Твоя на одну ночь (СИ)

Она с искренним радушием поприветствовала молодую женщину в несколько старомодном платье.
– Это Клэр – дочь графа Брильена. Когда-то мой брат надеялся назвать ее своей невестой. Они любили друг друга, и Дидье даже взял на себя смелость посвататься к ней, хотя и понимал, сколь мало вероятие того, что ее отец позволил бы ей выйти замуж за человека без титула и денег. Конечно, он получил отказ и отправился на войну, надеясь проявить себя в баталиях и тем смягчить сердце старого графа.
В глазах Мелани показались слёзы, и я ободряюще погладила ее руку. Она всегда плакала, когда вспоминала погибшего брата.
– Но после смерти Дидье Клэр так и не вышла замуж – она отвергла несколько выгодных партий и до сих пор живет с отцом. Она – славная девушка.
Я видела, что ей хотелось поговорить с мадемуазель Брильен, и предпочла оставить их ненадолго. Клэр произвела на меня приятное впечатление, и я была рада, что Мелани есть, с кем здесь пообщаться.
Тем более, что мне самой нужно было посмотреть на камрийского короля.
Я легко отыскала в толпе маркиза Намюра и после того, как он попенял мне на опоздание, спросила:
– Гостя уже представили?
Этот бал был особенным еще и потому, что на нем впервые должен был появиться глава победившего нас десять лет назад государства. Его персона вызывала столь сильный интерес в местном обществе, что в этот день во дворце появились даже те, кто обычно сторонился пышных торжеств.
Намюр бросил на меня насмешливый взгляд:
– Он имеет на это право. Но не суди его строго. Ты же знаешь – в той войне был виноват не он.
Да, я это знала.
– Между прочим, он действительно красив, – ухмыльнулся маркиз. – Так что со стороны принцессы Лилиан брак с ним был не такой уже большой жертвой.
Саму королеву Лилиан я тоже видела впервые. Когда она блистала во дворце своего папеньки, я еще не была вхожа в высшее общество. Ее величество была весьма красива, и ее манеры были выше всяких похвал. Она никого не выделяла особо, стараясь распределить свое внимание между всеми гостями, кто его искал.
Я обвела зал взглядом, задержав его на стоявшем несколько особняком незнакомом молодом человеке. Должно быть, он был из свиты камрийского короля. Он почувствовал мой взгляд и тоже посмотрел в мою сторону.
Я вздрогнула и едва удержалась на ногах. Как мог оказаться в этом зале единственный человек, встречи с которым я желала и боялась одинаково горячо? Человек, с которым я встретилась лишь однажды, но каждую черточку лица которого помнила так ясно, словно знала его всю жизнь. Человек, с которым десять лет назад я провела одну только ночь, но который оставил след и в моей душе, и в моем теле.
Я торопливо отвернулась. Он не должен меня узнать. Потому что он – единственный, кто может раскрыть ту тайну, которую я намерена сохранить любой ценой.
– Где же его величество Алан Седьмой? – спросила я у Намюра лишь для того, чтобы не молчать.
– Да вон же он! – откликнулся маркиз. – Ты только что на него смотрела!
Ох, нет, это было невозможно! Как мог мужчина, которого я встретила на скромном постоялом дворе в глухой провинции, оказаться королем?
Я вдруг подумала, что это – сон. А во сне чего только не может присниться! Я даже ущипнула себя за руку и едва не вскрикнула от боли.
А его величество уже шел в нашу сторону, и стало понятно, что хотя бы краткого общения не избежать.
– Джейн, кажется, он смотрит на тебя, – промурлыкал мне в ухо весьма довольный этим Намюр. – Попробуй хотя бы улыбнуться. До сего момента он танцевал только со своей женой, и если он сейчас пригласит тебя, то это сильно повысит наши ставки.
Неужели, он всё-таки тоже меня узнал? Я почувствовала, как струйки холодного пота потекли по спине. Если бы я знала, кем он окажется, то ни за что бы сюда не пришла. Или наложила бы иллюзию не только не ожерелье, но и на свое лицо.
