Только без глупостей! (СИ)
Блин, хозяйка меня прибьёт… А Дайрон закопает то, что от меня останется.
Я хотел просто поговорить с Авиликой, а не быть причиной её разорения.
Не надо было вылезать из бассейна…
Подбежавшие к нам рабы уставились на меня с возмущением, решив, что я снова пытался утопить кроля.
— Он сам туда морду засунул! — попытался я оправдаться, но кажется, мне не поверили.
В итоге махнул рукой и быстро зашагал в высокий светлый дом с резными окнами.
Надеюсь, свихнувшийся кроль не повторит недавний маршрут и не пойдёт на очередной штурм усадьбы.
В любом случае пускай ловят его сами, я умываю руки.
Госпожа Авилика обнаружилась на веранде. Расслабившись в белом кожаном кресле, она о чём-то расспрашивала Дайрона. Главный гаремник сидел на полу у её ног и с упоением массировал ступни своей госпожи. По его просветлённому лицу было видно, что этот процесс приносил ему немало удовольствия.
А я, как доисторический ящер, сражающийся за каждую самку, почувствовал острый укол ревности и неожиданное желание поменяться с управляющим местами, предварительно вышвырнув его в окно, к Паше. Чтобы оба засунули головы в колодец и сидели тихо, не отсвечивая.
Мысленно назвал себя ненормальным и прислушался, о чём они говорят.
— Расскажи мне подробнее о том, как восставшие в Алкидии невольники-маги научились ликвидировать рабскую магию подчинения, — произнесла Авилика.
— Нет, госпожа, всё было немного не так, — покачал головой Дайрон. — Мятежные рабы, обладающие магией, научились стирать свои данные в ошейнике. Уничтожить рабскую магию подчинения у них не получилось. Они смогли её лишь ослабить, и то на время, после чего едва не погибли. Их поймали — всех до единого, но законникам было сложно определить, откуда они сбежали. Так что после того, как восстание было подавлено, многие из господ вернулись к старой традиции — стали выжигать на теле рабов свои инициалы и герб.
Я аж опешил. Вот вам и добрая госпожа… Сидит сейчас и волнуется, как бы рабы в её поместье восстание не устроили, от ошейников не избавились. Обдумывает предложение работорговца Тенгера Вуда о том, чтобы всех заклеймить.
Одно знаю точно: живым не дамся.
Я слишком шумно выдохнул, и меня заметили.
— Лекс? Что ты тут де… — осеклась она, разглядев мои ремни с заклёпками. — Да чтоб тебя грумзики облизали…
— Не знаю, кто такие грузмики, но лучше не надо, — напрягся я.
Один неосторожный шаг — и полотенце слетело на пол, являя меня во всей красоте кожаной сбруи.
Шок на лице девушки и ярость в глазах Дайрона надо было видеть…
Глава 16. Гаремник
Алиса
* * *Возвращаясь в поместье, я испытывала огромное облегчение.
Лекс оказался не таким садистом, как все подумали. А то, как он молниеносно заслонил меня своим телом от бешеного кроконя, меня вообще восхитило.
Причём что именно хотела крольчатина: облизать меня или откусить голову, — я так и не поняла. Судя по восторженной морде, наверное, первое. Но это не точно.
Эта история в очередной раз показала, что Лекс не только шикарный мужчина, но и отличный защитник. Не знаю как, но нужно поскорее снять с него рабскую привязку.
В доме ещё вовсю шли ремонтные работы и наведение чистоты после кроличьего беспредела. Поэтому, чтобы никому не мешать, я отправилась на просторную светлую веранду, уцелевшую в недавнем хаосе.
Хотела немного посидеть там в одиночестве и хорошенько обо всём подумать. О том, как меня угораздило попасть в это тело. Как найти способ вернуться назад? Что на самом деле нужно от меня жениху-песцу? Зачем он настойчиво даёт мне таблетки? Как размагичить кроконя и нужно ли вообще это делать? И как освободить Лекса?
Самый простой вопрос касался Пашерона. Поразмыслив, пришла к выводу, что бешеный кролик пугает меня меньше гигантского крокодила. Представила лёгкое безумие в глазах громящей всё вокруг рептилии — и мне сразу поплохело.
