Не говори, что любишь... (СИ)

— Васька, ты что какая? Не замечаешь меня? — улыбается Артур, прижимаясь ко мне всем телом, заводя мои руки за спину и впиваясь в губы. Его язык шарит у меня во рту смело и нагло, он елозит своим пахом, подхватив меня под ягодицы. — Как мне нравятся эти твои кожаные штаны, — отрывается, дышит с придыханием, вжимается грудью.
Выдергиваю руки и упираюсь ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, а тот уже лезет ладонью под штаны, забирается в трусики-стринги и сжимает мой зад.
— Руки убери, — говорю тихо, но так, что руки Артура сразу выбираются из моих штанов, оттягивают их и отпускают, больно ударяя резинкой по бедрам.
— Ясно, принцесса не в духе, — огрызается Артур и отстраняется от меня. Вижу, как топорщится бугор его возбужденного члена, но не реагирую, сам справится, не впервой. Артур поправляет джинсы и выпускает футболку под насмешливым взглядом Влада, тот замечает все и всегда.
— Артур, оставь ты ее, а то такое ощущение, что по морде сейчас словишь, — смеется Влад, и я сердито фыркаю. Беру из рук Вики забытый клатч и ключи от машины.
— А не завалиться ли нам в чайхану к Григорчику? Отметим первый день, так сказать? — Артур, видно, злится, крутит нервно брелок от БМВ на пальце.
— Так вчера отмечали, до сих пор мозги болят, — морщится Серега.
— Так то вчера было, а сегодня праздник, правда, девчонки? — и Артур подхватывает за талию Вику, та весело хохочет, обнимая его за шею. Влад морщится, глядя на них, но не психует, знает, что Вика только с ним, только для него.
— Примитивные вы все, — вставляет свои пять рублей Серый и соскальзывает с перил крыльца, где сидел до этого.
— А вы не примитивные? — оживаю я, оглядываясь на дверь универа, стараясь не упустить появление моего спортсмена. Очень хотелось его увидеть. — Вчера поспорили, что сегодня бойкотируете первое сентября, а сами явились.
— Так мы и бойкотировали, — снова привлек меня к себе Артур. — Пришли к последней паре, чтобы забрать вас в ресторан. И то мой папаша разорался, что я дома сижу, а не здесь штаны протираю, пришлось свалить, пока весь мозг не вынес, — рассказывал Артур, поглаживая мою спину под футболкой. Дверь универа открылась, и вышел мой недавний знакомый. Оглядел нашу компанию с ухмылкой и, поправив сумку, спустился с крыльца. Я вздрогнула, встретившись с его взглядом.
— Неужели нельзя просто стоять и держать свои руки при себе? — возмутилась я, снова отталкивая Артура. — Обязательно постоянно лапать меня?
— О, принцесса гневается или пмс заиграл? — засмеялся парень, а в глазах плескалось зло. Он заметил мой взгляд, которым я проводила спортсмена. — Серый, пробей, что за кадр, — кивнул в сторону удаляющегося парня Артур.
— Зачем тебе? — лениво спросил Серега, но рука уже доставала из кармана последний айфон.
— Сказал, узнай, трудно тебе? — огрызнулся Артур и крепко схватил меня за руку. Я попыталась вырваться, но он держал крепко. — Влад, найди Павла с Мальвиной, и мчимся к Григорчику. Хорош здесь крыльцо вытирать.
— Я домой поеду, меня мама ждет, — попыталась отказаться я, зная, что в ресторане будет одна банальная пьянка.
— Позвоню я твоей маме, не переживай. Светлана Владимировна души во мне не чает, отпустит хоть в ресторан, хоть в постель. Но ты в постель, я так понимаю, не хочешь. Поэтому ресторан, — заржал Артур.
— Пусти, придурок! — вырвала я руку и спустилась с крыльца, направляясь к своей машине.
— Линка, стой, — попыталась остановить меня Вика, но я не обернулась. Быстро подошла к машине, распахнула дверь и села на мягкое сиденье, включая музыку. Пропиликал айфон, на экране высветилось: «Ну и катись!».
Ясно, Артурчик бесится. Многие любовались нашей парой. Ну, еще бы, дети самых влиятельных семей, отцы просто мечтали соединить нас. Артур такой итальянский мачо, красивый с черными короткими волосами, черные ресницы и глаза, пухлые губы, бронзовая кожа. Да каждая девушка замирала при виде его, ну, я какое-то время тоже. Но недолго, последнее время он начал мне надоедать. Особенно своими наглыми замашками, иногда казалось, что он трахнет меня при всех, не обращая внимания на обстановку и окружение. Я знала почти о всех его девицах, но на мои вопросы был лишь один ответ: «Поженимся, перестану».
 
