Сказка про попаданца 2 (СИ)
Мирный договор между Османской и Персидской Империями был подписан тридцатого марта 1546 года, за сутки до окончания перемирия. Похоже, персы именно к этому сроку и тянули. Османы сохранили за собой южную Индию от широты Гоа — бывшие владения Империи Тамилов; сохранили всю Аравию, весь свой военный флот и все деньги; в качестве компенсации персы отставили себе Эрбиль, Мосул и Ван.
Доступ к мусульманским святыням шиитам предоставили, но без права возводить шиитские мечети и собственные мадафы. В Мекке и Медине все мусульмане братья и не нужно усугублять отношения поселениями враждующих диаспор. Совершил хадж, приобщился благодати — давай, до свидания, езжай домой — чемодан, верблюд, караван.
Пропуск персидским торговцам через османские проливы тоже предоставили, так что выход в Средиземное море персы всё-таки сохранили, пусть и с Кавказа. Будет у них теперь интерес в строительстве Кавказской железной дороги, торговый маршрут ожидается очень оживлённый. Пусть морской транспорт и дёшев, но торговля с Европой вокруг Африки — это ещё и длительное, до полугода, время, на которое тормозится оборот капитала.
Железную дорогу Каир — Мешхед, решили начать строить уже в следующем, 1547-м, году, а пока накапливать материалы. Весь возврат «рельсового займа» Русского царства и королевства Западная Германия теперь пойдёт в этот проект. Да и не только возврат, одного его не хватит, рельсов понадобится много, на этом заработают и Белгород, и Дортмунд. В этой, «Османо-Персидской» железнодорожной концессии, Орден Священного Препуция получил долю в пятьдесят процентов, а Сулейман и Тахмасп по двадцать пять.
От общего банка и общей валюты все снова отказались, но это даже к лучшему. Обозначились два круга — свой близкий родственный и партнёрский. Свои на партнёрах должны зарабатывать — это правильно, это справедливо. Всё равно без «чалько» теперь никто не обойдётся, резервные фонды понадобятся всем, одним наличным золотом стабильность валюты не обеспечишь.
В начале апреля 1546 года, коллеги-императоры отправили работать своих канцлеров, великих визирей и премьер-министров, а сами остались погостить ещё. Погостить, поучиться пилотированию самолётов и управлению автомобилями. Автомобили «Тойота Русь» и самолёты «Боинг Ворон» Савелий подарил всем, но сразу с условием, что управлять ими коллеги-императоры научатся сами. Идея этой акции простая — если автомобили и самолёты понравятся, а они не могут не понравиться, умным людям-монархам, то это станет самой лучшей рекламой из всех возможных. Снимем об этом один полнометражный документальный рекламный фильм, и покатим его по всему миру. Ещё и денег на этой рекламе обязательно заработаем. Много заработаем — ведь в главных ролях снимаются такие люди…
В июне, на Олимпийском стадионе Тауантинсуйу, прошёл первый Чемпионат мира по футболу. Участие приняли двенадцать команд: Северная, Южная, Европейская и Африканская Инки; королевство Западная Германия; китайская Империя д’Альбре; Русская Империя; русское имперское владение Британия; Османская, Персидская, Чосонская и Дайвьетская Империи.
Четыре группы по три команды, победители групп встречались в полуфинале, а победители полуфиналов разыграли титул первого чемпиона. Очень неожиданно для Савелия, в финале сыграли Европейская Инка и Западная Германия, обыгравшие в полуфиналах Британию и Южную Инку. То есть, неожиданностью стала команда Западной Германии, основу которой составили баски и гасконцы из герцогства д’Альбре. Наши баски, не пригодившиеся Европейской Инке. Наши европейцы в финале победили пять-два, но, за проигравшую в полуфинале, Южную Инку, всё равно было обидно. Южная Инка ведь самая наша, наша историческая метрополия.
Остров в озере Сен-Клер уже обрёл очертания, через год можно будет начинать строительство. В этом мире не понадобится специальное здание ООН, или Лиги Наций, здесь всё будет решаться в дворцово-парковом комплексе Тауантинсуйу, где у каждого императора имеется собственная резиденция.
