Ведьма для ректора, или контракт с Чудовищем (СИ)

— Как ты, Илли? — тихо спросил Эдгарн, внимательно всматриваясь в моё лицо и убирая выбившиеся пряди волос.
Сердце всё еще бешено колотилось, но в теле уже начала появляться легкость. Как будто погрузился в воду, и она поддерживает тебя. Отчего-то в руках Эдгарна я почувствовала себя как в коконе безопасности: каким бы он ни был Чудовищем, он спас меня.
Он дотронулся пальцами до царапин, которые оставили щепки и одним быстрым плетением заживил их. Жаль, а у меня так и не вышло научиться такому, иначе бы сейчас тоже исцелила ссадину на его щеке. Из чувства благодарности, конечно.
— Не смей хранить у себя такие опасные вещи. Я тебя только…
Мои губы буквально обожгло его взглядом, дыхание перехватило, а до меня дошло, что он собирается меня поцеловать. И я, к своему ужасу, была совсем не против!
— Сона Ирис, что мне сегодня нужно сде…лать? — в дверь вошёл Петрус и так и замер с распахнутым ртом.
То ли от того, во что превратилась моя лаборатория, то ли от нашего с ректором неоднозначного вида.
  
Глава 12
 
Под обалдевающим взглядом аспиранта лежать было неудобно. Чувства легкости и безопасности как не бывало, и я попробовала спихнуть с себя ректора. Но он не сдвинулся с места и только раздражённо глянул на Петруса. Так, что тот подскочил на месте и выпалил:
— Я, наверное, зайду попозже, — он уже почти вышел, но я поспешила его остановить.
— Нет-нет, стой! Мне нужна твоя помощь, — я всё ещё старалась высвободиться из рук Эдгарна, который, казалось, даже зарычал при моих попытках. — Из ректора вышел никудышный помощник.
Это заявление застало Чудовище врасплох, и он, наконец-то, отпустил меня. Я поднялась и отряхнула платье, с сожалением заметив пару дырок. Эдгарн тоже встал и недовольно сверлил меня взглядом.
Петрус робко сделал пару шагов внутрь лаборатории, старательно обходя куски окаменевшего Василиска и постоянно оглядываясь на ректора.
— Может, я всё же потом зайду, — робко спросил он.
— Нет, ректор уже уходит, — настойчивее сказала я и прищурилась, глядя на Чудовище.
Совсем запущенный случай, если он намёков не понимает.
— Жду вас вечером в кабинете, — процедил ректор.
— Нет, спасибо. По вечерам обычно у вас более интересные гости, — я сложила руки на груди.
— И об этом мы тоже поговорим.
Чудовище обрубил разговор и покинул лабораторию. Вот же, дракон напыщенный! Любит, когда последнее слово за ним. Да что б ему на ровном месте спотыкалось сегодня!
— Петрус, где-то здесь был ящик с деталями для очистителя одежды, — пробормотала я, уже слабо надеясь в этом беспорядке что-то найти. — Мне бы сейчас он пригодился.
За дверью послышался грохот и громкое неприличное ругательство. “Так ему и надо!” — подумала я, а потом даже засомневалась. Всё же он спас меня.
С трудом, но мы нашли ящик. Он был перевернут, но ничего из него не пострадало. Так что на свое первое занятие я шла подготовленная как к созданию артефакта, так и к демонстрации его действия.
Я впервые вела занятие для большой группы студентов. До этого моими учениками были крошечные классы в нашем пансионе и пара ребят, которых я обучала индивидуально, под строгим надзором их родителей.
Но мне нравилось преподавать и создавать артефакты. Поэтому работа в академии, на самом деле, была верхом моих мечтаний. Если бы не Чудовище.
Всё занятие прошло хорошо. Только в самом конце длинноволосая драконица с забавным курносым носом и фиолетовыми тенями решила выпендриться:
— Скажите, а каково это— быть объектом благотворительности? — парни рядом с ней гоготнули, а девчонки противно захихикали, закрывая рты ладошками. — Или вы ректору чем-то платите за то, что он вас сюда взял?
Я присмотрелась. Где-то эти глаза я уже видела.
— Вы мне скажите, — ответила я. — Вас же сюда явно взяли не по умственным способностям. Иначе вы не рискнули бы дерзить преподавателю, да ещё и ведьме. Я ни на что не намекаю, но вдруг вы проснетесь завтра, а вместо вашего прекрасного любопытного носа — картошка?
 
