Спасти род Романовых: Первокурсник (СИ)

-— У-у-у, с-с-сука, -— прохрипел я, падая на одно колено держась рукой за грудь, -— Че творится то.
-— Не нужно было торопится, -— труп издал короткий смешок, -— Первое время все тело будет отвергать фамильяра мира мертвых, как и магию, которую ты в скором времени сможешь освоить. Но потом…
-— Магию? У меня будет что-то иное помимо магии огня? Я правильно понял?
То, что я в очередной раз перебил моего «коллегу» явно взбесило его.
Короткий хлопок в ладоши и мой мозг чуть не взорвался от резкого звона в ушах, и он продолжался ровно до тез пор, пока я не просипел сквозь зубы:
-— Да понял, я понял… Слушаю…
Труп внимательно посмотрел на меня, и неожиданно, представился:
-— Меня зовут Анна, я — хранитель горы Сакчинар. В твоем понимании — мертвый проповедник.
-— Ого… — выдавил я, опасливо косясь на труп Анны.
-— Моя цель — вернуть некромантию на этот свет. Не дать ей исчезнуть, но… Я и не преследую цель господства, как это делают некоторые личности. Я лишь хочу одобрения и право на жизнь.
Я молча поднял руку, и под одобрительный кивок, спросил:
-— Это все ладно-складно, а мне то это на кой хер? Я вроде и так что-то типа мага огня, а некромантия — это мерзко. Трупы должны лежать в земле. Некромантию с биопротезами там, нанитами и прочей космической чепухой — я еще понимаю, но ваше… Ты знаешь, за какое время мозг человека разлагается? А как горят сосуды в мертвом теле? Реакция внутренних органов на отсутствия кислорода? Что вы может поднять? Мешок с падалью, который не сможет мыслить и понимать? Смысл этого? Вот был бы молдинг биотехники… Я бы еще понял.
-— Забавное замечание от человека, чье сердце заполнено тьмой. Если бы у тебя не было дара к некромантии, мой бог бы тебя не выбрал. И если бы было все так, как ты говоришь, в нас не был бы смысла. Для марионеток есть кукловоды. А мы — некроманты, выше этого.
-— Так, стоп, -— я по-турецки сел на землю, в душе не понимая, о чем тут идет разговор, -— Я так понимаю, в этот мир меня выдернули, правильно? — Анна одобрительно кивнула, -— И один из местных преподов мне ляпнул, мол, таких как мы — мало, и о нас никто не знает, верно?
Анна мерзко улыбнулась и кивнула.
-— Тогда откуда президент академии знает, что я засыльный в этот мир, что я, вообще, приду сюда? Что за кукловоды? Как вы даруете разум тем, кого воскресили?
-— Кто знает, кто знает… — Анна начала медленно покачивать головой в разные стороны, -— Алексей, много хочешь и все сразу. Поверь мне. Такого объема знаний, которое ты хочешь — в один момент не проглотить. Ты не выдержишь.
-— Ну, как обычно, одни загадки, -— я встал, отряхивая штанину, -— Короче, нахер мне твоя сила не нужна. Уяснила? Давай, верни меня обратно, и не появляйся больше. Не хватало еще, чтобы ты в процессе «строения пирамид на белом троне» появилась. Придется сходить еще раз от неожиданности.
Мои слова никак не задели Анну, казалось, она в принципе не поняла, о чем я только что сказал. Но и уйти мне она не дала.
-— Как бы ты этого не хотел, твоя сила, будет выходить наружу, а фамильяр твой до конца твоих дней, а его, в отличие от остальных — нужно кормить. Живой едой.
-— Как это?
-— Не будешь учиться — наша магия будет хаотична в тебе, и ты накличешь на себя бед и на окружающих. Оно тебе надо?
В ее словах была какая-то доля адекватности, и все же, я сделал глубокий вдох, кивнул головой и ответил:
-— Ладно. Продолжай, но с одним условием…
Кажется, она поняла, о чем речь. Мне осточертело смотреть на полуразложившийся труп. Не то чтобы я боялся, но это было отвратительно.
-— Еб… Офигеть!
-— Узнал, да? — ласково спросила брюнетка, которая первая вошла в водоем во время начала испытания.
-— Маргарита что-то там, верно? — спросил я, выпячивая глаза.
-— Маргарита фон Паткуль. Верно.
