Последняя руна (СИ)

— Такой же, как Ди́ан. Мальчишки!
Одним сердитым движением я плотно завесила окно. Если Айгермар думает, что впечатлил первокурсницу…
«Не обманывай себя, Руна! Ты не отрывала от него взгляда!»
Внутренний голос умел вовремя вернуть меня к реальности. Магические фокусы анимагов и хаотиков, конечно, здорово, но пора приступать к делу. Вещи сами себя не разберут. А так хотелось бы!
— И почему нет такой магии? — спросила вслух я саму себя. — Придумали бы какую-нибудь … бытовую магию. Факультет магической уборки и кулинарии.
Я вдоволь похихикала над придумкой. На самом деле элементы подобного волшебства встречались и у нас, рунологов, и у стихийников. С рождения я наблюдала как отец использует чары, чтобы подогреть остывшее питьё или полить засохший цветок. Ничего необычного!
На разворошённую постель я посмотрела с опаской и неприязнью. Тельце склизкого гада Ди́ан вышвырнул в кусты за окном. Знакомство с анимагом отзывалось в душе теплом. Угрозы стихийницы Олли показались забавной шуткой. Я и не думала претендовать на её «котика».
— Друг! И только! Поняла, Олли?!
Привычка болтать наедине с собой могла показаться странной, но прочно прилипла ко мне. Сейчас я ничуть не кривила душой. Заводить романтические отношения на первом курсе я совершенно не стремилась, а Ди́ан идеально подходил на роль приятеля. Он отлично ориентировался в Академии. Возможно, анимаг знал Ларию…
Идея разобраться в исчезновении воспитанницы отца не отпускала меня. К тому же папенька просил разузнать на месте, что произошло. Придётся подробно отчитаться письмом...
Я вздохнула и приступила к уборке. В Дептонской Академии все студенты были равны. Выставлять на показ состоятельность или статус считалось дурным тоном. Нанимать прислугу не принято. Служащие следили за порядком в учебных и административных корпусах, и на территории парка. Остальным занимались сами студенты. Всё это я успела узнать от Ларии, когда она поступила на первый курс.
Вот…
Снова я думаю о ней! Снова нет покоя!
На каникулах Лария возвращалась в наш дом. Я находила сотню поводов обижаться на госпожу «Совершенство», но рассказы об Академии слушала с удовольствием.
Размышляя, я приводила комнату в должный вид.
— И совсем не страшно.
Шёпотом подбодрила я себя, заправляя постель. Я вычеркнула из памяти образ ядозуба на светлой ткани. Если верить графику на первом этаже жилого корпуса, чистое бельё мне выдадут в конце недели.
— Переживу!
Я решительно перевернула подушку обратной стороной. Не было никакого змея! Не-бы-ло!
А вот кражу забыть никак не удавалось. Я быстро разложила вещи по местам, мысленно поругивая коварного похитителя ночной сорочки. Кому мог понадобиться кусок ткани в цветочек?! Ума не приложу! Оглядела заполненные полки и несколько вешалок, радуясь порядку.
На дне шкафа блеснула яркая искорка. Пришлось залезть с головой внутрь, чтобы рассмотреть находку. Короткий повторяющийся свист под окнами комнаты отвлёк меня. Никогда не думала, что Академия настолько беспокойное место. События так и бурлили вокруг.
Я дёрнулась, распрямляясь слишком рано, и больно ударилась головой о полку. Потирая вероятную шишку, я осторожно отодвинула занавеску и приоткрыла окно. Вместо Йона Айгермара на лужайке топтались двое служащих. Они широко раскинули руки, точно два хвастливых рыбака, демонстрирующих размер добычи. Я не сразу заметила, что мужчины растянули небольшую сеть. Посвистывая и цокая языками, они обходили то один, то другой куст, явно стараясь выманить неизвестное мне животное.
— Ну и день сегодня.
Я опять потёрла голову, чувствуя, что шишка всё-таки решила проявиться. В окно глухо стукнуло. Беличья мордочка с приплюснутым о стекло носом медленно сползла вниз вместе с тельцем. В чёрных капельках глаз читались ужас и умоляющее:
— Па-а-а-ма-ги-те…
Мне не почудилось. Голосок оказался реальным. Пропищав отчаянный призыв, белка, доползла до щели между рамой и оконным проёмом. Повинуясь состраданию, я распахнула окно шире. Зверёк устало перевалился на подоконник. Я уставилась на белку. Белка приоткрыла один сердитый глаз.
 
