Школьное колдовство (СИ)

О прибытии баронессы Каверан им сообщили раньше кофе.
— Просите их сюда! — велела наставница.
Лиле она сказала:
— Вот и покажете, чему научились. Легко быть ловкой, когда всё вокруг тебе улыбается. Вы не должны робеть ни перед кем, понимаете?
— Да, леди Фания, — вдохнула Лила.
Интересно, какой стала мачеха после того, что случилось за последнее время?
Во всяком случае, с первого взгляда Лила не заметила перемен. Баронесса Каверан вплыла в гостиную и наградила их надменным взглядом, Иса семенила следом. Это случилось уже после того, как принесли кофе.
— Вы гувернантка моей падчерицы? — сразу обратилась баронесса к леди Фании. — Оставьте нас, нам нужно поговорить.
Бросаться друг другу в объятия никто и не подумал, не говоря о том, чтобы просто поздороваться. И вообще, мачеха вела себя так, словно ей самой не помешала бы гувернантка — раньше Лила этого не замечала. Но ведь было именно так! Впрочем, мачеха всегда была одной из самых влиятельных и богатых дам округи и не привыкла церемониться.
— Если леди Лилиана попросит, то, конечно, я выйду, — с доброжелательной улыбкой отозвалась леди Фания.
Вот оно, задание, которое Лиле придётся выполнить: поставить на место мачеху. Может быть, стоит представить себе, что это не она, не Лила Каверан, а совсем другая девушка, спокойная и уверенная в себе? И у неё добрая и заботливая матушка, которую не хочется огорчать. Интересно, есть такое заклятье, чтобы это наверняка получилось? Впрочем, время, проведенное в Эбессане в роли виконтессы Фаро, чему-то научило.
— Нет, леди Фания, иначе вы не успеете допить свой кофе, — сказала она, кажется, спокойно.
На лице мачехи появилось изумление, разбавленное растерянностью.
— Это верно, — тут же согласилась наставница, — её величество не любит, когда опаздывают.
— Матушка, ваша дорога была благополучной? Вы так устали, наверное. Как отец? Он выздоравливает? О, пожалуйста, садитесь, — продолжала Лила как могла ласково, показывая на стулья у противоположной стороны стола. — Я налью вам кофе, или желаете чаю? Я распоряжусь.
Дома Лила никогда не пила кофе, ни со сливками, ни без — это было лакомство, дорогое удовольствие.
Баронесса не садилась, её щёки побагровели, она исподлобья разглядывала падчерицу, лишь теперь сообразив, несколько та изменилась. Исира заметила это раньше и явно была сбита с толку.
— Я должна была встретиться с падчерицей и её гувернанткой, — заявила баронесса.
— Это не так, матушка, — Лиле нравилось её новое чувство уверенности, — гувернанткам платят жалованье, а леди Фания Кин — помощница и, осмелюсь сказать, подруга, она опекает меня по просьбе её высочества. Вы будете кофе с мёдом или с сахаром?
Баронессу и её дочь всё-таки усадили, поставили перед ними чашки с ароматным напитком, леди Фания защебетала птичкой, расспрашивая о новостях Фавена и его окрестностей — удивительно, откуда у неё было что сказать! Она напомнила, и баронесса нехотя достала бархатный мешочек с изумрудным набором. Наставница лишь бросила взгляд мельком и убрала изумруды в ящик комода.
— А ведь нам пора! — спохватилась она. — Ваши серьги, леди Лилиана. Эссина Исира, какие бы вы выбрали серьги для леди Лилы, на приём у её величества?
Казалось, что всякий раз, когда звучало слово «леди», мачеху передёргивало. И Лиле вовсе не понравилось, что наставница предложила Исе выбирать ей серьги, но она открыла шкатулку и под настойчивым взглядом леди Фании высыпала её содержимое на шёлковый платок. Глаза Исы вспыхнули ярче алмазов — о, та обожала всё, что сверкает!
Лила взяла из кучки драгоценностей брошь Винтена и отдала сестре, стараясь не задержать лишнюю секунду в своей руке золотой цветочек.
— Прошу, Иса, передай это Винтену. Лучше бы, конечно, мне самой её вернуть, но раз так получилось…
Сестра равнодушно взяла брошь — это было ничто по сравнению с тем, что лежало перед ней на столе. Лиле стало неловко — вот зачем леди Фания это сделала? И не объяснишь, что для колдуньи это не сокровища, а инструменты, помогающие в работе, из таких соображений леди Эльянтина собирала эту шкатулку.