Те, кто до этого смеялись над шуткой драконицы, не менее заливисто засмеялись над моей.
— А теперь все, кому смешно, то есть вся группа, готовят мне к следующему уроку по пять описаний артефактов, аналогичных тому, который мы сегодня разобрали, — закончила я. — И да, самая сочувствующая мне дама получает бонусное задание: придумать модификацию очистителя. Работающую. Только постарайтесь никого не убить, когда будете экспериментировать.
С этими словами я собрала всё, что осталось от демонстрации действия артефакта, и вышла из аудитории. Кого же мне напомнила эта драконица? Что-то вертелось в памяти, но я никак не могла понять.
Задумавшись, я не смотрела, куда иду, и чуть было не сбила с ног мужчину… в сером плаще. Он аккуратно придержал меня за плечи и с улыбкой спросил:
— Молодая сона куда-то спешит?
Я даже не нашлась что ответить. С одной стороны, я спешила, потому что впереди было ещё одно занятие, и поиски материалов к нему в том беспорядке, который был в лаборатории, могли занять много времени. С другой стороны — это же был тот самый серый плащ!
— Жизнь слишком прекрасна, чтобы спешить, — тихо, добродушно, слегка растягивая слова, сказал он.
Каждое его движение было плавным, неторопливым. Всем своим видом он подтверждал, что фраза, сказанная им, — не просто слова. Это его философия жизни.
От серого плаща пахло травами и алкоголем, но в искрящихся фиолетовых глазах не было ни намёка на хмель.
— Позвольте представиться, — он приложил ладонь к сердцу и склонил голову. — Мариано Ставрос. Тут работаю преподавателем по травологии и целительскому зельеварению. А вы, сона…
— Иллидия Ирис. Новый преподаватель по артефакторике, — пробормотала я, разглядывая его.
Ну, интересно же было узнать, кто меня спас. Он был вроде бы молод, но во взгляде, несмотря на всю его лёгкость, будто была вся мудрость мира. Он улыбался, а в уголках глаз собирались забавные морщинки. И уши! Он был эльфом! Я впервые в жизни вот так близко видела эльфа.
— Ирис, — повторил за мной. — А не та ли… Впрочем, сейчас неважно. Милая сона, как будет время, непременно заходите ко мне. Мой кабинет как раз над вашим. Только обязательно отложите все ваши дела.
Он вежливо кивнул и ушёл. Непременно надо будет зайти. И расспросить, нашёл ли он тогда Педро.
Когда я пришла в свою лабораторию, настал мой черёд удивляться и стоять с раскрытым ртом. Почти всё было убрано и лежало на своих местах. Взъерошенный и запыхавшийся Петрус ходил вокруг всё ещё висевшей в воздухе коробки с особо опасными артефактами и чесал затылок.
Вот это ведьминская интуиция! Да с таким аспирантом никакие эксперименты не страшны. Главное, при этом остаться в живых.
— Это всё сделал ты? — я удивленно обвела рукой комнату.
— Да, — скромно потупившись ответил Петрус. — У меня специализация на бытовой магии. Нестандартные способности. Из приюта отправили в хороший колледж, а оттуда — сюда. Но бытовая вообще мало кому нужна. Всем бы боевую — вот я как бы и вот…
Я улыбнулась его кратким сбивчивым объяснениям. Но он определенно недооценивал свои возможности и перспективы. Надо бы за него взяться.
— Я тебя понимаю. Меня же тоже отправляли в главный колледж столицы из-за моих знаний и умений в артефакторике. Только вот закончила я всё равно д’Ори, — невесело ухмыльнулась я.
— Серьёзно? — выпучил на меня глаза Петрус. — За что так с вами?
— Долгая история, — отмахнулась я, чувствуя, что воспоминания и мысли о несбывшемся будущем заставляют сердце сжиматься от боли.
— Но ведь туда отправляют только тех, кого тщательно хотят скрыть. Тех детей, за которыми будут охотиться или… — Петрус не мог остановить своего любопытства.
— Хватит, — мне пришлось перебить его. — Дело прошлого. А в настоящем у нас поиски компонентов для магического усилителя, чтобы подготовить будущий урок!