Стрекоза (СИ)

Еще через час эльф с дварфом вознамерились провести со мной подобную же беседу, но я не стала упорствовать и ушла спать сама. Все, что я могла сделать, было готово. Остальное закончит моя команда. При этих словах внутри что-то болезненно дернулось. Мы хорошо сработались вместе, но я знала, что рано или поздно придется расставаться. Увы, это произошло раньше, чем хотелось, и совсем не так, как думалось.
 Глава 48 
Проснулась я от того, что дварфо трясло меня за плечо. Лавронсо сделало мне знак выйти. Лежанка эльфа была пуста — он ночью пошел к особняку и должен был переночевать в перелеске, закончив с сюрпризами.
Светлеющее небо предвещало скорый восход. Не позже, чем через четверть часа нам всем вставать, но Лавронсо решило поговорить со мной наедине. Чего хочет от меня этот сводник?
— Донно Лавронсо, мы ведь уже все выяснили. Лучше бы вы поговорили с Алариком, чтобы не лез сегодня меня защищать, а дал сделать мою часть работы.
— О чем я с ним говорил, тебе знать не надо. Ты вот о чем подумай. Говоришь, разными вы стали? Когда вы слюбились, ты была после своего "Шиповника", а он где учился?
— В гимназиуме для сыновей аристократов. Там и науки, и начала военного дела, мечу и кинжалу тоже учат. Но все же у меня опыта больше, поэтому если он начнет меня к себе за спину задвигать...
— Тьфу ты. Не о том я. Ты после того, как от него сбежала, на охранницу училась, руки и ноги приставалам ломала, потом полуэльф тебя, небось, тренировал. Так? — Я кивнула. — И дальше учила жизнь. А у него гимназиум в юности, и все, после он разве что с такими же лордами до первой крови по молодости махался, а теперь и этого нет, только земли объезжает, жалобы разбирает, торговля, селянские дела... Не поняла?
Я пожала плечами, все еще не понимая, к чему ведет Лавронсо. Аларику понадобилась наша помощь не только потому, что в одиночку не справится. Совершенно очевидно, что у Аларика нет такого опыта стычек, выслеживания и охраны, как у меня. Скорее всего, он берет уроки фехтования, как всякий аристократ, чтоб не терять форму, но это всего-лишь уроки. "Наемник Дерик" пришел к нашей команде вовсе не ради моих красивых глаз, а скорее, вопреки.
— Значит, не поняла, — жестко сказало Лавронсо. — Твой барон встал с мягкого кресла и рванулся спасать дочь, хоть и не смыслит ничего в таком деле! А наняв нас, не засел в городе, принимая донесения, а идет своей шкурой рисковать! Если барона опознают, его убьют и похоронят как неизвестного наемника в безымянной могиле. Когда барон Боулес исчезнет, опекуном его детей станет кто?
— О... Отец Мирианы. И все баронство к их услугам.
— Он знает об этом. Помнишь, он говорил, что Меркаты мстительны, хотел высказать еще какое-то соображение и осекся? — кивнуло дварфо. — Он сильно рискует, но все равно рвется сам, потому что это его дочь. И потому что трое — больше, чем двое. И потому что отсиживаться за твоей спиной он не станет. Поняла хоть что-нибудь про своего мужика, неразумная?
Я, и правда, не задумывалась, чего все это стоило Аларику, что он чувствует... Я понимала, что он переживает за дочь. Я считала, что его потянуло ко мне, как к напоминанию о давних счастливых днях... Но я не осознавала, чем он рискует, и почему рискует.
Но что это меняет? Ничего!
— Спасибо за разговор, донно Лавронсо. Пора поднимать остальных.
Дварфо глянуло на меня, но ничего не сказало. Мы вернулись к Стрекозе.
Нет, я ничего не буду менять. Аларик слишком хороший человек для женщины, которой снятся бандитские ножи.
Остальные быстро встали, мы свернули стоянку, не особенно заботясь о том, чтобы прикрыть следы. Если все будет хорошо, через несколько часов мы будем далеко.
Проехав стороной мимо селений мы встали за лесом, совсем рядом с особняком Меркатов. Я собрала команду.
— Давайте повторим все еще раз. Секирд?
 
— Подъезжаю с вами на повозке к черному ходу. Стучусь с корзиной капусты. Укладываю спать всех, кто находится около двери. Кричу журавлем. Впускаю вас с Дериком внутрь и стреляю вверх дротиком с лентами. Остаюсь охранять выход. Если вдруг что не так, скидываю с повозки сено и поджигаю.
