Бал лицемеров (СИ)

— Бойка знала, что ты значишь для меня, и все равно пошла с тобой. — Плечи императрицы поникли, а во рту появился неприятный привкус. Она опустила глаза, пряча от него свою горечь. — Предала меня…
— В последний раз, — уточнил король.
Подцепил пальцами ее подбородок. Заставил смотреть на него. Его длинные когти слегка царапали ее нежную кожу, и это было больно, но ее душевные страдания оказались гораздо сильнее.
— Я не могу ответить на твои чувства, Гидон, — посмотрел он сочувственно, но без жалости. — Ты должна понять это. И принять.
— Да, Владыка, — склонила она голову.
Ганнибал понимал, что все не будет так просто. Но то, что она согласилась с ним сейчас, — это уже первый шаг. В этот момент он мог лишь надеяться, что она не натворит глупостей. Что все будет идти по его плану.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍41
Косс очнулась в комнате, на том самом диване, который стал свидетелем недавнего разврата. Просканировав помещение магическим взором и убедившись, что совсем одна, ведьма с облегчением выдохнула. Ее укрыли одеялом, под которым она осталась совершенно голой. Потянулась с наслаждением, словно кошка. Воспоминания о ласках демонов отозвались приятной ломотой в костях, в низу живота потеплело. Она осторожно потрогала пальцами маску на лице. Та осталась на месте. Демоны сдержали слово. Но удивительного в этом ничего не было. Демоны лгут, говорят одни. Демоны никогда не лгут, говорят те, кто знает истину. Одним из условий их встречи было ни при каких обстоятельствах не снимать маски. Об этом Нэги напомнила ей несколько раз. Косс надеялась, что ее недавние любовники не взглянули на ее истинный облик. Зачем им это, если они и так знали, кто под маской? Думали, что знали. Косс рассудила, что, если бы хоть один из них заподозрил подмену, ведьме пришлось бы туго.
Очнувшись от воспоминаний, Косс огляделась еще раз. Как много деталей она не заметила, когда пришла сюда. Пустая комната, вся, кроме потолка, была покрыта мраморной плиткой. Сверху свисали цепи, заканчивающиеся кандалами, и тот самый поручень, за который она не так давно держалась. Жар подступил к щекам, когда она вспомнила о том, что мужчины делали с ней, пока она отплевывалась от потоков воды. Ведьма откинулась на спину и прислушалась к своему телу. Немного саднило между ног и ягодиц, но приятное послевкусие затмевало эти ощущения. Отбросила одеяло и оглядела себя. Ни одного синяка или царапины не осталось. Что ж, спасибо аккуратности демонов и ее кровеносным сосудам, которые находились достаточно глубоко под кожей, так что синяки редко украшали ее тело. Но вот царапины и укусы ее любовники могли оставить, но делать этого не стали.
На кресле, которое Косс не сразу заметила, лежало платье. Ведьма тут же облачилась в него и улыбнулась — точно на нее шили. Ей стало интересно, демоны ко всем своим любовницам так внимательны, или это просто красноглазый сдержал свое обещание?
Покинув помещение, она, немного заплутав в темных и пустынных коридорах, все же нашла дверь с нужным знаком. Ей даже показалось, что не она ищет путь, а сами стены ведут ее в нужном направлении. Переступив порог, Косс тут же наткнулась на укоризненный взгляд Стэя, который сидел в кресле напротив входа. Явно ждал ее.
— Хорошо провела время? — услышала она недовольный голос айда, стоило ей закрыть за собой дверь.
Косс пожала плечами. Ей не хотелось обсуждать свой поступок с ним, но видно было, что Стэй настроен на разговор. Ведьма вздохнула.
— Да, — ответила, останавливаясь напротив. — Я получила то, что хотела.
— Рад за тебя, — кивнул он. — Где платье, которое я тебе подарил?
— Испортилось, — замялась ведьма, как провинившаяся школьница перед учителем.
От нее не ускользнуло то, как он сжал челюсти, как заиграли желваки на его лице, и как он сжал кулаки.
— Ревнуешь? — насмешливо спросила.
— Нет, — соврал Стэй не моргнув глазом.
