Мертвая долина. Книга 1 (СИ)
Залезала я внутрь с большой неохотой и смутным ощущением грядущих неприятностей. Которые не преминули воплотиться в жизнь, стоило мне только увидеть горящие нездоровым интересом глаза Лива и его неуместную улыбку на пол-лица.
- Это что? - немедленно спросил он, когда я ухватилась за бортик перебинтованной левой рукой.
Ну вот, начинается...
- Ожог.
- Правда-а-а?!
Осторожно пробравшись между тюков с декорациями, я огляделась в поисках свободного местечка. Вот засада... сесть-то почти некуда. Только рядом с этим болтуном, грозя заполучить мигрень от его нескончаемого трепа, или же у дальней стенки, спиной к движению. Как раз для того, чтобы заработать себе стойкую морскую болезнь.
- А откуда у тебя ожог? - снова спросил неугомонный блондин, не давая мне времени устроиться. И так пристально посмотрел, что я, решительно отбросив колебания, моментально сделала выбор в пользу морской болезни.
- Ниоткуда.
- А почему у твоего деда такой же?
- Потому что за одну миску с ним схватились.
- А почему ты ладонь завязала?
Боже. Вот пристал. Ладно, буду отвечать совсем коротко. Может, отстанет?
- Потому что обожглась.
- А обожглась почему?
- Потому что миска была горячая, - уже сквозь зубы ответила я. Блин. Хочу к себе. Подальше от этого почемучки.
- А это было очень больно? - не отставал Лив, явно не замечающий моего растущего раздражения.
- Да.
- А можно посмотреть? - неожиданно спросил Ликин дружок, уставившись на меня, как голодный волк на кусок свежей говядины.
- Лив, ты что, больной?! - не сдержавшись, рыкнула я в ответ, на всякий случай припрятав злосчастную руку подальше. - Тебя что, чужие болячки интересуют?! Или ты собираешь впечатления от чужих уродств?!
- Не, - насупился он. - Я просто не знал, чего сказать. Вот и ляпнул первое, что пришло в голову.
Ну да, конечно. Честный ты наш. Вот уж про кого говорят, что простота хуже воровства.
- Зачем вообще о чем-то спрашивать? - проворчала я, пересев так, чтобы оказаться от него как можно дальше. - Чего тебе спокойно не сидится?
Парень странно кашлянул и поджал губы.
- Интересно.
- Что тебе интересно? - с нескрываемым подозрением осведомилась я.
- Все.
- "Все" - понятие растяжимое. Ты конкретизировать можешь?
- Конкре... что? Извини, я не понял, о чем ты.
- Блин. Точнее сказать можешь?!
- Я... э-э... то есть... - озадаченно начал он и замолчал. Минуты где-то на полторы, во время которых я постоянно ощущала на себе его изучающий, неприятно остекленевший взгляд.
- Ну и?! - не выдержала я, наконец, чуть не пихнув дурака ногой. - Ты говорить-то будешь?!
Лив, непонятно моргнув, снова кивнул, и, словно очнувшись от непонятной дремоты, вдруг безо всякого перехода выдал:
- А Эр - твой жених?
Я чуть не поперхнулась: он что, издевается?! Или всерьез полагает, что вопрос по теме?
Оглядев выжидательно замершего красавчика и с неудовольствием поняв, что он это действительно всерьез, я поджала губы. Ох, и ерзаешь ты что-то, дружок. Ох, и морда у тебя при этом стала, Ливчик. Тьфу. Ну, и имечко! Только удавиться с таким можно. Зато вот глазки у тебя что-то забегали. Никак один из них уже решил положить на меня, ловелас доморощенный? Или просто раздумываешь, как бы подкатить, пока подруга не видит?
- Ты к чему это спросил? - наконец, сухо поинтересовалась я, когда под моим тяжелым взглядом Лив замялся и нервно сцепил ладони над животом, старательно прикрыв этот непонятный жест подтянутыми к подбородку острыми коленками.
- Да я... ну... правда, интересно.
- Неужели?
- Угу. А еще ты... красивая.
- Какая потрясающая новость. Это все?
- Нет, - посмотрел исподлобья блондин. - Еще ты мне нравишься.
- Вот так прямо сразу? - не поверила я, едва истерически не расхохотавшись.
