Чтец сокровенных желаний (СИ)
– Где ты решила построить портал в свой мир? – спросил Лайс. Он знал, что Донаг вывел-таки формулу заклинания для межмирового перемещения. Я выучила её наизусть.
– Ты всё же уходишь с Паллейна? – огорчённо воскликнул Эдвард.
– Да, – кивнула я альфе. – Портал создам в Долине Огней, – ответила я Лайсу. – На площадке, на который я танцевала ритуальный танец. Там сильные магические потоки. Да и сама Долина Огней место необычное – её магия слабо связана с древней магией Паллейна из-за недавнего возрождения. Думаю, это позволит мне преодолеть влияние брачных татуировок.
– Всё продумала, молодец, – не совсем искренне похвалил меня Лайс.
– Эдвард, мне потребуется твоя помощь, – обратилась я к альфе. Он весь во внимании повернулся ко мне. – На магию Паллейна сильное влияние оказывают пожелания альф, магия слова. Если мы вдвоём, одновременно пожелаем мне благополучного возвращения в мой мир, то это также поможет пересилить магию брачных татуировок.
– Хорошо, попробуем! – согласился Эдвард. – Хотя я совсем не рад твоему уходу…
Лайс попросил меня напрямую поделиться с ним земными знаниями. Посетовал, что столько времени провёл радом с меморидом, но так и не увидел моих способностей. Он капельку лукавил. Немного подумав, я решилась передать ему часть своих знаний. Сначала, стребовала с него клятву, что он не будет использовать полученные знания во вред другим и себе. Затем мы легли прямо на землю голова к голове, и я передала ему свои вспоминания, использовав магию и энергетические потоки. Передача данных прошла без каких-либо болезненных ощущений.
– Ого, я знаю, что такое подъёмный кран, трактор, вертолёт! – восторженно заявил Лайс, когда передача информации завершилась. – Может, мне удастся создать какую-нибудь машину!
После этого я отправилась в академию, попрощалась с подругами и друзьями. Мой верный рыцарь Лайс повсюду сопровождал меня. Он больше не предпринимал попыток сблизиться, и не уговаривал меня остаться. За это я ему была очень благодарна. Я запретила себе сожалеть о чём-либо и думать, что всё могло быть иначе. Не собиралась оборачиваться назад, и терзать себя сомнениями.
Прощаясь с отцом, я крепко обняла его, поцеловала в щеку, и поблагодарила за всё. Данаг дин Эграс успел стать для меня самым близким в этом мире, хотя я знала его не так долго, как других своих друзей.
– Надень ритуальный наряд. Его сила и магия Долины Огней помогут тебе, – подсказал мне отец.
– А как же бабочки жизни? Без наряда их будет сложно создать.
– Не беспокойся. Твои сестрёнки скоро подрастут. Кто-нибудь из них обязательно сможет договориться с магией Долины. А этот наряд принадлежит тебе, его сила – твоя сила.
– Спасибо, отец! – прошептала я, еле сдерживая слёзы.
– Я буду скучать по тебе, доченька.
Мне хотелось заверить отца в том, что я тоже буду сильно-сильно скучать по нему. Но я уже твёрдо решила забыть всё произошедшее на Паллейне. С помощью магии альф, уходя, я сотру память об этом мире. Так лучше. Иначе будет очень сложно вернуться к полноценной жизни в обыкновенном мире без магии.
Ещё раз крепко обняв отца, я вместе Лайсом телепортировалась в Долину Огней. Лайс почти сразу переместился за Эдвардом. Принц остался в Заповедном логове охранять брата, запертого под куполом. Позже он разрушит купол и выпустит Дариана на свободу.
Я присела на край площадки, в последний раз полюбоваться рассветом Долины Огней. Это был уже не вечный рассвет, а вполне обычный, наступавший каждый день, когда приходил его черёд. Светящиеся бабочки жизни, выбирались из складок ритуальной юбки и улетали в долину, к вампирам, которые вновь поселились здесь. Пока только возле ритуальной площадки. Когда Долина Огней полностью восстановится, сюда переселится больше вампиров.