— Что смотришь, дурочка! Окно закрывай! Занавески! Занавески задёрни! — не поднимая головы, потребовала рыжая. — Ох, совсем пустоголовая попалась. Не везёт мне!
Немного опешив от нахальства гостьи, я послушно исполнила указания. Обижаться на зверушку было бы глупо. И меня раздирало любопытство.
— Ты анимаг?
Первое, что сразу пришло в голову — передо мной оборотная колдунья. Не слишком воспитанная, но забавная.
— Сама ты анимаг! — белка взвилась, словно я её оскорбила. — Я — Чибити!
Знакомым жестом она постучала лапой себе по лбу. От моих мыслительных способностях рыжая всё ещё оставалась не в восторге.
— Ладно, — я примиряюще улыбнулась. — Чибити. Это очень милое имя. Служащие тебя ловят?
— Меня!
Она гордо вскинула головку.
— Я опасная! Очень!
Белка вытянула лапки перед собой, растопырила пальчики и состроила самую свирепую мину, на какую была способна. Мол, схвачу и закусаю до смерти. Я не удержалась и рассмеялась.
— Верю-верю. А почему опасная?
Боевой настрой гостьи сразу улетучился. Белка погрустнела и отвела взгляд.
— Я… — она растеряно всхлипнула. — Я не помню. Но это не помешает мне постоять за себя!
Быстро же она вернула присутствие духа и оправилась от недавнего страха. Я опомниться не успела, как нахалка соскочила на пол. Миг и она ловко забралась на постель, нырнула под одеяло. В кровати началась непонятная возня.
«Мой порядок…»
Я трагично возвела глаза к белёному потолку. Столько времени потеряла зазря.
  
Глава 5
 
Я с тоской наблюдала за подвижным холмиком в собственной постели. Мохнатый клубок слетел на пол и в два прыжка пересёк комнату. Дверца шкафа оставалась открыта. Чибити заскочила внутрь.
— У тебя отвратительный вкус. Что за расцветка?! Ужас! О, это невыносимо!
Услышала я приглушённый голосок, а следом на пол вылетели мой любимый шейный платок и тёплая шапочка. Её я взяла с собой на случай суровой зимы. Обычно в Дептоне не случалось сильных морозов. Когда я собирала сумки, мама то и дело молча подкладывала шапочку к остальным вещам. Я сдалась.
— Впрочем…
Чибити высунула нос наружу. Сложила лапки на груди. Совсем как маленький раздражённый человечек. Зверёк отказался признавать себя анимагом, но всеми повадками походил на оборотного волшебника.
— Для гнезда сойдёт!
Она будто делала мне одолжение. Скривила мордочку, скептически поглядывая на вещи. Платок и шапочка сиротливо лежали на полу.
— Для гнезда?
Теперь растерялась я, поднимая и отряхивая своё имущество. В первый же день в Академии меня точно настигло какое-то безумие. Анимаги, мрачные хаотики, змеи и ревнивые стихийницы. Вот и белка пожаловала. Я даже приложила ладонь ко лбу, чтобы проверить нет ли у меня жара. Голова была холодной, а сознание ясным.
— Здесь буду жить, — снисходительно заявила рыжая. — Положи мне мягонькое. Спать хочу. Уф! Загоняли меня злодеи.
Я уже поняла, что возражать бесполезно. Белка слышала лишь себя и делала, что придёт в голову. Чибити покрутилась на месте и снова нырнула вглубь шкафа.
— И есть! Принеси еды! Фу, тут мусор какой-то. Чуть не поранилась! Ты бестолковая девица. Могла бы давно навести порядок!
— А что я, по-твоему, делала, — буркнула я.
Какая-то белка будет мне указывать!
Тем временем гостья выбросила из шкафа ту самую блестяшку, которую я не успела рассмотреть. Свист служащих отвлёк меня тогда. Соорудив для Чибити уютное гнёздышко, я подняла находку.
— Это же…
Я держала в руках круглую брошь с мелкими фиолетовыми камешками. Я узнала её. Украшение принадлежало Ларии. В последние зимние каникулы я впервые увидела брошку на скромном платье воспитанницы отца. Лария с улыбкой сказала, что это подарок друга. Не слишком дорогой — хризотисы не считались редкими камнями. Большего я из неё не услышала. Лария не любила много говорить о себе.