Не говори, что любишь... (СИ)

— Я думал, ты рада будешь меня не видеть, — бешу ее еще больше, отчего принцесса делается румяной.
— Не рада, — произносит с трудом и чуть хрипло, — Но я хотела извиниться.
— Вот оно что, — мой большой палец пробрался на кожу между пуговиц на рубашке и вожу по ней мягко, почти незаметно. Чувствую подушечкой пальца, как напрягается еще больше, натягивается как струна.
— Что ты делаешь? — шепчет, глядя в глаза.
— Ласкаю тебя, принцесса, — отвечаю хрипло, продвигая почти всю ладонь, накрывая кожу на животе.
— Сейчас? — почему-то удивленно спрашивает она, а сама опускает взгляд к моим губам. Смотрит на них, чуть пододвигаясь ко мне.
Джинсы становятся ужасно узкими и неудобными, вытаскиваю руку из ее рубашки, застегиваю верхнюю пуговицу.
— Извиняйся.
— Что? — переспрашивает она, а я вижу, что совсем девочка потерялась в пространстве.
— Я хочу услышать твои извинения, — провоцирую ее, но она все еще пребывает в каком-то коматозе.
— Э-э-э… Прости меня, я не должна была предлагать тебе деньги. Нужно было просто вызвать такси, — приходит в себя, отстраняется, поправляет свою кружевную воздушность. Вот ведь оделась, короткие серые льняные брючки, сандалии с белыми ремешками и кружевная рубашка, под которой видно белый лифчик с кокетливыми розочками.
— И? — нагло продолжаю я, неохотно отпуская ее талию.
— И швырять тебе деньги, — шипит принцесса, а я делаю пару шагов и поднимаю ее рюкзачок с пола. Подаю ей.
— Не пойдет.
— Что не пойдет? — удивленно вскидывает свои глаза, сверкая синим.
— Извинения твои не принимаются, — ухмыляюсь, задумав месть.
— Почему? — искренне удивляется Василина.
— Просто так, прости и все? Нет, отработаешь.
— Как?
— Заеду за тобой сегодня в восемь вечера и узнаешь.
— Я не могу в восемь, — тут же лепит она отмазку, а сама густо краснеет, врет однозначно.
— Сможешь, — подхватываю свою свалившуюся сумку с пола и собираюсь уходить. — В восемь принцесса, у твоих сказочных ворот, — разворачиваюсь и ухожу, стараясь не оборачиваться.
Иду к мотоциклу, ругая себя на все лады, на хрена позвал? Подумает еще, что мне нравится, а зачем мне это? Отношения, которые изначально ведут в никуда? Чем только думал? Понятно, что не головой. С такими цацами вообще лучше не общаться, обходить мимо. А я сам навязался. Ладно, посмотрим, что вечером будет.
Попов поставил меня в спарринг с Ринатом, выбиваю его на десятой минуте. На следующей неделе ждем спонсоров, хотят посмотреть в какой мы форме. На чемпионат едем с Ринатом вдвоем. Заявлен я, а Ринат как запасной. Вчера передали списки участников, впрочем, я и так догадывался, кто там будет, и вчера же пришел новый счет из клиники в Берлине. Стоимость операции не изменилась, но курс евро пошел вверх, вся надежда на приз. Остается полтора месяца, а я свидание затеял, дурень.
В раздевалке долго стою в душе, чередуя горячую воду с холодной. Ринат в соседней кабинке фыркает и жалуется, что я ему руку вывернул. Выхожу, медленно одеваюсь, разглядывая морду в зеркале. Не мешало бы побриться, но и так сойдет. Ринат выходит следом, недовольно топчется рядом.
— Нельзя было поаккуратнее? — в очередной раз жалуется он.
— Нельзя, пожалею раз, потом на соревнованиях спасибо не скажешь, — отмахиваюсь от него, хлопая по плечу. — До понедельника.
— Шуруй давай, — все еще обижается друг, а я выхожу, посмеиваясь.
Выйдя во двор, осматриваю свой мотоцикл и вспоминаю, что у меня нет второго шлема. Вбиваю на телефоне, где можно купить, и мчусь туда, хорошо, что магазин находится по пути к принцессе. Шлем в магазине выбираю почти сразу, розовый с рисунком из белых бантов по бокам. Ржу, оплачивая на кассе, и сую шлем в пакет, представляя, какое негодование он вызовет у девчонки. По пути покупаю еще колу и чипсы, розовый плед, завернутый в рулон. Складывая все, кроме шлема в небольшой рюкзак, снова смеюсь, такая подготовка к свиданию меня радует. Или у нас не свидание? Сам запутался. Обещал ей месть, вот пусть и получает по полной.
  
