Сердце целителя (ЛП)

— Ты не выглядишь соответственно.
— Что тебе нужно? — спрашиваю я, выжидая, когда он уйдет. Его такой заботливый и нежный взгляд может привести к моим слезам. Опять. Кажется, что с тех пор как я его встретила, только и делаю, что плачу. Не во всем виноват он, но его доля вины тоже имеется.
Он окидывает меня взглядом, несомненно, замечая мои опухшие глаза и растрепанный вид. Благоразумно не комментирует их.
— Я здесь, чтобы предупредить о том, что через четыре часа мы вылетаем на планету Ялат.
— Отлично. Я готова.
Он кивает, но беспокойство не покидает его глаз. — Жду тебя на погрузочной платформе через три часа. Если опоздаешь, останешься здесь.
— Я буду там, — твердо заявляю.
Брэкстон поворачивается, чтобы уйти, но останавливается. — Уверена, что я ничем не могу тебе помочь? Ты выглядишь расстроенной.
Прикусываю язык, чтобы не наброситься на него. Он не виноват в том, что я накинулась на него, потому что впервые за много лет испытала настоящее возбуждение. Он также не виноват, что решила, что его интересую только я, а не любая другая женщина на корабле.
Это ошибка, которую я больше не повторю.
— Я в порядке, — отвечаю, отступая на шаг назад. — К миссии буду готова, не волнуйся.
— Я не могу не волноваться, Скайлар. — Выдохнув, он потирает челюсть пальцами. — И правда, это все, что я делаю с тех пор, как встретил тебя.
А я с тех пор, как встретила тебя, только и делаю, что плачу, так что мы оба в полном дерьме.
— Я никогда не просила тебя беспокоиться обо мне. — Слова звучат с горечью, когда я представляю, как он беседует с Терезой. Он так убедителен, кажется таким искренним, что мне трудно удержаться от желания снова попасть в его ловушку.
Брэкстон кивает. — Знаю, но поступаю так безо всяких причин, а с тобой на этом задании, думаю, я сойду с ума от беспокойства.
— Хватит, — огрызаюсь я. — Эта излишне встревоженная личность доктора сводит меня с ума. Я ценю все, что ты сделал, спасая мою жизнь и помогая мне взять под контроль мою силу, но сейчас мне просто нужно, чтобы ты оставил меня в покое.
Он слегка пятится, а его взгляд становится абсолютно черным. — Очень хорошо.
Когда он поворачивается на пятках и уходит, быстро шагая по коридору, заставляю себя закрыть дверь. Как бы мне ни хотелось позвать его, объяснить свой гнев, я не могу. Разорвать все связи с ним и остальными дравианцами — лучший выход. Когда Камилла окажется в безопасности и мы выберемся отсюда, здесь не останется места для моих эмоциональных переживаний, потому что мне нужно будет сосредоточиться на сборе осколков моей разбитой жизни на Земле.
Потягиваюсь, разминая и успокаивая свое тело. Этот летный костюм ощущается потрясающе. Он облегающий, но материал дышит, и я чувствую себя как будто обнаженной. Неудивительно, что инопланетяне носят такие вещи.
Как только Брэкстон направляется в мою сторону, опускаю руки и напрягаю спину. Выражение его лица невозмутимо, но я улавливаю гнев, сверкающий в его взгляде. Не уверена, что это из-за меня, но неважно. Наши отношения основаны на общей цели: освободить человеческих женщин. Все остальное осталось в прошлом.
— Идем, — приказывает он. — Мы высаживаемся.
— Хорошо.
Он вскидывает подбородок в направлении одного из челноков. — Это тот, в котором полетим мы.
— Неужели все они задействованы? — спрашиваю, пробегая взглядом по многочисленным транспортным средствам, расположившимся вокруг того, к которому я был приписана.
— Да.
Мы поднимаемся по пандусу, и интерьер судна напоминает мне что-то из фильмов про морских котиков: множество сидений, прижатых к стенам, всевозможные жгуты, а центральный проход оставлен свободным. Я сажусь на свободное кресло и беру один из кожаных ремней, не зная, как его закрепить.
— Откинься назад. Брэкстон закрепляет мои ремни безопасности, проводя пальцами по моему телу то тут, то там. Выражение его лица серьезное, поэтому я тоже стараюсь держать себя в руках, не желая, чтобы он видел, как его близость влияет на меня. Его запах доносится до моих ноздрей, и, к своему стыду, я медленно вдыхаю его, вбирая в себя.
