Непростое наследство

Охваченная странным волнением, Лила переводила взгляд с одной вещи на другую. Осторожно протянула руку к чернильнице, словно та могла её укусить, открыла, отдёрнула руку – чернильница была полна. А вот бархатная тряпочка, которой протирали перья…
– Эй, Мышка, ты перестанешь дрожать, наконец? Сядь и дыши глубже! – услышала она насмешливый голос и вскрикнула от неожиданности, огляделась…
Никого.
– Посмотри в зеркало! – посоветовал голос.
Лила взглянула в зеркало и задрожала – оттуда смотрело не её отражение, а лорд Артур Инден, только там он был не белесым призраком, а человеком из плоти в крови. Но только в зеркале. В комнате его не было, а в зеркале он был!
– Только не вздумай упасть в обморок, Мышка! – попросил лорд Артур, – а то как прикажешь тебя в чувство приводить? Не будешь?
Она отрицательно помотала головой, хотя впервые в жизни не могла бы поручиться, что говорит правду. Это было… нечто! Впрочем, пора привыкнуть к мысли, что она теперь не дома, а в колдовской школе! Тут всё может быть!
– Сядь, – велел он. – Это особое зеркало. В нём я могу быть настоящим, могу разговаривать с людьми. Скажи-ка мне, что ты забыла здесь ночью?
– Простите, милорд, – она послушно села в кресло и тихонько кашлянула, чтобы не хрипеть, – я знаю, что после десяти здесь запирают. Видимо, сегодня забыли. Я не знала, который час…
Кресло было упругим и мягким, и потрясающе удобным.
– Вон часы, – показал лорд Артур.
На часах в углу, больших, с ажурными стрелками – четверть одиннадцатого.
– Простите, милорд, – повторила она.
– Да мне-то что, – он усмехнулся. – Вот что, прекрати пищать и бояться. Вылитая мышь.
– Я благородная эссина, милорд! – она вспыхнула.
Вспомнилось, как кто-то из девочек предположил, что её дар размером с мышь…
– Да ну-у?.. – он посмотрел немного странно. – Говоришь, забыли запереть. Да, скорее всего. То и дело забывают, бестолочи. Как тебя зовут, благородная эссина? Точнее, как вас зовут?
– Лила… меня зовут Лилиана…
И как же назваться? Она почувствовала себя донельзя глупо. Сказала правду:
– Меня зовут Лилиана Каверан, милорд граф.
– Понятно, – как-то бесцветно отозвался он, – подходящее имя для испуганной мышки.
– Что вы сказали?
– Да не обращай внимания. Мне можно всё, и я иногда забываюсь. Кажется, я знаю, почему ты разгуливаешь по замку. Тот зануда Монтерай любезничает со своей милой в вашей комнате?
– Она его невеста, они законно обручены, – сердито возразила Лила, готовая защищать Олетту перед кем угодно.
Что плохого в том, чтобы позволить себе немного радости и побыть наедине с любимым? И да, он забывается, называя её Мышкой и на «ты». Но он призрак, в конце концов!
– Ну разумеется, законно, – не стал спорить лорд-призрак.
Лиле казалось, что он рассматривает её как-то озадаченно.
– Вот что, ответьте мне, благородная эссина, почему вы вообще явились сюда в школьной карете?
– А как, по-вашему, мне следовало явиться?
– Угу. А почему эта путаница с именами?
– Я зайду завтра в канцелярию…
– Это хорошо бы. Ваш батюшка очень бедствует? У вас там что, неурожай приключился три года кряду? – вопрос был задан с такой издевкой, что Лила обиженно поджала губы и не стала отвечать.
И ведь нельзя было объяснить так просто, как Олетте – что, дескать, отец у неё добрый и хороший, а мачеха ненавидит. Это унизительно. И завтра нужно идти в канцелярию и объясняться там, и все узнают, что бедная и плохо одетая эссина на самом деле дочь барона Каверана – это тоже унизительно. Вот бы отучиться в школе так, чтобы никто её настоящее имя и не узнал! Или узнали в самом-самом конце учёбы, когда надо будет это ужасное посвящение проходить…
– А куда эсса Рита ваши документы подевала? – продолжал лорд Артур, – на кого помрачение нашло, на вас или на Риту?
– Документы? – повторила совсем сбитая с толку Лила.