Он знал, по чьей воле привёл ее сюда. И знал, для чего. Но это вовсе не значило, что немертвый был со всем согласен. Однако, что он мог сделать? Даже если получится увести ее, спрятать и обеспечить защиту, что он может ей предложить? Она — живая, молодая женщина. Ей нужна мужская ласка. А он? Он — ходячий мертвец, застывший в мире живых. И хоть чувства к ней горят в его груди неугасимым пламенем, тело его холодно. А сердце, хоть и откликается на нее редкими ударами, все же не способно разогнать кровь настолько, чтобы он смог предложить ей себя. Так, как могут это другие. Все, на что он способен, — это быть рядом. Защищать и поддерживать. Облегчить ее жизненные испытания. И существовать рядом, наблюдая, как она живёт. А ему хотелось! О Чернобог, как же ему хотелось! Чтобы сердце колотилось! Чтобы кровь грела мышцы! И чтобы член стоял, мать его так!
 
— Все то время, пока ты развлекалась, я как на иголках сидел. Ждал, что придётся тебя спасать.
Айд не демон. Он с легкостью может солгать, если посчитает нужным. Конечно, он знал, где она была. Стэй находился в этой комнате, пока на ней рвали платье. Когда она отдавалась троим мужчинам, он просто сидел в этом проклятом кресле и мечтал умереть! Потому что по насмешке богов не видать сыну Нави того, чего он желает больше всего, любви и смерти.
Услышав его слова, ведьма хотела было попросить прощения. Но что это изменит? Принимая решение, она и не подумала о своём спутнике. А когда отдалась в руки любовников — тем более.
— Я сделала это, чтобы победить свой самый страшный кошмар, — попыталась оправдаться она. — Мне это было нужно.
— В самом деле? — хмыкнул айд. — Не стану врать, что понимаю, потому что не был на твоём месте. Осмыслит твою боль лишь тот, кто сам испытал подобное. Но помоги мне осознать — ты решила, что это поможет? Клин клином, да? И как? Работает?
— Пока не знаю, — честно ответила Косс.
42
Планета Рах-Виридис, столица Внутренних Кругов
Императрица Гидон стояла у арки. Перед ней раскинулся огромный сад, полный экзотических растений, доставленных со всех миров Внутренних Кругов. Озорной ветерок вился у ног и все норовил поднять подол платья. Приятные ароматы смешивались и щекотали ноздри. Но не все эти красоты привели императрицу сегодня в сад. Там, у фонтана, расположился ее младший сын в компании учителя. Никас подавал большие надежды, считаясь самым смышленым и способным к обучению ее отпрыском. Если он не сменит своих пристрастий в учёбе, то лучшего правителя Внутренних Кругов трудно будет найти. Так Гидон думала до коронации Ганнибала. Теперь сомневалась в том, что когда-то оставит трон. Король Нового Ада отверг ее. Не быть ей его королевой. Не рожать ему детей. Особенно после того, что он сделал с Бойкой. Гидон не сможет простить этих двоих. Бойку за то, что, зная о чувствах Гидон к Владыке, все равно отдалась ему. А Ганнибала за то, что Гидон больше никогда не увидит дочь. Никто не знал, что Бойка на самом деле внебрачное дитя Гидон, только она сама. О той порочной связи, что дала жизнь Бойке, никто не узнал и никогда не узнает. Императрица позаботилась об этом. Как и о том, чтобы дать Бойке шанс на безбедное существование. Кто же мог подумать, что она поступит так опрометчиво. Не силком же Ганнибал ее в свою спальню утащил! Небось сама побежала, еще и вприпрыжку. Но все же что-то тут было не так, что-то она упустила…
— Кто контролирует Ад? — послышался вопрос учителя, и Никас послушно ответил:
— Девятка Абсолюта. А именно… — и стал перечислять, загибая пальцы: — Вельзевул, Таннин, Белиал, Асмодей, Аббадон, Астарот, Молох, Самаэль и Люцифер. И супруга их — Лилит.
— Правильно, — похвалил учитель.
Гидон хмыкнула. Еще бы! Она учила этому своих детей едва те обрели способность запоминать то, что она говорила.
— А кто правит в измерениях Хаоса? — вновь спросил учитель.
— Архиодемиды, — ответил Никас невозмутимо.
Гидон нахмурилась. Любой ребёнок демонов знает это. Может, она зря доверилась советникам, взяв именно этого преподавателя? Может, стоит его сменить?