 
Она быстро выбрала маленькие серьги с серовато-синими топазами.
— Я надену эти. Разве не подойдёт?
— Отлично! — обрадовалась леди Фания. — Ну-ка наденьте! Идеально, оттеняет глаза! Да, эссина Исира? О, нам уже пора! — остальное она сгребла вместе с платком и убрала в шкатулку.
— Баронесса, нам пора, мы теперь должны поторопиться. Вам приготовят соседнюю комнату, отдыхайте, эти апартаменты целых три дня в нашем распоряжении. Потом эссина Иса составит нам компанию на конной прогулке в парке? Не волнуйтесь, на ателье и покупки останется масса времени. Мы, конечно, не сможем пробыть в Асварде так долго, леди Лилиану отпустили лишь до завтра.
Она не позволила Лиле спрятать шкатулку обратно в сумку, пояснив:
— С такими артефактами нельзя ехать к королеве, мы сведём с ума колдунов охраны! — и положила шкатулку в тот же ящик комода. — В этой гостинице не воруют, не волнуйтесь! Приятно вам отдохнуть, баронесса! Я сейчас позову свою горничную, она поможет вашей!
Лила с облегчением покинула гостиницу.
Путь занял, кажется, всего-то несколько минут — и вот карета въехала в распахнутые ворота королевского замка и покатилась по брусчатке. Охрана отсалютовала им на входе, колдун осмотрел с помощью артефакта… а лестницы в замке широкие, из красивого белого камня…
Не стоит волноваться, ведь королева Дагомера — мать Альмагеры и Гекарда. Она замечательная, наверное.
В комнате перед кабинетом королевы — леди Фания назвала её передней, — за столом сидела дежурная фрейлина и стояли навытяжку два охранника в красивой форме с золотой отделкой. Дверь открылась, в комнату зашёл высокий тучный мужчина в дорогом костюме из шелка и тонкой шерсти. Зашёл — и в упор уставился на Лилу.
— Ваша светлость, — очень сдержанно поклонилась леди Фания, мужчина кивнул в ответ, глянув на неё без всякого почтения.
— Леди Лилиана Каверан? — отрывисто спросил он у Лилы, ощупывая её прохладным и каким-то липким взглядом.
Какой он был странный!
— Да, милорд, — ответила та, подавив внутренний трепет.
— Очень хорошо, — ответил он, — идите, леди, её величество вас ждет.
Мерно тикали часы с позолоченными стрелками над дверью в кабинет, отсчитывая секунду за секундой. И ещё Лиле показалось, что леди Фания была озадачена.
В кабинет королевы Лила зашла одна.
Королева стояла у окна. Это была красивая светловолосая женщина, очень похожая на принца Гекарда, ростом чуть выше Лилы, с холодно-прозрачным взглядом серых, очень светлых глаз. На Лилу она сразу взглянула с любопытством.
— Лилиана Каверан? Так вот вы какая. Мне рассказывали, конечно, но я и подумать не могла, что вы так прелестны!
— Ваше величество! — Лила склонилась в низком поклоне, изо всех сил стараясь скрыть смущение.
— Да-да, вы чудесны! — королева даже обошла девушку со всех сторон, рассматривая, как куклу, и восхищённо захлопала в ладоши. — Я ведь прекрасно помню вашу мать. Когда я приехала сюда, мы сразу подружились. Даже после её замужества мы обменивались письмами, хотя это, гм, не одобрялось. Но об этом, если хотите, я расскажу вам после и как угодно подробно!
— Да, ваше величество, благодарю вас! — Лила удивилась и обрадовалась.
Королева была подругой мамы?!
— Да-да. Сядьте сюда, дитя, прошу вас, — она чуть не насильно усадила Лилу на обитую узорчатым шёлком кушетку, — ведь у меня к вам очень серьезный разговор.
Начинать этот разговор её величество не спешила, опять отошла к окну и поглядывала на девушку, как казалось, чуть смущенно.
— У меня к вам трудный разговор, — сказала она, — и я бы охотно его не начинала. Но иногда приходится делать непростые вещи. Думаю, и вам придётся. Вы готовы выслушать меня спокойно и со всем вниманием?
— Я вся внимание, ваше величество, — ответила Лила, недоумевая, что такого трудного может сказать ей королева.