– Ну да, документы, – тон лорда Артура не позволял усомниться, что уж кого-то это самое помрачение накрыло непременно, и вероятнее всего именно бестолковую Лилиану Каверан.
 
– Вспоминайте, эссина Мышка. Там должно быть ваше свидетельство о рождении, на золотистой гербовой бумаге с печатью Каверанов и Храма. И разрешение вашего батюшки на ваше обучение в Эбессане. И направление от колдуна. Впрочем, ладно, оно вам может и не понадобиться. И я бы ожидал там видеть письмо от вашего батюшки, раз уж он сам не сподобился явиться. Где это всё, как вы считаете?
– Я полагаю, документы мэтрессе передали… моя матушка, баронесса Каверан. Точнее, матушка оставила монахиням… Но, конечно, она передала.
Лина поняла, что не помнит, как баронесса отдавала кому-то её бумаги. Может быть, их отправили в школу как-то иначе?..
– Ах, ну да. Матушка передала. Какие могут быть сомнения, – призрак усмехнулся. – Так напомните завтра об этом эссе Рите. Вот что, у меня к вам просьба. Снимите книги вон оттуда, с верхней полки, – он показал пальцем на книжный шкаф слева от себя, – разложите на полу. Я не могу сам снимать с полок фолианты, слишком тяжёлые. Здесь уникальные книги, их нет в общем зале, – раздражённо пояснил он в ответ на её удивлённый взгляд.
– Конечно, милорд, я охотно помогу вам, – согласилась Лила.
Взобравшись на табурет, она сняла указанные книги с полки, раскрыла их и положила на пол переплётами вниз. Шесть увесистых томов.
– Раскрытую книгу я могу листать, на это у меня хватит сил, – сказал лорд-призрак. Придёте завтра в это же время, чтобы убрать книги на место? Ну и, возможно, я попрошу ещё о чём-нибудь.
– Пожалуйста, милорд, мне совсем несложно, – сразу согласилась Лила.
Она была рада помочь лорду Артуру, и не только в такой мелочи, как достать книги с полки. Ему ведь невозможно, должно быть, делать самые простые вещи. Познакомиться с таким человеком… пусть и призраком, и болтать с ним, вот так, почти по-дружески, было захватывающе. Вот бы с ним подружиться! Хотя… ну да, он её предок. А кем он, кстати, ей приходится?..
– Можно спросить вас, милорд? Кем вы приходитесь леди Эльянтине?
– Можно, Мышка, – хмыкнул призрак, – она была моей мачехой. Мой престарелый батюшка женился на молодой и красивой, и к тому же очень талантливой колдунье, которая уже тогда мечтала заниматься научным колдовством и открыть лучшую колдовскую школу на Побережье. Видишь, у неё всё получилось. Она была намного способней меня, так скажем. Но мы дружили, отношения у нас были прекрасные. Мне больше повезло с мачехой, чем некоторым, – он подмигнул Лиле.
Это был намёк на то, что он понимал её обстоятельства. Лилу это всегда раздражало, и сразу расхотелось разговаривать. Однако ладно, последний вопрос.
– И вы знали леди Кенталь Инден, милорд? – сердце Лилы взволнованно забилось.
– Конечно знал, – он пожал плечами, – только уже пребывал тогда в своём нынешнем виде. Она племянница, точнее, приёмная дочь Эльянтины. После смерти моего отца та осталась бездетной и обратилась к королю с прошением разрешить удочерить сироту, дочь своей сестры. Семья девочки только обрадовалась. Кенталь была красивой и тоже способной, но безрассудной до глупости. За что и поплатилась. А почему она тебя интересует? – на его губах бродила непонятная усмешка.
Но – он ещё спрашивает! Или не понял?..
– Просто так, – дернула плечом Лила.
Мама была не просто красивой, но и способной. Это значит, у неё был колдовской дар? О Пламя, хорошо бы, чтобы маленький кусочек его достался и ей, Лиле, чтобы она сумела тут учиться!
– Спасибо вам, милорд, – вздохнула она, – я думаю, мне уже пора.
– Подожди, – призрак с минутку поразмышлял о чём-то, – слушай меня внимательно, благородная эссина. Сейчас я выйду из зеркала и не смогу разговаривать, буду лишь показывать, но ты исполнишь без возражений, поняла? Потому что без зеркала я не смогу тебя уговаривать.
– Нет, милорд, – вскинула подбородок Лила, – я не могу обещать исполнить то, о чём ничего не знаю.