«Как хорошо, что я уйду на рассвете, – думала я. – Рассвет – это символ начала. Надеюсь, я смогу продолжить свою жизнь на Земле. Увижу маму…»
Вскоре Лайс привёл Эдварда. Мы вместе нарисовали на площадке октаграмму для портала. Выверили каждую чёрточку и буковку, чтобы я ненароком не угодила в совершенно левый мир. Мне и на Паллейне хватило приключений. Эдвард от души пожелал мне благополучно попасть на Землю, я повторяла за ним слово в слово, вливая магию альф, с верой, что всё у меня обязательно получится. На прощание обняла друзей, встала в центр чертежа, быстро прочитала заклинание перехода. Октаграмма вспыхнула синим пламенем, внутри которого начал закручиваться вихрь. Пожелав себе забыть всё, я отдалась на волю магического вихря.
***
Веки казались очень тяжёлыми, открыть их не получалось. Голова гудела, словно после бессонной ночи, проведённой за созданием 3d моделей интерьера трёхэтажного коттеджа на Рублёвке. Рядом пищал какой-то аппарат. С трудом вспомнила, что подобный звук я слышала в медицинских сериалах, которые люблю посмотреть время от времени. «Так заработалась, что в больницу угодила? Почему тело не слушается? Может, хоть пальцем получится пошевелить…» – я напрягла все силы, но ничего не почувствовала. Только услышала, как громко заверещало что-то возле головы.
Моей руки кто-то коснулся, и я услышала голос мамы:
– Даша, доченька, ты меня слышишь? – в её голосе звучали слёзы.
Понимание того, что мама плачет, придало мне сил поднять веки. Дневной свет, льющийся из окна, резал глаза, но я смогла увидеть зарёванное, но безмерно счастливое лицо мамы.
– Поздравляю, Оксана Васильевна! Ваша дочка благополучно вышла из комы, – прозвучал сбоку незнакомый голос. – Теперь всё будет хорошо! Мы поставим вашу Дашеньку на ноги, – в этом голосе прозвучала улыбка.
Следующие полгода моей жизни выдались не самыми лёгкими. Потребовалось много сил, чтобы заново научиться владеть своим телом и выполнять элементарные движения. Благодаря помощи и терпению мамы я справилась.
Друзья рассказали мне, что произошло в мой двадцать пятый день рождения в Лхасе. После того как я вместе с монахом поднялась на крышу храма, они прождали меня почти час, а потом подняли тревогу и обнаружили моё бессознательное тело. Затем была срочная перевозка моего тела в Москву, и почти полгода дежурств возле кровати в частной клинике. Доктора разводили руками, не находя причин, почему абсолютно здоровая девушка внезапно впала в кому.
Слава Богу, я смогла прийти в себя и снова начать жить. О том, как я поехала с друзьями на Тибет и некоторые события, произошедшие до этого, я не помнила. Доктора заверяли меня и маму, что воспоминания со временем обязательно вернутся, и мой организм будет работать также хорошо, как и раньше.
Было трудно, очень трудно, но я ни о чём не жалею. Ведь в больнице я повстречала Лёву. Парень как-то заглянул в мою палату. Искал заболевшего друга, а нашёл меня – своё счастье. Так он говорит.
Тогда я уже могла сидеть и даже делать пару шагов, опираясь на костыли. Лев заглянул, зашёл в палату, мы разговорились и так познакомились. Казалось, он знает обо мне всё – моя родственная душа. Высокий, спортивный, кареглазый, с темными густыми волосами ниже плеч, он сразу очень понравился мне. Поэтому я ничего не имела против, когда Лёва стал заходить ко мне практически каждый день после работы. Маме он тоже сильно нравился. Она оставляла нас наедине, и мы часами разговаривали о дизайне, фильмах, любимой музыке и единоборствах. Ему нравилось то же, что и мне.
После выписки из больницы, Лев подарил мне колье из редкого фиолетового жемчуга и сделал предложение выйти за него замуж. Я согласилась, потому что уже по уши была влюблена в него. А потом началась счастливая кутерьма: примерки платья, выбор свадебного зла и пригласительных, покупка золотых колец, подготовка свадебного торжества и девичник.
И вот я в умопомрачительном свадебном платье под руку с моим несравненным Львом стою у алтаря. Я смотрю в его карие глаза с игривыми золотистыми искорками, и говорю краткое, но очень ёмкое «Да!».
Лёва счастливо улыбается мне, подхватывает на руки и кружит. Гости аплодирует нам. Я улавливаю ликование в эмоциональном фоне супруга. Он по-настоящему счастлив жениться на мне.