Разыграли участки на острове по жребию. Чосону достался северный, Дайвьету южный, а персы с османами стали соседями в центре острова. Теперь их соперничество продолжится в архитектуре, да и крайние им уступать не захотят. Красивым получится остров, судя по эскизам, очень красивым.
Разъезжаться начали в конце июня. Первым, двадцать седьмого, в столичном аэропорту, проводили в Челябинск Сулеймана Великолепного, в его владениях опять случился бунт, на этот раз в Италии. Бунт, как всегда, беспощадный, но на этот раз абсолютно бессмысленный. Теперь, когда вся почти восемьсоттысячная османская армия пребывает в праздном безделии, бунтовать — сущий идиотизм. До сего момента нетронутую Италию, теперь ожидает тщательная зачистка и заселение демобилизованными османскими ветеранами, а герцогство Рим очередной наплыв беженцев, переселенцев в Африку. Уже не в Магриб и даже не в Южную Африку, а на западный и восточный берега.
Двадцать восьмого, в Сан-Франциско уехали императоры Чосона, Чунджон Накчхон, и Дайвьета, Ле Чанг-тонг. Этим торопиться некуда, поехали поездом, проводили их на Центральном вокзале столицы.
Император Иван Первый Рюрикович-Тюдор, его супруга, Жанна Рюрикович-д’Альбре, с уже заметным животом, и тёща, Маргарита Валуа, отбыли на «Грозном» от причала дворцово-паркового комплекса тридцатого июня. Следующим летом, брату-Ивану предстоит выход уже на Енисей, а районе тамошнего Красноярска, своё продвижение на восток, русский император считает главной задачей. Тем более, что уже сейчас ясно — Жанна Рюрикович-д’Альбре — единственная наследница владений своего великого отца. Перестали рождаться детишки от Генриха, теперь даже новый брак не поможет. «Накаркал» Эль Чоло…
Второго июля, поездом в Нью-Йорк, отбыл император Персии Тахмасп Первый. Уже зрелый правитель, победитель в великой войне. Войну с Сулейманом он выиграл, это несомненно, хоть де-юре она и закончилась вничью. Вничью она закончилась на западных и южных границах Персидской Империи, а вот восточные её границы теперь в Индокитае. И самое главное — Тахмасп очень молод, ему всего тридцать два, в то время как Сулейман в этом году разменяет полтинник. Двадцать лет мира, для Тахмаспа — время для подготовки к следующей войне, в то время как для Сулеймана Великолепного — это последние годы жизни. Последние годы, осложнённые тем обстоятельством, что сыновья у него остались только от наложниц, а значит, династическая свара после его смерти практически неизбежна.
Но всё начнётся только через двадцать лет, а пока «Эпоха Империй» вступила в фазу противостояния экономик и финансов. В эпоху бурного экономического развития.
Глава 34
Часть третья. Смена поколений.
В конце сентября 1546 года, в правящих фамилиях Империи Инков и Русской Империи родились наследники. Практически одновременно. Двенадцатого сентября, Софья родила Александра, а пятнадцатого, Жанна очередного Василия Ивановича. Почти совпали эти события, разумеется, не случайно. Савелий специально подгадал зачатие своего первенца к брачной ночи Ивана и Жанны, а вот рождение в обеих императорских семьях мальчиков — это уже полная и очень приятная случайность. Ровесники и двоюродные братья с одинаковым статусом — если их воспитывать вместе, запросто могут стать лучшими друзьями.
Но не бывает в жизни счастья без печали. Конец 1546 года, почти одновременно, забрал из этого мира двух очень близких Савелию людей.
Первым зятя, сэра Томаса Мора, герцога Саффолк, Глазго и Осло, графа Нортумберленд, бывшего лорда-канцлера королевства Британия и создателя этого самого королевства из: Англии, Уэльса, Шотландии, Дании, Норвегии, Французской Британии (герцогств Нормандии, Бретани и Аквитании, графств Пуату, Мэна, Анжу и Пикардии) и Германской Британии (герцогств Шлезвиг-Гольштейн, Любек, Росток, Висмар, Штеттин и Данциг). Мыслителя-философа, писателя, первого ректора-канцлера русского Царьградского университета и одного из умнейших людей этой великой эпохи.