Нет, ну это надо! Он или неисправимый дурак, или безнадежно отставший от жизни девственник! Причем, на первый взгляд ни на того, ни другого абсолютно не похож! Интересно, его кто-нибудь учил вежливости? И говорил, что вести такие разговоры с девушками не очень прилично? А как же конфеты? А цветы, шампанское... ах да, я забыла: на Во-Алларе не принято дарить дамам цветы. И шампанского они тут ни разу не пробовали. А с ухаживаниями в Долине, видимо, было еще сложнее, чем в просвещенном Валлионе. Короче, мне в очередной раз круто "повезло" с поклонником.
Лив, не распознав откровенного сарказма в моем голосе, с готовностью кивнул:
- Ага. Очень нравишься. Ты действительно необычная девушка.
Нет, это просто невероятно!
- Ты очень красивая, - странно вибрирующим, словно от едва сдерживаемого возбуждения, голосом повторил Лив, а потом резко подался вперед, вперив в меня неожиданно потяжелевший, неподвижный, до отвращения нехороший взгляд. - Ты мне нравишься. Очень. А я тебе?
У меня возникло острое желание двинуть ему пяткой по морде.
- Скажи, что я тебе нравлюсь, - хрипло прошептал он, тараща из полумрака потемневшие глаза и подаваясь еще ближе.
Черт. Да он и правда больной!
- Отойди, - ровно велела я, на всякий случай приготовившись к решительному отпору. - Отойди, Лив. Немедленно.
Блондин нахмурился, зачем-то продолжая буравить меня все тем же тяжелым взглядом, но нужного впечатления все равно не произвел. Кроме того, что остро возникшее пару мгновений назад желание дать ему в глаз выросло процентов на двести. И прямо-таки запросилось в руки, едва не срываясь с пальцев многозначительным сиянием раздраженного Эриола.
А потом все неожиданно закончилось. Лив так же резко, как приблизился, отполз обратно, снова сел, подтянув ноги к груди. Заметно погрустнел, положил острый подбородок на коленки и печально уставился куда-то вдаль, будто я разом перестала его интересовать. А через несколько минут вообще опустил веки, словно бы даже задремав или же просто отрешившись от всего остального мира.
Н-да. И как это понимать? Что, спрашивается, нашло на этого малолетнего маньяка? Что за перепады настроения? И что значило это "скажи, что я тебе нравлюсь"? Интересно, в Невироне извращенцы есть? А больные на всю голову парни, пытающиеся загипнотизировать девчонок, как змея - кролика?
Я настороженно покосилась на сомнительного соседа, но убедилась, что больше никаких поползновений с его стороны не наблюдается. Здорово озадачилась, потом призадумалась и, наконец, мысленно позвала:
"Лин? Ли-и-ин, ты меня слышишь?"
"Конечно, - немедленно отозвался снаружи шейри. - Что у тебя стряслось?"
Я прикусила губу, не зная, как обозначить свои сомнения. Но нестыковки в поведении Лива были настолько явными, а последующая задумчивость так сильно смахивала на некое подобие транса, что требовала немедленного уточнения. И подспудно наталкивала на весьма любопытную, хотя и не слишком правдоподобную мысль.
"Лин, взгляни-ка на этого горе-Казанову, рядом с которым я сижу, и скажи: а не маг ли он случаем? Что-то у меня подозрения нехорошие на его счет появились. Правда, я ни в чем не уверена, но чем Айд не шутит? Вдруг мы нарвались на самородка?"
Демон ненадолго умолк, послушно пригляделся, благо чужую дейри он мог видеть и с закрытыми глазами, а потом с немалым удивлением сообщил:
"Ты права: парень - маг. Только слабый очень, поэтому я не сразу его почуял".
"Маг Разума, надо полагать?" - уточнила я, откуда-то уже зная ответ.
"Безусловно".
"Ну, е-мое... везет же мне на всяких менталистов!"
"Да, это редкий дар, - не понял моего нервного смешка шейри. - Даже очень редкий. Хотя до Эннара Второго ему еще очень далеко. Однако дейри похожая. Слабая, дохлая, но по узору и по цвету очень похожая. Даже странно, что я ее не заметил раньше".
"Золотая?"
"Нет, скорее светло желтая... - вдруг ехидно фыркнул Лин. - Как понос у больного ребенка!"