Я скинула с ног босоножки и натянула свои черные кеды, которые сняла, помчавшись за этим придурком. Вставила ключ и выехала со стоянки перед универом, пытаясь отыскать взглядом своего спортсмена. Зачем он мне нужен?
  
Глава 4. Никита
 
Отдал документы в деканат, сфоткал расписание на завтра. Еле отмахнулся от местного физрука, Петра Михайловича. Еще бы, заполучить меня в команду любому хотелось, но только профиль у меня немного другой. Да и график посещения лекций отличается. Буду в универе только до двенадцати, а дальше на тренировочный ринг. Все, что после двенадцати, остается на внеклассном, так сказать, обучении. Шесть часов тренировка, кроме выходных, а далее заниматься. Так что девушки нам только сняться, на ближайшие шесть месяцев.
Вышел на крыльцо, взглядом сразу поймал ту, мелкую. Стояла рядом с парнем в сером льняном костюме, который нагло лапал ее под белой майкой. Ухмыльнулся, ожидаемо. Судя по парню, его дорогим шмоткам, внешности, такие девчонки и достаются этим мажорам. Прошел мимо, не задержав взгляд, но успел поймать злые глаза нахала, который обнимал ее. Что злиться, непонятно. Девчонка в его руках, что еще нужно. Направился к широкой аллее, которая вела к остановке. Рядом с ревом проезжали крутые иномарки, из открытых окон долбили сабвуферы. Молодежь без проблем, сынки и дочери богатых родителей. Да, попал, но неважно, все неважно.
Свернул на тропинку и встал, ожидая свой автобус. Так, в магазин, надо купить молоко и яйца. Мать сегодня не выходила, знаю. Позвонила, просила в магазин зайти. Взглядом осматривал все вокруг, природа тут, конечно, классная, пахло близким морем и эвкалиптом. У нас в Мурманске запах не такой: свежий, не душный, лучше. Народ на остановке набирался в ожидании автобуса, и я уже видел, как тот вывернул из-за угла и вскоре должен подъехать. С визгом напротив меня остановился «майбах». Передняя дверь рядом с водителем открылась.
— Залезай, подвезу, — сказала та, мелкая, с надеждой всматриваясь в меня. Автобус подкатил к остановке, и все ждали, пока наглая девчонка отъедет.
— Езжай, — произнес глухо, махнув рукой в сторону автобуса.
— Садись, — та посмотрела в боковое зеркало и обернулась ко мне. Сзади раздались нетерпеливые гудки автобуса, но эта и глазом не повела. — Едешь?
— Нет, — ухмыльнулся я, не собираясь поддаваться на требования этой богатой пигалицы. Водитель автобуса исправно давил на сигналку, а девице все нипочем. Люди, стоявшие рядом со мной, начали возмущаться и выкрикивать что-то злое в сторону девчонки, но та даже не посмотрела на них.
— Садись или я буду здесь стоять, пока автобус не уедет, — заулыбалась та, чувствуя свою власть.
— Да сядь ты уже, дурень! — возмутился старик рядом со мной и я, оглядев всех, поймал осуждающий взгляд. Оказывается, это не она всех задерживает, а я.
Немного потоптался и направился к машине. Сел на белое кожаное сиденье и бережно закрыл дверь. Такая машина требует особого отношения. Девица хмыкнула и вдавила педаль в пол, тронулась с места. Я покачал головой, вот дурная, движок гробит. Оглядел салон. Класс, богато, светлое дерево, позолоченный спидометр, музыка крутая. Девица управляла лихо, одной рукой, выкручивая руль на резких поворотах. Оно и понятно, усилитель руля, автомат.
— Куда тебя? — спросила она, скосив на меня свои синие глаза и снова возвращаясь взглядом на дорогу. Респект, почти зауважал, не отвлекается.
— Останови за ближайшим поворотом, дойду, — не пошел на контакт.
— А к дому подвезти нельзя?
— Не нужно, — ответил и чувствую, обидел. Губы надулись, взгляд замер, резко по тормозам.
— У тебя какой-то пунктик насчет меня? — обернулась ко мне, не включив аварийку, не съехав на обочину. Встала посреди эстакады и по хрен ей на проезжающие мимо машины и сигналящие.