-— А как, а что… — я немного потерял способность правильно выражаться, -— А какого хера, собственно говоря, ты здесь делаешь? Все время это была ты? А как же все? А…
-— Никто не знает кто я и что я. Здесь — я твой учитель, помощник, а в академии, я такой же абитуриент, как и ты.
 
-— Охереть… И я… — меня немного передернуло от воспоминания, что я откровенно пялился на ее задницу до начала испытания.
Знал бы наверняка, как она выглядит в реальности, тысячу бы раз подумал, чтобы обратить внимание.
-— Нравится тебе или нет, но теперь ты и я — для всех — самые близкие друзья. Все мои задания — выполнять беспрекословно, если хочешь жить и не покалечить других.
-— М… — промычал я, прищуриваясь, -— Что-то больно все мутно, не находишь? Тупорылая череда событий, и по-глупому ты все сделала. Разве было не проще сразу подойти ко мне, объяснить, показать, а не выдергивать меня в какой-то особняк портовых алкашей, устраивать показуху, и прочее?
Она по-детски надула губки и уперлась руками в бока.
-— А когда это бы я сделала? Выдергивая тебя из песка арены, где ты чуть ли не прыгал на принцессе? Или, когда ты умывал свою самодовольную физиономию в ванной? Или, когда ты под эффектом одержимости пытался выпустить кишки бедному юноше?
-— Я… Да я… — откровенно говоря, мне стало немного неловко.
Больно я поторопился. В ее словах была доля правды. Как и логика.
-— Стал бы ты меня слушать в те моменты? Нет. Так что, -— она приблизилась ко мне, -— Запомни. Твоего нового фамильяра — никто не должен видеть. Пройдешь второе испытание с помощью него.
-— Так как я это сделаю, если его нельзя показывать? — я озадаченно уставился на Анну-Маргариту.
По ней было видно, что диалог и мои вопросы ее попросту — утомляют. Она театрально щелкнула пальцами, схватила меня за руку и повела в сторону особняка.
Как бы я не упирался, хватка у нее была мертвой.
-— Нам уже пора идти, скоро схватятся, что мы до сих пор не вернулись.
Ничего не понимая, я перестал «рыпаться» и пошел рядом, не забыв задать один важный вопрос:
-— А камень то ты мне зачем кинула?
-— Какой камень? — она очень искренне удивилась, а по моей шкуре прошелся неприятный холодок.
* * *
Мы вышли через пелену из входной двери особняка — в воду озера, и синхронно всплыли. Оказалось, что все ждали только нас двоих, и уже готовили отправить непонятно откуда появившихся мужиков в военной форме, в воду, чтобы те искали нас.
Восторженное лицо Лаврентия Лаврентьевича нужно было видеть.
Зеленый изумруд, который протянула ему Маргарита, оказался, огромной магической силой, и вполне подходил для инкрустации в оружие, как он сам и сказал.
Под завистливый взгляд Елизаветы Петровны, я протянул свой красный камень, и настала очередь удивиться всем.
-— Какого лешего? — как мне показалось, на лице президента исказилась гримаса страха.
Вокруг меня и Лаврентия столпились абитуриенты и учителя.
-— Это тот самый? — Павел, который, очевидно, не принадлежал к касте учителей, нервно сглотнул и «наяривал» кончики усов, -— Лаврентий Лаврентьевич, что скажешь?
-— Похож… Похож, но не он…
Я, собственно говоря, ничего не понял. Что похож, на что похож, и что все так удивились.
В конечно итоге, испытание прошли абсолютно все, даже Ваня, мой сосед, который, к моему удивление — вынырнул из воды первым, как подсказала Мария.
Небольшой компании в лице: меня, Маргариты, Вани и «орка» с Машей, мы двинулись в переходную арку, чтоб вернуть на территорию академии.
Восторженных вопросов была уйма, и от «бывшего трупа» тоже, которая никак не могла в своей голове уложить тот факт, что я достал такую редкость.
Как и я сам, между прочем. Я-то ничего не доставал, мне подкинули… Это не мое.
Почти у самого фонтанчика, от которого уходили в две стороны дорожки, которые вели в мужское и женское общежития, Маргарита остановила меня, пропуская остальных вперед.
-— Ничего не хочешь мне объяснить? Откуда у тебя Запорожский Лазурный камень?