Школьное колдовство (СИ)

Завтрашний день не сулил ничего хорошего. В каких ещё дисциплинах ей предстоит опозориться, интересно?
— Итак, эссины, вот ваши достижения в диктанте, — провозгласила перед ужином эсса Рита. — Эссина Ровена Шевил отлично, остальные посредственно, но испытание выдержали все.
Лила вздохнула разочарованно — значит, у неё были ошибки? Всего лишь посредственно!
— В арифметике эссина Шевил — отлично, эссина Сабирия Кальтурен хорошо, остальные посредственно. Впрочем, нет, эссина гм… — она взглянула на Лилу, — ваше имя опять нечётко написано, продиктуйте, прошу вас.
— Лилиана Каверан, метресса, — решилась Лила не без внутренней дрожи.
— Благодарю, — эсса Рита раздражённо надписала сверху карандашом.
Даже список учениц не могли составить без ошибок! Это забота школьной канцелярии, начальница которой получает такое же жалованье, как лучшие преподаватели школы. Впрочем, дело не в деньгах и не в зависти, а в том, что нельзя же так отвратительно работать!
— Кажется, я слышу уже второе имя этой эссины, так какое верное? — ехидно подала голос дочь пивовара.
— Я не позволяла вам высказываться, эссина Сарон, — грозно одернула её эсса Рита. — Так что там с вашими именами, эссина Лива… Лилиана?
— Ка-ве-ран, — продиктовала Лила по слогам. — Прошу прощения за невольную путаницу, метресса.
— Гм. Эта путаница только подтверждает вашу непригодность, эссина, — вздохнула эсса Рита. — По арифметике отлично, но больше вы не справились ни с одним испытанием. Вам следует очень постараться, чтобы учиться здесь. Иначе уедете домой, и когда подготовитесь, будете добывать новое направление.
Колдунья не хотела бы признаться, что эта девушка её беспокоит, лишает привычного и любимого чувства равновесия. Но вот что с ней не так?..
— Я постараюсь, метресса, — сдержанно пообещала Лила.
Она изо всех сил старалась держаться невозмутимо. Действительно, что бы ни сказала эсса Рита, матушку-баронессу ей не превзойти.
Если бы Лила заглянула в записи наставницы, она увидела бы, что та записала её имя неверно, буквально не «Каверан», а «Ковериан», как чаще писались имена простолюдинов — звучание похожее, суть другая. Впрочем, кто угодно на месте эссы Риты поступил бы так же, а заглядывать в её бумаги никому не позволялось. Лиле следовало бы, представляясь, добавлять, что они благородная эссина и дочь барона, но никто и никогда не объяснял ей про подобные мелочи жизни.
— Ох, это вы, милорд?! — воскликнула вдруг эсса Рита.
Как будто лорда Артура, который возник в паре шагов перед ними, можно было принять за кого-то ещё. И смотрел он, между прочим, на Лилу — улыбнулся ей и послал воздушный поцелуй. Точнее, это Лиле так показалось, на самом деле каждая сочла себя адресатом и улыбки, и поцелуя, все прятали глаза, нервно хихикали и смущались.
Эсса Рита раздражённо прокашлялась. Она не осмеливалась возмущаться поведением призрака или ссориться с ним, ведь тот, на минуточку, был графом Сантаром. Другое дело гранметресса Тамирия, вот она не стеснялась…
— Итак, все, кроме… эссины Лилианы, — метресса опять заглянула в записи, — все выдержали сегодняшние испытания хотя бы на удовлетворительно. А теперь мы прогуляемся по Эбессану! Следуйте за мной, эссины!
Они последовали. Впереди, пристукивая каблучками, вышагивала метресса, за ней семенили девушки, позади неслышно двигался призрак. Каждая девушка норовила скользнуть вперед, чтобы отдалиться от призрака, поэтому постепенно Лила оказалась последней. Они обменялись улыбками с лордом Артуром. От призраков, говорили, должно веять холодом — от лорда Артура ничем не веяло. Он был как статуя из плотного тумана. Получается, он был каким-то неправильным призраком. И как же его было жаль! Но он приносил пользу, это несомненно — живой пример того, как опасно бывает небрежное колдовство. Вряд ли теперь какая-то из них, учениц школы, будет неосторожна…
Лила поняла, о чём подумала, и ей стало совестно — для него это целая потерянная жизнь, а она рассуждает, есть ли от него польза в нынешнем состоянии. Это чёрство, даже жестоко! Но что тут можно поделать?
