Огонь и ветер (СИ)

  
Глава 1
 
«Дорогой дневник, сегодня я проснулась со странным чувством. Чувством необычайного трепета и приятного предвкушения от чего-то хорошего. Как будто я снова маленькая, просыпаюсь в свой седьмой день рождения и знаю, что сегодня приедет мама и привезет мне подарки. Мы пойдем в кафе-мороженное и я, в белых нарядных гольфах, буду сидеть на высоком стуле, качать ногами и стучать ложкой по железной вазочке, собирая остатки пломбира с ореховой крошкой. Тогда, ожидание этого дня казалось мне волшебным, в моей маленькой детской груди раздавалось приятное тепло и волнение, а с лица не сходила счастливая улыбка. Сегодня я чувствую себя точно так же. Правда без повода. Но ты же знаешь, моя интуиция меня никогда не подводит, поэтому я уверенна, что сегодня случится что-то очень хорошее.
Я тебе обязательно все расскажу.
Я побежала.
Твоя К.»
Я отложила ручку, закрыла толстую тетрадь и убрала ее на привычное место, на вторую полку, между Маркесом и Блоком.
Сегодня я встала задолго до будильника, около часа провалялась в постели, а потом тихо, на цыпочках, пошла в общую кухню нашего общежития, чтобы выпить кофе. Не хотела включать чайник в комнате, чтобы не разбудить Леру. Я даже успела сходить в душ, навести утренний марафет, накраситься и одеться, а эта соня все никак не собиралась просыпаться, хотя ее будильник звонил уже несколько раз. Я перевела взгляд на подругу, она мирно посапывала в своей мягкой постельке и теплые лучи апрельского солнца ложились на ее лицо и светлые волосы.
— Ты кажется не торопишься? — я решила, что если не начну ее будить, она поднимется только к вечеру.
— Очень сильно тороплюсь, — ответила Лера сонным голосом и перевернулась на другой бок.
— Пора вставать, — медленно тянула я, — первая пара у Маркелова, если мы опоздаем, он снова спустит на нас всех собак.
Она издала протяжный стон и накрыла голову подушкой.
— Лера, шевелись. У тебя есть пятнадцать минут, или я еду без тебя, — я старалась придать голосу серьезный тон.
— Слава Богу, живее буду, — прыснула Аксенова из под подушки, — я чуть инфаркт вчера не поймала. Катя, вождение это не твое!
— Ах ты, гадюка, — недовольно зашипела я, — я ехала нормально!
— Ты чуть не въехала в бабку! — загоготала Лера.
— Все было под контролем! Я извинилась! Я даже предложила ее подвезти!
— Куда? На тот свет?
Лера смеялась в голос, а я вместе с ней. Теперь стало понятно, что подруга точно проснулась и начнет собираться, а не снова провалится в сон, как с ней это обычно бывает.
— Не поедешь? Уверенна? — спросила я.
Лера замотала головой и перекрестилась. Я улыбнулась, показала ей средний палец и взяла сумку. Перед выходом, я посмотрела на свое отражение в зеркале: легкий макияж, легкие кудри и милое черное платье в мелкий горошек, которое я хранила для особых случаев. Мне по-прежнему казалось, что сегодня мне выпадет именно такой случай. Сегодня я себе нравилась, особенно мой счастливый блеск в глазах.
— Да, хороша-хороша! — пробубнила Лера, — Комов будет в восторге!
— Думаешь? — неуверенно спросила я, не отрывая взгляд от зеркала.
— Уверенна! Тут же упадет в обморок от такой красоты и рассыпется на части.
Напоследок, я подмигнула своему отражению, широко улыбнулась, взяла куртку и вышла навстречу прекрасному.
В жизни меня вводили в стресс только две вещи: вождение автомобиля и мой однокурсник Саша Комов. Что с тем, что с другим мне жутко не везло. Когда я садилась за руль, я безумно нервничала, так как водительское удостоверение я получила совсем недавно и опыта вождения у меня практически не было. Я постоянно глохла на светофорах, путала поворотники, вставала не в тот ряд, проезжала нужные съезды и бесконечно тупила. Но мне так сильно хотелось водить машину, что я верила, что все обязательно получится и однажды я стану профи.
С Комовым дела обстояли так же. Не знаю, то ли из-за того, что и «такого» опыта у меня тоже не было, то ли из-за того, что он мне нравился слишком сильно, я тупила еще больше, чем за рулем.
 
