Ведьма для ректора, или контракт с Чудовищем (СИ)

— Сона Ирис, а вы помните своих родителей?
Это был вопрос, который всегда выбивал из колеи, поэтому я старалась уходить от него, даже когда он маячил отдаленной перспективой.
Я их помнила. Ну, как помнила. Мамин нежный голос и папины шершавые руки. А потом крики боли и страха, огонь, топот ног и тёмный-претёмный подвал. Как я оказалась в приюте — не знаю.
Я помотала головой, больше для того, чтобы избавиться от страшной картинки перед глазами, чем отвечая на вопрос, но маг расценил это по-своему.
— Полагаю, вам стоит побольше узнать о происхождении, — как-то чересчур довольно улыбнулся он. — Я тоже поищу по своим книгам, посмотрю, где об этом читал, а потом обязательно вам расскажу.
Он схлопнул сферу с артефактом, и на стол, около которого мы стояли, аккуратной горсткой опустились осколки артефакта. Я рассеянно поблагодарила мага, а он, видимо, пытаясь поддержать меня, взял мою кисть и зажал между своими ладонями.
Первым порывом было отобрать у него руку, но тут в дверях замаячил его Чудовищность. Он с таким негодованием посмотрел на наши с магом сцепленные руки, что я сразу передумала. Более того, второй ладонью накрыла его пальцы:
— Дон Галло, у вас просто невероятная реакция. Вы меня спасли, — кокетливо проворковала я. — Чем я могу вас отблагодарить?
Маг уже было открыл рот, чтобы мне ответить, как со стороны двери послышалось отчетливое рычание. Ректор надвигался темной грозовой тучей. Глаза метали молнии, а роль грома играл утробный рык.
— Дон Галло, кажется, у вас занятие сейчас в дальнем корпусе. Вы же не хотите заставлять студентов ждать?
Вот вроде все правильно сказал. Только о работе. Но почему мне стало страшно за бедного светлого мага? Арол тихо хмыкнул, прищурился, глядя на ректора, и вышел. Даже спорить не стал. Конечно! Разве это Чудовище переспоришь?
— А вы, сона Ирис, не хотите ли уже приступить к должностным обязанностям? — переключив внимание на меня, ректор остановился по другую сторону от лабораторного стола.
— Чем же я, по-вашему, сейчас занимаюсь? — съязвила я.
— Отвлекаете преподавателей от работы, — уверенно заявил он. — И подаёте неоднозначные намёки.
Я хмыкнула про себя. Даже если до этого замечания Чудовища, я не собиралась делать никакие намёки, то теперь… Я подумаю. И ехидно улыбнулась:
— Не помню в уставе академии пункта, запрещающего отношения между преподавателями.
На самом деле, я в принципе не помнила ни одного пункта. Блефовала. Потому что ведьма-палка занесла мне Устав почти перед самым сном, и я его даже не открыла.
— Значит, будет, — рявкнул Чудовище и попытался обойти стол. Я пошла в ту же сторону, поэтому расстояние между нами ничуть не сократилось.
— У вас нет, так и у других быть не должно? — бросила я ему и резко пожалела.
Он в мгновение оказался рядом, нависнув как скала:
— А я для себя сделаю исключение.
Я фыркнула и ткнула его пальчиком в грудь, как бы отодвигая от себя:
— Конечно, вы же у нас исключительный.
Он посмотрел на меня, на мой палец и отшагнул. Хорошо, что я сдержалась и после "исключительный" не стала добавлять "идиот".
— Вы мне обещали аспиранта. Тут многое нужно привести в порядок, и если вы не хотите, чтобы я отвлекала для этого дона Галло, то мне нужно выбрать себе помощника, — я аккуратно собрала со стола остатки артефакта в коробочку, решив позже разобраться, что с ним не так, и почему он так отреагировал.
— Что это? — ректор пальцем указал на взорвавшийся артефакт.
Я тяжело вздохнула, ожидая, что мне сейчас прилетит штраф с вычетом из зарплаты. Которую, по сути, я еще даже не начала зарабатывать.
— Он не пережил встречи со мной, — как могла, равнодушно пожала я плечами. — Хочу разобраться, почему.
Наступила тишина. Я, наконец, позволила себе поднять глаза, и поняла, что меня рассматривают, как будто видят в первый раз. Заинтересованно так.
— Я платье задом наперёд надела? — решила уточнить я.
Чудовище только ухмыльнулся на мою шутку и перешёл к рабочим вопросам:
 
