Бал лицемеров (СИ)

Она улыбается Стэю и шепчет, что выйдет в сад, который заприметила ранее из окна. Тот кивает. Он никогда ее излишне не оберегал и сейчас не станет. Никто не знает, кто она, а значит, ничто ей тут не угрожает. Ведьма смело удаляется с сторону проходов, которые, по ее мнению, должны окунуть в тишину. Ей кажется странным, что широкий коридор, ведущий на улицу, абсолютно пуст и освещен множеством свечей, которые в хаотичном порядке воткнуты в пол у стен. Хоть проход этот достаточно широк, она все же придерживает подол платья, страшась неосторожным движением поджечь тонкую ткань.
Свежий весенний воздух проникает в легкие через ноздри и слегка пьянит после душного зала, наполненного демонами. Сад освещен багровыми огоньками, парящими в воздухе. Они совсем маленькие, как светлячки. Присмотревшись, Косс удивленно вздыхает — это насекомые. Какая-то невидимая сила заставляет их парить в этом саду. Деревья невысокие, аккуратно острижены в разнообразные геометрические формы. Конусы, цилиндры и странные фигуры, названия которых она не знает, потому что уроки геометрии в школе благополучно прогуляла. Тогда у нее еще не было этого безумного голода к знаниям. Тогда все казалось понятным и простым, и она думала, что будет вечно молодой. Время развеяло это заблуждение.
Дорожки аллей усланы мозаикой из светлого камня, а багровое свечение светлячков придаёт им алый оттенок. Косс с удовольствием посмотрела бы на этот сад днем. Тут вообще бывает день? Скорее всего, это пространство — лишь иллюзия, созданная на время коронации, и будет развеяна после.
Минуя все больше поворотов, скрываясь за очередной живой стеной, она понимает, что звуки праздника постепенно стихают. Значит, вскоре она сможет сосредоточиться на маске. Ноги несут ее дальше, в глубь сада, где она наконец обнаруживает место для уединения. Большая площадка с низкими клумбами и озеро в центре. Она вдыхает аромат цветов. Он вкусный, как свежая выпечка. Ведьма с грустью вспоминает о том, что уже три года не ела булочек. Когда-то она могла есть все, что хотела. Теперь же, когда годы бегут быстрее, приходится следить за фигурой, которую стройной никак не назвать. А магия, что становится в ней все сильнее, заставляет тело расти еще больше. Спасают тренировки, правильное питание и ведьмины зелья. Не что-то определённое, а именно в комплексе.
Прикасаться к цветам Косс не решается, хоть кончики пальцев покалывает от желания ощутить нежность лепестков. Мало ли, вдруг они ядовитые или вообще хищники. Демоны любят все опасное и агрессивное.
30
Озеро гладкое, и она не может понять, вода в нем фиолетовая сама по себе, или это искажение цвета из-за освещения. Почти на дне его мелькают рыбки. На удивление, самые обычные, какие могли бы жить и в ее аквариуме, если бы таковой у нее был. Во всяком случае, выглядят они именно так.
Присев на одну из лавочек, лицом к озеру, она откидывается на спинку. Вытягивает ноги вперед. Тут почти не слышно никаких звуков, кроме тихого шума ветра, что гуляет в ветвях деревьев. Самое время и место сосредоточиться на заклинании. Ежедневные тренировки помогают мгновенно сконцентрироваться. Косс закрывает глаза, распутывая его по ниточкам. Как и предполагалось, ничего сложного. Игра с заломами света, немного от гламура гоблинов, капелька фейского флера и очарования демонов…
— А это что еще за хрень?.. — бормочет она себе под нос, ощутив незнакомые элементы.
— Не получается? — глубокий мужской голос заставляет вскочить и отбросить свое занятие.
Заклинание тут же возвращается в прежнее состояние. Ведьма, чертыхнувшись про себя, понимает, что все придётся начинать сначала.
Смотрит на того, кто так бесцеремонно прервал ее одиночество. Человек. Во всяком случае, в облике человека. Высокий, статный мужчина, облаченный в черные брюки классического покроя и такую же рубашку. Маска прячет половину лица, оставляя открытым волевой подбородок и красиво очерченные губы. Гладко выбрит. Черные волосы аккуратно уложены. Она не узнает, кто он такой, даже если увидит снова, потому что маска на нем, как и та, что на ней, полностью преображает и облик, и суть.