 
Призрак заметил её внимание. Кто знает, о чём он думал, но на его губах дрожала усмешка. А она была бы не прочь опять прогуляться с ним по Эбессану, ведь наверняка он знает тут всё-всё, и куда лучше метров и метресс! Вот если бы с ним ещё можно было разговаривать без колдовского зеркала!
— Этот замок знавал всякие времена! — говорила меж тем эсса Рита, — здесь не раз заводились и настоящие привидения. Они бывают разных типов, вы будете это изучать, как и простейшие методы их изгнания. На самом деле они редко бывают по-настоящему опасны и рассеиваются сами через несколько столетий. В сложных случаях следует обращаться с специально обученному колдуну. Если вас интересует история замка, его призраков, а также все знаменательные события, которые здесь произошли, то в библиотеке Эбессана есть об этом немало книг. Обратитесь за помощью к библиотекарю. Я скажу только о самом важном.
До важного оставались ещё лестничный пролёт и коридор.
— Это библиотека, эссины! — объявила эсса Рита, когда они добрались до уже знакомой Лиле двери. — Вам придется провести тут немало времени, если вы намерены учиться, конечно. Некоторые книги невозможно вынести, потому что на них постоянное охранное заклятье. Первое время вас будут об этом предупреждать. Осторожно, можно поранить руки! И всегда помните о том, что необходимо покинуть библиотеку до десяти часов вечера, если не желаете ночевать тут в потёмках.
— А если дверь будет открыта, метресса? — не удержалась Лила.
Та вновь отметила, что девица бестолкова и несдержана.
— Эссина Ливания, запомните. И вы все также, эссины. Эта дверь никогда не может быть открыта после десяти часов вечера. Никогда!
— Я Лилиана, эсса. Простите, — тихонько поправила Лила, но никто не обратил внимания.
Кроме лорда Артура. Тот опять усмехнулся.
— Давайте войдём, эссины!
В просторных залах библиотеки теперь было светло и красиво. Гобелены в простенках, благородное старое дерево книжных шкафов и длинных столов, лесенки с перильцами, чтобы легко добираться до самых верхних полок, возле столов — скамьи с резными боковинами. А лампы на столах не масляные, а в виде стеклянных шаров. Впрочем, кое-где стояли и простые свечи в подсвечниках — но толстые, только двумя Лилиными ладонями и обхватишь.
— Волшебные светильники, редкое чудо и сокровище Эбессана! — объявила эсса Рита, показывая на лампы-шары. — Уверяю, эссины, долгими зимними вечерами вы оцените их удивительный свет. Так же заметьте, какие большие здесь окна. В дальнейшем вы получите списки книг, которые следует взять в библиотеке и пользоваться ими весь год, и отдельно списки книг, которые нужно будет изучать, не вынося отсюда. Каждый преподаватель даст свои рекомендации, а для не выдержавших — подробный перечень заданий. Вы поняли меня, эссина Ливания?
— Да, метресса, — кротко ответила Лила под хихиканье дочери пивовара. — Я Лилиана.
Согласившись на чужое имя один раз, кажется, она была обречена.
— Что вы себе позволяете, эссина Кальда?! — не осталась в долгу метресса. — В следующий раз попрошу вас выйти вон. За мной!
Они прошли через залы и свернули в коридор. Вот, та самая дверь в ту самую комнату, где накануне Лила беседовала с лордом Артуром.
— Это кабинет леди Эльянтины Инден, — торжественно объявила метресса, и на лице её появилось благоговение. — Теперь он заперт, и всегда будет заперт. Он заперт заклятьем самой гранметрессы Эльянтины. Последние месяцы своей жизни она провела здесь, трудясь над улучшением школьной защиты. Леди Эльянтина была чрезвычайно талантливой колдуньей, очень, очень увлечённой своим делом. Работая, она забывала обо всем, целыми днями могла не есть, уходила глубокой ночью или засыпала под утро за своим столом. Уверяю, если вы продвинетесь в своем обучении настолько, чтобы углубиться в научное колдовство, то поймёте, что мы потеряли с кончиной леди Эльянтины Инден!