч-че, гребана нянька? П’ч-чем я зна.
– Приятно было поговорить, Мик, как всегда.
Мик фыркнул и отхлебнул пива.
Ко мне неторопливо подошел Лиам, древний-предревний бармен, не-маг, работающий тут испокон веков.
– «Гиннесс»? – спросил он.
Я поспешно замотала головой, потом одумалась. Зачем притворяться? Почему это я не могу выпить «Гиннесса»? Только потому что его предпочел незнакомец?
И зачем мне убегать? В обычный день я едва ли появилась бы здесь, и он никак не мог знать, что я приду. Я и сама этого не знала еще пару часов назад. Обычно я заскакивала в бар в пятницу или субботу, вечерком, когда тут тьма народу, зная, что Майлз обязательно будет присутствовать. Мне нравится давать ему возможность поздравить себя с тем, что дела у него идут лучше, чем у меня. Это меньшее, что я могу сделать в обмен на халяву.
В любом случае, бегство автоматически сделало бы меня в чем-то виноватой, а на этот раз мне даже не за что извиняться. Этот парень находился на моей территории, в месте, которое я лично выбрала для деградации, и я имела полное право упереться и стоять на своем. Повторюсь – это моя территория.
Кроме того, мне еще нужно вернуть ему одеяло.
– Я должна вести себя нормально, правильно? – спросила я Мика, все еще собираясь с духом, чтобы подойти к парню. Да, я имею полное право находиться здесь, но этот тяжелый властный взгляд любую девушку заставит призадуматься. – Я хожу сюда достаточно долго, чтобы заслужить собственное местечко. Ничего он не сможет со мной сделать.
– Че за хрен-н? – Мик отшатнулся, словно я отвесила ему пощечину. – О ч’м эт ты? Я тута, чт’б тих-ха выс’сать пару гребаных пинт.
Обычно мне нравилось, что Мик держится особняком и не лезет с праздной болтовней. Болтовня выматывает. Но теперь, когда мне нужен был слушатель и источник объективной критики, я чертовски пожалела о том, что он такой бирюк.
– Алексис? – Лиам все еще ждал заказа.
– Да. Пожалуйста. «Гиннесс». Эй, Лиам, а долго тут сидит вон тот парень?
Взгляд незнакомца обжигал, хотя по спине моей ползли ледяные мурашки. Если он и был потрясен или обрадован моим появлением в баре, он ничем это не выказал.
Лиам оглянулся – раз, другой.
– Это его вторая пинта.
И, не сказав больше ни слова, двинулся обратно к пустым кружкам.
Целый бар необщительных людей. Что, опять-таки, обычно я считала плюсом.
Но обычно мне не нужны ответы!
Если он пьет вторую пинту, то обосновался здесь еще до того, как я хотя бы вышла из дома. Что бы ни случилось вчера, сегодня он определенно не преследовал меня.
Мои напряженные плечи на миг расслабились. Это хорошие новости.
– Нет, этот стул никуда не годится, – я похлопала по перекошенной спинке. – И мне надо поговорить с ним, чтобы вернуть ему одеяло.
Мик меня проигнорировал. Загорелый парень по другую сторону сломанного стула обернулся, но взгляд его не задержался на мне.
 
– Правильно.
Решительно кивнув, я заставила ноги двигаться. Ситуацию нужно пресечь в зародыше!
Стараясь не обращать внимания на порхающих в животе бабочек, я двинулась вдоль ряда посетителей бара. Глаза незнакомца продолжали следить за мной, его пристальное внимание ложилось на меня тяжким грузом. Я с трудом дышала, не зная, эффект ли это его магической силы – или же ослепительной внешности.
При моем приближении незнакомец откинулся на спинку стула и уронил руку на бедро.
– Привет, – я остановилась за спиной сгорбленного седого старика с багровыми щеками заядлого пьянчуги.
Незнакомец уставился на меня – молча, без признаков узнавания.
Внезапно утратив всю уверенность, я легонько коснулась кончиками пальцев своей груди:
– Помнишь меня? Ну, вчера? Я та цыпочка, которую ты пытался переехать своим дивным «Феррари».
Сопровождавшая мою шутку улыбка ответной улыбки не дождалась.
– Да, – только и произнес он, и хрипловатый, странно чарующий голос омыл меня теплой волной.
Я задохнулась – и окаменела, ощутив, как этот жар червем проникает в меня.
Это не нормально. Парень, конечно, горяч и способен обжечь глаза, но я из тех девушек, которым нравится смотреть. И обычно у меня не возникает желания попробовать товар.
Но пока я стояла там, жар во мне разгорался, превращаясь в сжигающий нутро костер. Боль, пульсирующая, тянущая, толкала меня вперед, подначивая прикоснуться к истокам этого восхитительного чувства.
Видимо, это его магия. Похоже, в арсенале трюков красавчика – способность пробуждать желание или похоть. Обычно я способна противостоять таким приемчикам (что безмерно раздражало Майлза), но я никогда не сталкивалась с человеком, который вкладывал бы в подобные фокусы столько силы. Волна грозила захлестнуть меня.
– Отлично, вижу, ты не собираешься облегчать мне задачу. – Я глубоко вздохнула, усилием воли подавляя тупую пульсацию. – Так вот, слушай, то одеяло, которое ты подкинул… – В его глазах мелькнул наконец проблеск узнавания. Нет, это определенно был он. – Спасибо, конечно. Это было очень мило с твоей стороны. Но, боюсь, я – мы – не можем его принять. Это как-то слишком. Если ты побудешь тут еще немного, я сбегаю принесу его. Или… ты живешь где-то поблизости? Я могу занести…
– Оставь его себе, – проговорил он. В глазах его танцевали жгучие искры. – Я бы предпочел увидеть тебя под своим одеялом.
Голос его просто сочился сексом. Образы лоснящихся от пота мускулов и смятых простыней вторглись в мое сознание, останавливая дыхание. Яростная дрожь сотрясала пылающее изнутри тело, а бабочки в животе обернулись пчелиным роем. Его изучающий взгляд щекотал мои самые сокровенные уголки, вдруг потребовавшие удовлетворения.
Боже, надеюсь, я не поддамся этой жажде.
  
Глава 13
 
Алексис
 
На лице парня мелькнуло замешательство – как будто он не мог поверить, что сказал только что нечто настолько прямолинейное. Но я никак не могла сосредоточиться, чтобы интерпретировать выражение его лица – и отнюдь не из-за восхитительного желания, охватившего меня.
О да, этот мужчина обладал способностью внушать страсть. Страсть, похоть, томление… Мне нравилось ощущение – тянущее, толкающее, колющее, жгучее. Оно напоминало секс без контакта.
Но у этого вида магии имелся серьезный недостаток. Владеющие им полагались на свое волшебство, а не на мастерство. Множество эффектных наворотов без какой-либо солидной реальной основы. Результатом всегда было разочарование. Что поделаешь, жизнь жестока. Годам к двадцати пяти я хорошо усвоила этот урок.
Мечтай о малом.
Я открыла глаза, улыбаясь:
– Спасибо за предложение, но я пас. В любом случае, как я уже сказала, мне нужно знать, куда подвезти то одеяло. Я предложила бы отправить его по почте, но цены на доставку там просто возмутительные. Кроме того, мне не хотелось бы этого делать.