Когда он был рядом, из веселой, компанейской и улыбчивой девчонки, я превращалась в дерганую нескладуху. Посмеяться не в том месте, когда все молчат- да, пожалуйста! Поперхнуться водой, чтобы она прыснула из носа, когда мы вместе обедаем- держите! Когда Комов стоял рядом со мной, я могла покраснеть, споткнуться, удариться, икнуть, хрюкнуть от смеха, что угодно, но только не быть нормальным человеком! Обычно, когда я была в ударе, Сашка мило улыбался в ответ или поджимал нижнюю губу, пытаясь не засмеяться, если у меня что-то получалось совсем неловко. В эти моменты он был особенно мил. В универе мы общались достаточно тесно, как и за его пределами, мы регулярно ходили в кино, в кафе, на квизы и квесты, иногда в компании, иногда в двоем. Но дальше дело не двигалось, с его стороны не было ни флирта, ни каких-либо двусмысленных намеков. А я флиртовать боялась, ведь если девушка, которая буквально вчера, стоя перед ним в столовой, сказала кассиру: «дайте, пожалуйста, фелиное куре», еще и начнет флиртовать, картина будет не для слабонервных.
Итак, Катя, соберись!
Пристегнуться. Поправить зеркала. Поправить сиденье. Проверить нейтралку. Запускаем двигатель. Сцепление. Глубокий вдох. Первая передача. Смотрим в зеркала. Плавно отпускаем тормоз. Глохнем.
Черт! Еще раз!
Сцепление, первая передача, отпускаем тормоз, вдох, выдох, поехали.
Сцепление, вторая передача….
Слава богу! Легкая испарина покрыла мой лоб. За рулем я была всегда напряжена, как струна и сидела нервно вцепившись в руль. Никакой музыки, никакого телефона. Только я, дорога и моя старенькая красная Лада Калина, на которую я копила два года. Моя милая девочка. Я зову ее Лили. Нас давольно часто подрезают, что выводит меня из равновесия и я начинаю нервничать еще больше. Но самое страшное для меня, это когда какой-нибудь нетерпеливый водитель, начинает сигналить, если я замешкалась, и эти противные звуки клаксона вводят меня в такую панику, что я не знаю за что хвататься и теряюсь окончательно.
Я уже подъехала к универу, поблагодарила всех богов, что обошлось без прошествий и остановилась на первом повороте к парковке, немного загородив проезд, чтобы выбрать в каком ряду лучше поставить машину. Я пока плохо парковалась задом, поэтому мне всегда требовалось немного времени, чтобы найти место в которое легко заехать, а еще оно должно быть таким, чтобы я была уверена, что никого не задену и не подопру. Но, как назло, сзади меня подъехал черный Логан и неистово начал сигналить. Я дернулась. А он тут же посигналил еще раз.
— Че встала? Проезжай! — завопил мерзкий мужской голос.
— Не загораживай путь!
Я снова запаниковала, попыталась тронуться, но заглохла.
— Кто тебе права дал, дура? Проезжай! — не унимался парень на Логане.
Тем временем за ним остановилось еще две машины, и я занервничала еще больше. Судорожно пытаясь тронуться с места, я суетилась, мои движения были дергаными и неуклюжими. Теперь мне сигналили уже несколько машин и меня била дрожь. Лили переживала не меньше меня, поэтому после моей очередной попытки тронуться, она резко рванула с места с пробуксовкой и свистом. И в этот момент я заметила, как немного впереди, сбоку, из одного из дальних рядов, довольно быстро выезжает еще одна машина. Между нами оставалось метров тридцать. Я собиралась нажать на тормоз, правда собиралась, но вместо этого, от стресса я перепутала педали, вдавив газ до конца. И на всей скорости, на которую была способна моя малышка, я въехала в ярко-желтую машину, которая к тому моменту успела повернуть в мою сторону.
Первые тридцать секунд была только темнота, которую переодически разбавляли искры из моих глаз, затем появилась острая боль в голове и грудине. А после, со всех сторон стали доноситься гулкие, неразборчивые голоса, как из банки. Один голос звучал намного ярче и яростнее других, я пока не могла разобрать ни одного слова, но он был таким громким и грозным, что сознание потихоньку стало ко мне возвращаться.