 
— Эта хрень — энергия пустоты, собранная в плетение, — говорит он тем временем и подходит ближе. — Этот элемент можно найти в Межмирье.
Кто же он? Демон? Колдун? Эльф? Кто? Ответа на этот вопрос она не получит. Он ей и не нужен, поскольку придётся тогда раскрыть, кто она. Но любопытство — та еще зараза, грызёт, как мышка в норке. Хрум-хрум.
— Могу предоставить все нужные ингредиенты. — Он останавливается недопустимо близко, нарушая ее личные границы.
У него тёмные глаза, более точный их оттенок не рассмотреть в этом освещении.
— И зачем они мне? — Она складывает руки на груди.
— Видно, очень нужно, раз ты оставила торжество и сидишь тут одна.
— Я устала и хотела отдохнуть в тишине. — Игриво вздыхает, не зря же еще в школе посещала театральный кружок. — Все эти сборища очень выматывают.
— Понимаю, — соглашается он, не настаивая на своей теории, и это дает ведьме знать, что не многие из присутствующих разбираются, как на самом деле работают маски и из чего они сделаны.
— А где твой спутник? — спрашивает, как-то слишком пристально вглядываясь в ее лицо. — Я думал, что вы с ним неразлучны.
Прекрасно! Расчет Нэги был верен, и он принимает ее за другую. И это как нельзя более на руку. Единственный ее страх, мешающий насладиться маскарадом, — это вероятность быть раскрытой.
— Иногда нужно отдыхать и друг от друга. Однообразие со временем отягощает, — говорит она и только после понимает, как двусмысленно это звучит.
— Как удивительно, что наши стремления сегодня совпадают. — Он наклоняется и проводит носом по ее щеке. — Не представляешь, как я рад, что ты согласна.
На это лёгкое прикосновение тело реагирует мгновенной россыпью мурашек. Тёплое дыхание ласкает кожу, отчего все внутри начинает тлеть, как разгорающийся пожар. Косс точно знает, что эти ощущения естественны. Ни один демон не может внушить ей чувства, проверено неоднократно. А в том, что ее собеседник именно демон, сомнения нет. Ведь не напирает, не вынуждает, только дает понять, что она ему очень нравится. Точнее, не она, а совсем другая женщина, но сейчас это неважно. Такая сдержанность свойственна лишь демонам. Он не заставит и шага не сделает, пока не получит разрешения. Причем реакции тела недостаточно, решение должно быть осознанное, не подлежащее оспариванию. И то, что он рад ее согласию, — еще одно тому подтверждение.
— Я буду счастлив разбавить твое однообразие. — Его шёпот проникает прямо в мозг, и от него кругом голова. — Смогу удивить тебя, если позволишь. Я тебя жду…
Секунда — и ведьма уже одна. Приходя в себя, опускается на лавочку, прикрывает глаза. И совершенно точно знает, куда ей идти.
31
Гидон скользит между напыщенных гостей. Если в этом образе вообще можно скользить. Но у настоящих валькирий получается, значит, и она сможет. Высматривает нужный силуэт в толпе, ведь именно для него она так нарядилась. Ах, вот он! Золотоволосый эльф в изумрудном одеянии. Он беседует с двумя милыми феями. Это вовсе не феи, но кто они на самом деле, она не знает и знать не хочет. Подходит к ним и смело проталкивает ладонь в изгиб его локтя.
— Поговорим? — Томно смотрит на него снизу вверх. — Наедине.
Он усмехается и кивком головы прощается с собеседницами. Те огорченно посматривают, но не препятствуют, пытаясь удержать его внимание. Гидон ликует, пока он увлекает ее к выходу из зала, подальше от толпы. Тут многие поступят так же.
В полумраке коридора, отойдя на достаточное расстояние, он останавливается.
— Говори, — предлагает со все той же улыбкой искусителя. — Кажется, именно этим ты хотела заняться.
— Не совсем. — Вздыхает и льнет к нему, утыкаясь носом в шею.
Он тихо смеётся, но отстраняется.
— Зачем вводишь меня в заблуждение? — спрашивает, сощурив глаза. — Почему бы сразу не обозначить свои намерения?