Заряна. Укрощаю любовью (СИ)

— Блин, напугал меня! А чего ты подкрадываешься? — стала ответно нападать на него. — Я же не думала, что ты как черт из табакерки выскачешь. Только что по телефону разговаривал. 
— Разговаривал. Выхожу на кухню, тут ты прелестями трясешь. 
Нервный и злой. В руке действительно гаджет сжимает и смотрит не с вожделением, а скорее раздраженно. Опустил взгляд ниже, охватив мои голые ноги, медленно поднял взгляд и, коротко мазнув по лицу, отвернулся. 
— Мне надо уехать, — прошел мимо меня, исчезая за перегородкой. — Не пугайся сильно, если вернусь среди ночи. 
Хлопнул дверью и ушел, а я медленно опустилась на постель, по-прежнему прижимая к себе футболку. Неужели к бабе отправился? Да пусть хоть к двум сразу! Меня не должны волновать его похождения. Я лишь разделяю с ним жилплощадь и точка. Легла, укрылась, но сон, как назло, не шёл. Переполненность эмоциями, чужая постель и думы о хозяине квартиры отвлекали. Включив музыку и надев наушники, стала слушать успокаивающие мелодии классики, погружаясь в далекое детство, когда еще посещала музыкальную школу, а папа жил с нами. Так сон и одолел меня. 
  
Глава 17. Тутоны
 
Амир. 
Рустам просил моего присутствия в оздоровительном центре. Один из гостей перебрал спиртного и начал прыгать с бортика бассейна, что делать абсолютно запрещено. В итоге разбил себе голову, вызвали скорую помощь. Все обошлось малыми потерями в здоровье клиента, но свидетельские показания все же пришлось давать полиции. 
Три часа ночи, а я только освободился. Сегодня день что ли такой: сплошные разборки. Впрочем не у меня одного. И девушка, которую не обошли трудности, сейчас спала в моей гостиной. Ее переодевание застал случайно, и оно подлило керосину в огонь, вызванным моим напарником. Если я буду видеть Заряну каждый день перед глазами, то выдержки моей надолго не хватит. Либо ей придется сдаться мне, либо я воспользуюсь положением и просто предложу купить секс с ней. 
Потом еще. 
Плевать. Может так я сниму наваждение рыжей бестией. 
Тихо щелкнул замком, закрывая входную дверь. Так же разулся, опасаясь разбудить девушку, что спала почти у порога. Прошел вглубь квартиры и остановился возле дивана. Заряна спала глубоким сном, лежа на боку, подложив ладони под голову. В ухе наушник тянется от телефона. Наклонился и забрал аксессуары. Телефон разрядился до пяти процентов. Подмывало открыть и посмотреть, чем живет его хозяйка, но сдержался. Я ей никто и не имел права совать нос в ее личное пространство. Решил, что утром расспрошу, что же случилось с ней и почему привело ко мне на порог. 
*** 
Проснулся от аромата кофе и жареного теста: вот что значит женщина в доме. Настоящая женщина, домашняя. Не припомнил случая, когда кто-либо из моих ночных фей готовил нам завтрак. Любопытство подтолкнуло с постели, наспех натянув домашние бриджи, двинулся на манящие запахи. 
Гостья стояла спиной ко мне, поглощенная приготовлением завтрака. Все та же серая футболка для сна и черные лосины. Все закрыто и тем не менее чертовски сексуально. Услышав мое появление, обернулась и скромно улыбнулась. Заряна и скромность? Это нечто новое. Видимо ночи на моей территории так влияли на ее взрывную натуру, нейтрализуя природный норов. 
— Утро доброе, Амир. А я вот завтраком занялась, — произнесла и отвернулась к плите, доставая круглые пышки из кипящего масла. 
— Привет. Удивлен, — подошел ближе рассмотреть кулинарное творение. — Я думал, ты только по напиткам спец, а тут уже и выпечка пошла. 
— Да, ну какая выпечка? Всего лишь тутоны*. Ты с чем будешь? Сметана, паштет или сладкие? 
Я слушал ее и не узнавал девушку, которую знал с другими качествами. Вместо ответа, задал свой: 
— А ты когда успела все организовать? — обвел глазами хаос на столешнице из муки и посуды. 
— Ходила в магазин. Тесто купила. За углом твоего дома кулинария, там не только готовая продукция. Остальное нашла в шкафах. 
 