Разрушительная способность крольчатины тоже впечатляла, но при этом не пугала до истерики.
Так что Пашина судьба была решена: я не стану возвращать ему прежний вид. Пройдёт немного времени — и он привыкнет к своему новому облику.
Насчёт таблеток — обязательно нужно наведаться в аптеку. Буду собирать информацию по крупицам.
А насчёт Лекса — для начала надо выяснить, что там было с восстанием рабов в Алкидии. Работорговец упомянул, что невольники-маги научились ликвидировать рабскую магию подчинения. Может, и у меня это получится? Как вариант — постараюсь найти одного из них, выкупить его у владельца и тщательно расспросить.
А пока что не помешает позадавать вопросы тому же Дайрону. Мне было ясно, что он влюблён в свою хозяйку, так что не думаю, что станет врать.
Стоило подумать об управляющем, как он уже вошёл на веранду с вежливым поклоном:
— Моя госпожа.
Красивый он, конечно, мужчина. И губы у него нежные. Но он не тот, кто мне нужен. Не Лекс…
— Какие новости? Что с Пашероном? — спросила я первым делом.
— Всё хорошо, его сейчас осматривает лекарь. Причём на наш вызов пришёл не штатный сотрудник ветклиники, а сама хозяйка центра «Забота». Она отличный целитель, так что наш Пашерон в надёжных руках, — объяснил Дайрон.
Подойдя вплотную, он вдруг опустился на пол, привычным движением снял с меня обувь и принялся массировать ступню.
Я поначалу дёрнулась от неожиданности, а потом внезапно расслабилась. Это тело, видимо, давно привыкло к такому массажу и уже рефлекторно на него реагировало.
Тёплые руки Дайрона так приятно гладили и разминали уставшие ноги, что мне захотелось мурлыкать.
Все мысли превратились в сладкую патоку, но я взяла себя в руки.
— Дайрон, ты знаешь, где в этом мире можно найти сильных магов? Или надёжные артефакты, которые действуют на больших расстояниях? — приступила я к допросу.
— Самый сильный маг, которого я знаю лично — это вы, госпожа, — на меня посмотрели с любовью. — Жаль только, что такой мощный дар подрывает ваше здоровье. А вообще — славятся своей силой королевские маги, а также отшельники из пустыни Денар.
М-да… А кто сказал, что всё будет просто?
Решила начать с отшельников: без приглашения проще попасть в пустыню, нежели во дворец.
— А ты знаешь, где можно достать магический Ключ, который умеет поворачивать магию вспять? — поинтересовалась я.
Может, не придётся бегать по пустыне за мужиками-магами? Просто куплю в какой-нибудь магической лавочке нужный артефакт — и смогу вернуться в своё тело.
— Простите, госпожа Авилика, я слышал о таких камнях, но не знаю, где они продаются, — с сожалением покачал головой управляющий. — Думаю, у короля они точно должны быть. Но вряд ли он с ними расстанется.
— Ясно… — кивнула я и спросила его про восстание рабов в Алкидии: как именно невольники-маги научились ликвидировать рабскую магию подчинения.
Ответ меня расстроил: оказывается, разорвать рабские узы мятежники не смогли. Только ослабили, да и получили потом из-за этого неслабый откат, едва не погибли.
Но сдаваться было не в моих правилах.
Мысль о том, чтобы купить одного из таких невольников, крепко засела мне в голову. А у кого есть список восставших рабов? У полицейских. И наверняка у жениха Авилики — Рэндала.
Я не успела больше ни о чём спросить: из угла комнаты донёсся горестный вздох, и я с удивлением увидела там Лекса.
— Лекс? Что ты тут де… — у меня аж дыхание перехватило от его вида.
Стекающие по бархатистой коже капли воды, мокрые волосы и рельефное мускулистое тело, облачённое в чёрные кожаные ремни с заклёпками. Мягкое махровое полотенце, прикрывающее бёдра. И огненный взгляд бархатных бордовых глаз…
Он был невероятно сексуален и притягателен.
И посмотрел на меня так, словно хотел сам оказаться у моих ног, прибив предварительно Дайрона.
— Да чтоб тебя грумзики облизали… — невольно вырвалось у меня.