 
Закончив, он занимает одно из незанятых мест рядом со мной. Прибывают другие дравийские мужчины и медленно заполняют оставшиеся места. В итоге Эрикс занимает второе место рядом со мной и кивает мне.
— Ты готова? — спрашивает он.
— Конечно, — киваю.
Он улыбается, и в уголках его глаз появляются морщинки. — Именно такое мышление необходимо для этой миссии. Ялаты могут быть примитивными, но не лишены разума. Лучше, если ты станешь держаться поближе.
— Я защищу ее. — Холодный тон Брэкстона омывает меня, заставляя кожу покрываться мурашками. К счастью, они скрыты моей одеждой.
Эрикс не выглядит расстроенным собственническим поведением врача. Он просто говорит: — Как и должно быть.
А потом Эрикс с английского переходит на то, что, как я предполагаю, является его родным языком, и читает Брэкстону лекцию. По крайней мере, так это звучит, судя по силе и громкости его голоса. Врач отвечает ему тем же, его тон резче, чем я когда-либо слышала. Все остальные мужчины наблюдают за происходящим с нескрываемым интересом. Некоторые из них кивают, как бы соглашаясь с Брэкстоном, другие качают головой. Я понятия не имею, о чем идет речь, но очень подозреваю, что это связано со мной, поскольку взгляды некоторых солдат периодически останавливаются на мне. Однако в какой-то момент, после того как Брэкстон делает заявление, мне кажется, что все смотрят на меня.
— Что ты им сказал? — спрашиваю я, наклонившись и сохраняя голос спокойным, хотя уверена, что все меня слышат.
— Я сказал им, что ты обладаешь даром, — отвечает Брэкстон.
— Что еще?
Он молчит, но Эрикс отвечает за него, и взгляд, которым лекарь смотрит на него, посылает мурашки по моей спине.
— Брэкстон сказал, что ты его пара.
Я перевожу взгляд с Эрикса на Брэкстона, и все остальные мужчины тоже. — Почему?
— Сейчас не время для этого разговора, — ворчит Брэкстон.
В этот момент ревут двигатели, и этот низкий гул вызывает всплеск адреналина. Я крепко сжимаю ремни на плечах, мысленно готовясь к тому, что должно произойти. Все молчат, пока шаттл набирает скорость. Не собираемся ли мы перейти на какой-то гипердвигатель или варп-скорость? Я смотрела множество научно-фантастических фильмов, но понимаю, что это ничто по сравнению с тем, что можно испытать на собственном опыте.
Поездка проходит на удивление гладко, но нет сомнений, что мы находимся в движении. Мелкие толчки охватывают транспортное средство, заставляя меня крепче пристегивать ремень безопасности. В какой-то момент Брэкстон берет мою руку в свою и кладет наши соединенные пальцы на свое бедро. Я хочу отстраниться, но понимаю, что не могу. Я на задании, которое не лишено опасности, и нет никаких гарантий, что вернусь живой. Хотя, судя по свирепому выражению лица Брэкстона, он сделает все, что в его силах, чтобы я дожила до следующего дня.
Глубоко выдыхаю, когда шаттл приземляется, мне не понравилась тряска, возникшая, когда мы прорвались сквозь атмосферу планеты. Брэкстон расстегивает ремни безопасности и предлагает мне руку для помощи. Однако я поднимаюсь со своего места сама. С этого момента должна сосредоточиться на миссии и ни на чем другом.
И я не смогу этого сделать, если он прикоснется ко мне.
Иду за ним и остальными солдатами вниз по пандусу, любуясь открывающимся передо мной пейзажем. Это болотистая местность. Повсюду ивовые деревья, увитые лианами, и лишь кое-где вода. Невозможно определить, насколько здесь глубоко, потому что вода мутная. В воздухе витает слабый затхлый запах, и нет ветра, который бы его развеял. Солнце, если это солнце, закрыто вездесущей растительностью над головой.
Один из дравианцев говорит, но я не могу разобрать ни одного его слова. Нахмурившись от разочарования, пропускаю это мимо ушей. С моей стороны нелепо ожидать, что все будут говорить на английском в моем присутствии. Из людей я здесь одна.