Глава 15. Василина
  
На последнюю пару я не пошла, просто позорно сбежала. Не могла больше слушать восхищенные вздохи Вики. Всю неделю она переписывается с Никитой и взяла за правило зачитывать мне его ответы. Надо отдать должное, парень отвечал ей достаточно редко, и ничего такого романтичного в его ответах не было. Но Вика все его фразы переиначивала так, что получалось, будто он от нее без ума и ждет не дождется встречи.
В коридоре на меня налетел тайфун и чуть не снес с ног. Крепкая рука подхватила за талию и удержала на ногах, прижав к своей груди. Я уткнулась носом в голубую рубашку и сразу поняла, кто передо мной. Я бы узнала Никиту даже в темной комнате — просто по запаху. Стояла, не могла оторваться, сопела в рубашку, вцепившись и комкая ее в руках.
— Что там? — спросила парень, заставляя прервать мое интересное занятие. Подняла на него взгляд, чуть отстранившись, и снова утонула. Унесло к чертям все мысли из головы, оставляя только чувства. Голова оказалась совершенно пустой, чувствовала только его руки на талии и пальцы на коже. Он пробрался между пуговиц и водил по животу, опаляя все, к чему касался. Ноги мелко задрожали, а руки еще сильнее вцепились в тонкую ткань рубашки.
— Что ты делаешь? — спросила хрипло, сглатывая сухость во рту.
— Ласкаю тебя, принцесса, — о боже! От этих слов я просто улетела, чувствуя, как уже вся его ладонь гладит мою воспаленную кожу. От его рук по мне проходили чувственные волны, нарастающий жар упал куда-то между ног так, что еле сдержала стон, закусив нижнюю губу. Опустила взгляд к его губам и уже чуть приподнялась на носки, чтобы дотянуться до них, но вовремя притормозила. Видела перед собой только его улыбающееся лицо и эти чертовы губы.
Что происходило дальше, помню как в тумане. Очнулась, когда Никита сунул мне в руки рюкзак и, развернувшись, ушел. Стою посреди коридора, не понимая, где нахожусь, чувствуя, как поджимаются пальцы на ногах. Резкий звонок по окончании лекции заставил меня подпрыгнуть, и я почти выбежала на крыльцо, пытаясь отдышаться. Стоять так близко к Никите мне противопоказано. Ни один парень никогда не вызывал во мне такую смесь эмоций и страсти.
На талию снова легла чья-то рука и меня развернул к себе Артур, впиваясь своими мокрыми губами в мои. Жевал губы, пытаясь просунуть язык, уперлась ему в грудь и попыталась оттолкнуть. Он отстранился от меня, как обычно, засовывая свои руки мне под рубашку и играя соском через тонкий лифчик. Стукнула по рукам, заставляя их убрать, да что он себе позволяет?!
— Ты меня ни с кем не попутала? — сквозь зубы прорычал Артур, убирая от меня руки и засовывая их в задние карманы джинсов. — Я неделю не мог до тебя дозвониться, в универе ты старательно избегала меня. В чем дело?
Артур сердито смотрел на меня, расставив ноги и распрямив плечи.
— Я… Не хочу больше с тобой встречаться, — выпалила на одном дыхании, отступая от Артура на шаг.
— Мы еще и не встречались с тобой, ты мне так и не дала, королева, — зло усмехнулся парень. — Все дают, а ты не даешь. Может, с тобой что-то не так?
— Все со мной так, — сердито огрызнулась я. — Может, это с тобой что-то не то? Раз все тебе, как ты говоришь, дают?
— Ты злая, потому что еще не раскупорил никто? Пора бы уже, а то зарастет все.
— Ты следи за своим языком, придурок.
— А то что? Матери пожалуешься? А твоя моей все расскажет? Так не страшно, говори, они ждут не дождутся, когда мы поженимся, и не поверят тебе.
— Я никогда не выйду за тебя замуж!
— Что ты сказала? — подхватил меня за руки Артур, больно сжимая за локти и притягивая к себе. — Так вот, детка, — зашептал он мне с угрозой на ухо. — Мы с тобой поженимся, и чтобы ты себе там ни придумывала, я хочу жену-целку, а не шваль всякую, и первым у тебя буду я, а не кто-то другой. Тебе ясно? Ясно, я сказал? — затряс он меня, заставляя клацать зубами.