Заметив мою растерянность, приняла на свой счет. 
— Ой, прости, Амир, — Заряна прервала занятие, нервно сцепив пальцы. — Я, наверное, зря своевольничаю. Мы не оговорили границы моих действий на твоей территории. Думала компенсировать завтраком свое нахождение у тебя, — замолкла, с напряжением всматриваясь в мое лицо, ожидая реакцию. 
— Нет. Совсем не своевольничаешь. Мне нравится, — отошел от плиты и, забрав с подставки кофемашины стакан с кофейным напитком, сел за стол. 
Девушка молча поставила тарелку с жареными булочками передо мной, принялась убирать посуду и столешницу от муки. А я залюбовался ее обыденными действиями, находя в них особое очарование. Так странно. 
— Ты иди давай тоже завтракай, — сказал приказным тоном. 
— Я уже выпила кофе и съела парочку первых с огня, — стыдливо призналась, не прекращая действие. 
— А теперь со мной дубль два. 
Мне хотелось разделить с ней трапезу и попутно задать вопросы. 
Заряна. 
Едва проснувшись, сразу решила, что накормлю парня свежей стряпней. Оладьи, блины оптимально подходили на роль блюда. Потом вспомнила о тутонах и вот уже горка горячих и ароматных булочек-колобков готова, просящих их отведать. Амир показался уставшим и задумчивым. Я понимала, что стесняю его и вдобавок оккупировала его кухню. Ощутила неловкость и от этого растерялась. 
— Не стесняйся, Зарян, садись. Мы позавтракаем, а потом ты мне все расскажешь, — и так пристально посмотрел поверх кружки, с которой отпивал кофе, что я вздрогнула. 
Поняла, что диалога не избежать, присоединилась к нему. 
— А теперь подробнее почему ты осталась без ночлега. 
Амир завершил завтрак и, откинувшись на спинку стула, приготовился к моей исповеди. 
Я вздохнула, все еще раздумывая, сколько информации могу выложить. Не хотелось посвящать мужчину в свои прошлые отношения. Решила опустить подробности, упомянув лишь совместную аренду квартиры на год. Но, пожив около трех месяцев, глубоко разочаровались друг в друге. 
— Он ушел, я осталась. Но так как мой бывший парень оплачивал проживание, то и решил разорвать договор найма, либо мне перекупить договор на остаток срока и вернуть ему сумму за то время, что я жила одна. 
— Во сучок! — скривился Валиев, — знал же о твоих денежных трудностях. 
— Я не осуждаю, что кто-то считает свои деньги, но к тому, что так неожиданно лишусь жилья, оказалась не готова. 
Я вертела в ладонях давно остывшую кружку, лишь бы занять чем-то руки и не смотреть в глаза горцу. Не хотелось выглядеть в его глазах доверчивой и несчастной дурочкой. 
— Заряна, — почувствовала его горячую ладонь на своих дрожащих пальцах и вскинула взгляд. — Ты можешь жить у меня сколько захочешь или пока кто-то не почувствует, что пора разъехаться. 
Я грустно усмехнулась: "разъехаться" звучало странно, скорее он смягчил фразу одним словом: съехать мне от него. 
— Я никогда не скрывал интереса к тебе, — открыто посмотрел, а я попыталась отнять ладони, но он лишь сильнее их сжал. — Но принуждать к интиму не стану, если только сама не придешь в мою постель, — и коварно улыбнулся. 
— Не приду! — недовольно буркнула и вырвалась наконец из горячего плена его кистей. 
Валиев довольно рассмеялся и оставляя последнее слово за собой, тихо добавил: 
— Придешь. 
Тутон*— хлебное тесто, обжаренное на масле или жире. Национальное блюдо провинции Ньюфаундленда. 
  
Глава 18. Динамит
 
Амир. 
Прошло две недели с того дня, как рыжеволосая особа спонтанно осталась у меня на ночлег. Девушка вела себя скромно, не показывая своей взрывной сущности, готовила завтрак в те дни, когда не уходила на работу. Избегала провокационных тем, надевала поношенные футболки и трико, которыми заполнила полку в моем гардеробе. А меня все больше накрывало от ее присутствия, суеты вокруг варочной панели и уборки в квартире. Догадывался о причине ее рвения: компенсация за проживание. Да, я готов ей приплачивать за присутствие в моем логове, только бы позволила большее.