Составляя план, я долго обдумывала первый шаг и в конце концов признала — только безобидного орочьего подростка подпустят достаточно близко. Аларик-Дерик как взрослый мужчина “диких кровей” вызывает опаску. Кроме того его могут узнать в лицо. Я пойду на дело в штанах, и женщина в таком виде настораживает даже больше полугоблина. Так что идти первой придется Секирд.
— Дерик?
— Подъезжаю с Секирд и с тобой вместе к черному ходу, ждем ее знака. Если кто-то еще останется на ногах, укладываем их спать. Входим внутрь, поднимаемся на второй этаж, ищем детскую. Всех, кто встречается на пути, усыпляем зельем или дротиками из миниарбалетов. В крайнем случае, вырубаем вручную. Забираем Фелисию, возвращаемся к выходу.
— Ты помнишь, что в детскую я вхожу первая? Гувернантка не должна видеть тебя в лицо.
— Помню, — кивнул Аларик. — Сажаем Фелисию в повозку, грузим туда же слугу, а лучше охранника, и вместе с Секирд гоним через лесок к Стрекозе.
— Меня не ждете, я побегу напрямик через лес, чтоб встретить вас в Стрекозе. — Я поймала взгляд Аларика. — Дерик! Мы договаривались, что мои приказы не обсуждаются, и так все на волоске висит! — Я обвела команду взглядом. — Друзья, я выверяла этот план до минуты, а кое-где и до секунды. Это единственный способ закрыть все долги и решить все вопросы. Я доберусь до Стрекозы, обещаю, иначе кто же мобиль поведет?
Аларик нехотя кивнул.
— Бейлир ночью подложил к ограде мешки с сюрпризами. Он занял место на холме. Когда увидит стрелу с лентами, устроит фейерверк у северо-западного угла и всадит по стреле в ноги охранников. Если повезет, еще и дуо-мобиль подстрелит. Когда мы управимся, Бейлир как раз должен добраться до Стрекозы. Лавронсо?
— Жду вас с лошадьми в перелеске за рекой, — проворчало Лавронсо, недовольное своей ролью. Но что поделать, оно слишком неуклюже и приметно для роли лазутчика. А с лошадьми и правда кто-то должен ждать.
— Хитра?
— Я сижу внутри мобиля. Если вдруг подойдут чужие, я включу пищалку в контуре. Когда подъедет повозка, я обернусь в зверя, чтоб успокоить Фелисию.
Бывшая княжна пыталась изобразить недовольство, но было видно, что она не против оставаться в тылу. И правильно. Не ее это занятие — по бандитским засадам бегать. Пусть хоть эта девочка убережется.
* * *
Секирд ушла с мешком капусты, и сейчас самый страшный в моем плане момент — мы с Алариком остались вдвоем.
— Лори, — начал он, и я хотела его остановить, но он покачал головой. — Я понимаю все, что ты можешь сказать. Но я хочу, чтобы и ты знала: я люблю тебя такую, какая ты есть. Просто знай об этом.
Я хотела ответить, что он ни демона не знает, какая я есть, но не успела. Раздалось курлыканье Секирд, мы слезли с повозки и вошли во двор.
Усыплять никого не пришлось — Секирд выстрелила дротиками в двоих охранников снаружи, а внутри ткнула в слугу и в кухарку. Теперь она наставила арбалет с приметной стрелой в небо. Кивнув ей, мы вбежали в кухню.
Снаружи грохнуло. Где-то в доме закричали, но далеко от нас. Если кто-то и есть в этой части дома, отвлечется на шум в другой стороне. Мы прошли через кухню и быстро поднялись вверх по черной лестнице.
Коридор был пуст, и за третьей дверью я обнаружила едва проснувшуюся девочку в кроватке и сонно хлопающую глазами женщину, в которую с удовольствием всадила дротик. Махнула Аларику, он подхватил Фелисию и вышел.
Расставив руки, в одной из которых поблескивал клинок, на нашем пути стоял охранник.
— Дерик, я его задерживаю, ты уходишь. Это приказ! — шикнула я, когда он дернулся, чтоб что-то сказать.
Сделав ложный выпад, я отвлекла охранника, и Аларик смог пробежать к черной двери. Противник кинул взгляд на “наемника” с девочкой, но я показалась ему более интересной целью.