— Я сейчас отведу вас в теплицу. Там у аспирантов практика. Выберете любого, и он в вашем полном распоряжении.
— Мне бы хотелось, чтобы ему тоже платили, — нагло запросила я.
Как человек, который всю жизнь отчаянно нуждался в деньгах, я считала, что каждый труд должен оплачиваться. Самое приятное было то, что Эдгарн даже спорить не стал, отвел меня в теплицу и не очень охотно оставил одну.
Среди созревающих плодов обливионикса серолистного копошились аспиранты. Растение использовали те, кто хочет узнать мысли другого. Главное при использовании было одновременно выпить настойку и одному из пары поставить блокиратор. А то в голове начиналась какофония, и отделить кто и что думает, было невозможно. Обычно обливионикс использовался разведчиками, и свободная продажа этого растения была запрещена.
Я внимательно присмотрелась к кандидатам. Часть из них отвалилась сразу же. Они стояли в углу и тыкали пальцем в остальных, которые что-то пытались сделать.
Трое постоянно, почти перед каждым действием заглядывали в книгу. Либо память плохая, либо дотошность выше неба. С такими я и сама взвою.
И только один аспирант мне понравился. Худощавый брюнет, со слишком длинными для его тела руками и крупными ладонями. Говорят, что какого размера ладонь, такой и… Кхм. Магический потенциал.
В то время как все толкались, ожидая лопаты, он создал изо льда мини-лопатку и уже вырыл несколько ямок. Голова варит, нестандартные решения придумывать может.
Я быстро решила: “Беру!”, — и подошла к нему. Он шарахнулся от меня, столкнув кадку с пустоголовником. Может, зря его выбрала? Но отступать не привыкла:
— Я ваш новый преподаватель по артефакторике, сона Ирис, — представилась я. — Мне нужен аспирант в помощники и лаборанты. Мой выбор пал на вас.
Парень громко икнул, чем привлек внимание своих коллег. Девчонки начали шушукаться, а парни с интересом разглядывали “моего” аспиранта.
— Д-да, — пробормотал он. — Я Петрус ди Сантис.
Уводила я его из теплицы под любопытствующие и немного завистливые взгляды. Пока мы шли, я примерно рассказала ему, что ему предстоит и с какими условиями. Он только как болванчик кивал и периодически повторял: “Спасибо!”
Я в очередной раз засомневалась, стоило ли его выбирать. Может, нужно было поискать кого-то получше? Или вообще провести отбор. Надо будет себе придумать губозакатывательный артефакт.
Мы уже подошли к моей лаборатории, когда аспирант, расхрабрившись, заговорил:
— Особенно за зарплату спасибо! А давайте, — он немного замялся, — я вас как-нибудь с неё угощу?
Я выдала задумчивое “посмотрим”, мысленно немного реабилитируя аспиранта. Вежливый, сообразительный, благодарный. Далеко пойдёт.
Пока я открывала замок, из своей двери выплыл белый маг:
— Сона Ирис, я понял, как вы можете отплатить мне за утреннее спасение, — он сиял как новогодние шары на главной площади столицы. — Приглашаю вас сегодня на ужин.
— Сона Ирис сегодня вечером занята, — прогремел над ухом голос Чудовища, прежде чем я успела ответить. — Она ужинает со мной.
  
Глава 9
 
Я озадаченно переводила взгляд между мужчинами. Они недовольно смотрели друг на друга, будто мысленно бодались, как два козла.
— Господин ректор, почему вы считаете, что можете решать за сону Ирис? — прищурившись спросил маг. — Или пользуетесь своим руководящим положением, чтобы вынудить бедную девушку делать то, что нужно вам? Так разрешите напомнить, что если ничего не поменяется, то согласно Уставу академии, недолго вам оставаться ректором.
Я навострила уши. Значит, в Уставе есть какой-то хитроумный пункт, который поможет мне освободиться от начальника-Чудовища? Хм… а перспектива читать этот занудный документ заиграла новыми красками.
— А вот это уже не ваша забота, дон Галло — рыкнул Эдгарн. — Уверяю вас, я здесь надолго. Сона Ирис, я жду вас вечером в моём кабинете.