Но отступать было поздно. Вряд ли он станет упоминать о нашем знакомстве вот тут, при всех, зная, при сколь пикантных обстоятельствах оно состоялось. А если он спросит меня об этом наедине, то достаточно будет свести всё к шутке. Кто же по молодости не совершал подобных безумств?
 
Главное, чтобы он не узнал о Джереми. А если он станет думать о герцогине де Трези как о распутной женщине, прыгающей в постель к первому встречному, – ну, что же, это его право. А через несколько дней они с королевой вернутся в Камрию, и он забудет об этой давней истории.
Он остановился в двух шагах от меня, и уже не осталось сомнений, что он пригласит меня танцевать.
– Ваше величество, позвольте вам представить вам ее светлость герцогиню де Трези, – кто-то из гостей счёл нужным соблюсти все требования этикета.
Король отвесил мне поклон, я в ответ присела в реверансе.
– Ваша светлость, могу ли я надеяться, что вы отдадите этот танец мне?
Его голос был до боли знаком. Но вот что было странно – мне почему-то показалось, что я слышала его и совсем недавно. Я тряхнула головой, отгоняя наваждение.
Мне всего лишь нужно пройтись с ним в танце по залу. Четверть часа, в течение которой мы сумеем обменяться лишь несколькими вежливыми фразами.
И быть может, он всё-таки меня не узнал?
Я ловила на себе восхищенные взгляды мужчин и завистливые взгляды женщин. Я не была любительницей танцевать, но неплохо знала фигуры, а его величество оказался прекрасным партнером.
Говорят, что первая любовь не забывается, и я как никто другой имела возможность в этом убедиться. Я знала его всего одну ночь, но стоило его руке оказаться на моей талии, как я почувствовала легкое головокружение. Это было так глупо, что я мысленно строго отчитала себя за такое проявление чувств.
Мы рука к руке сделали круг по залу и остановились друг против друга. Следом за нами шествовали еще не меньше двух десятков пар, но я понимала, что всеобщее внимание обращено именно на нас.
Я скромно молчала, как и подобало благовоспитанной даме (то-то папенька бы удивился!), и его величество начал разговор первым:
– Если бы я знал, какие красавицы находятся при дворе его величества, я бывал бы в Луизане чаще.
Кажется, он действительно меня не узнал. Он просто пригласил на танец женщину, которая разглядывала его слишком откровенно.
Я не осмелилась поднять на него взгляд, но что-то ответить было нужно, и я сказала:
– Признаться, я и сама бываю здесь не так часто.
Сказал и тут же прикусила язык. Я не должна была говорить об этом! Теперь он наверняка спросит, из какой провинции я прибыла, и если я назову Трези, а он поймёт, что это совсем рядом с Монреем…
Но следующая фигура предполагала временную смену партнеров, и мы обменялись ими с соседней парой. Когда же моя рука снова оказалась в руке его величества, я предпочла сменить тему разговора:
– Понравилась ли вам Луизана, ваше величество?
Он вежливо ответил:
– Да, она восхитительна. Хотя, скажу вам честно, я здесь еще мало что сумел посетить. И потому буду вам весьма признателен, ваша светлость, если вы не откажетесь показать мне этот город. Скажем, завтра после полудня?
Он задавал вопрос, изначально предполагая получить мое согласие, и я вспыхнула от возмущения.
– Простите, ваше величество, но я не думаю, что это возможно. Такая прогулка вызовет слишком много ненужных разговоров. Уверена, вы легко найдете другого сопровождающего.
Но он только беспечно улыбнулся:
– Если хотите, мы отправимся на эту прогулку инкогнито. Я надену широкополую шляпу, а вы – вуаль. И уверяю вас, такая поездка по центральным улицам города не причинит ни малейшего вреда вашей репутации.
Но я была намерена настоять на своем. Да, он король, но даже это не дает ему право на мое внимание. Я задумалась, подбирая нужные для отказа слова, а потом мой взгляд упал на его правую руку.
На его мизинце красовалось кольцо с изумрудом, которое накануне вечером я подарила мужчине, что заступился за нас с Мелани.