Глаза цвета Индиго (ЛП)

— Прощай, Эва.
Я улыбаюсь.
— Пока, — говорю я парню, чтобы он знал, что нет никаких обид.
Мы с Авокадо уходим, и меня охватывает облегчение. Я ожидал, что это будет намного сложнее, но я чувствую, что наконец-то могу все отпустить.
Я сажусь в машину, и Авокадо запрыгивает ко мне на колени. Пока глажу его, я делаю то, чего никогда раньше не делал: ищу Индиго в социальных сетях. Выскакивает аккаунт с фотографией ее профиля, где она улыбается рядом с деревом.
Я нажимаю на маленький значок и с удивлением вижу, сколько у нее подписчиков. Странно. Я никогда не видел, чтобы она проводила время за телефоном.
Большая часть ее ленты — зеленая. Растения. Природа. Гриб. Но есть одна фотография, которая выделяется. На ней она была маленькой со старушкой, которая, я полагаю, была ее бабушкой. У нее красивые, нежные глаза. Женщина крепко прижимает Индиго к груди и улыбается. Надпись гласит: «Летай высоко, но не слишком далеко».
Мне кажется, что я лезу не в свое дело, но любопытство берет верх, и я проверяю и ее историю. На первой фотографии она одета в грязный наряд в саду. На следующей фотографии — весь ее сад, который безумно красив, и мое сердце слегка трепещет, когда я замечаю дерево, которое я посадил для нее. На последней фотографии — просто новое дерево с лейкой. Это эстетичная фотография, которая выглядит так, будто она взята прямо из Pinterest.
Я улыбаюсь этому, а Авокадо лает, заставляя меня смеяться.
— Поехали, приятель.
Я глажу его, а он устраивается поудобнее на пассажирском сиденье.
— Пришло время найти новый дом.
  
Глава 21
 
Индиго
Прошла ровно неделя с тех пор, как я покинула дом Элиаса. Наконец-то пришло время встать с постели, одеться и провести еще одну ночь на вечеринке, которую я уже ненавижу.
Я принимаю душ в самом медленном темпе. Выйдя из душа, заворачиваюсь в полотенце и оставляю волосы сушиться.
— Индиго!
Я подпрыгиваю, дыхание сбивается. Господи Иисусе. Эта женщина однажды убьет меня.
— Да? — кричу я в ответ Энии, пытаясь успокоить быстрое биение своего сердца.
— Он идет!
Я слышу тяжелые шаги и мгновенно замираю. Я открываю рот, чтобы спросить, кто идет, но молчу, когда слышу шаги за дверью спальни.
К счастью, вся моя одежда засунута в шкаф. Там и тут еще есть несколько вещей, но, по крайней мере, больше нет свидетельств того беспорядка. В котором я живу.
— Ты одета? — говорит голос, который я мгновенно узнаю.
Я оглядываю себя снизу вверх.
— В каком смысле? — говорю я.
— Ты достаточно прикрыта?
— Да, наверное.
Элиас открывает дверь.
Он отлично выглядит в джинсах и клетчатой рубашке.
Его широкая грудь увеличивается благодаря плотно облегающей ткани. Элиас смотрит на меня, осматривая мое тело от пальцев ног до кончиков влажных волос. Каким-то образом ему удается делать это уважительно.
— Почему ты не позвонила? — спрашивает он, когда наши глаза встречаются.
— Что значит «Почему я не позвонила»?
— Мы говорили о том, что я пойду с тобой на вечеринки твоих родителей, помнишь?
Я закрываю глаза и думаю, как Элиас узнал об этом. Когда открываю, он смотрит на меня с грустным выражением лица.
— Что произошло? — пробормотал он.
Я пожимаю плечами, поворачиваясь лицом к зеркалу, чтобы продолжить делать макияж.
— Ничего не произошло.
Я стараюсь держаться как можно увереннее, чтобы не испортить свою подводку для глаз.
— Я просто знаю, что эти вечеринки не сделают тебя счастливой, так зачем себя мучить?
Краем глаза я уловила, как он ерзает. Он издал громкий вздох.
Я резко поворачиваюсь. Я немного злюсь на него. Он мог бы просто остаться дома и не беспокоить меня, когда я уже спешу.
— Что? — огрызаюсь я.
— Послушай, я понимаю, к чему ты клонишь, — он делает шаг вперед, — но я был бы очень признателен, если бы в следующий раз ты спросила меня, хочу я этого или нет.
 
Сглотнув комок в горле, я киваю. Когда я снова повернусь к зеркалу, он должен понять, что его слова не убедили меня. Элиас подходит и осторожно разворачивает меня за плечи, заставляя посмотреть ему в глаза. Он близко, но не слишком.
— Я хочу пойти, понятно? — говорит он.
Он наклоняет голову, пытаясь получше рассмотреть мои глаза, как будто найдет в них ответ.
— Да, конечно. — Пробурчала я.
— Это не потому, что ты мне помогла. Я хочу, чтобы ты это знала, — говорит он, и я поднимаю бровь.
Он смеется, и мое сердце немного разбивается.
— Конечно, это тоже фактор, но я хочу помочь тебе.
Я киваю.
— Ну, ты не можешь. — говорю я и быстро наношу свой тональный.
— Почему?
— Если только ты не доктор с кучей денег.
Я улыбаюсь и язвительно смотрю на него.
— Дай мне только переодеться.
Я не жду его реакции. Я просто начинаю собирать свой наряд, доставая каждый предмет одежды один за другим.
— Почему я не могу просто быть собой? — спрашивает он, пока я перебираю свои платья.
— Потому что, — начинаю я и выбираю черное, — моя мама хочет, чтобы сегодня вечером я была в компании с другим мужчиной, поэтому я сказала, что уже приведу с собой кое-кого еще.
Я захожу за ширму, чтобы надеть нижнее белье и перекинуть платье через голову.
— У нее хватило чертовой наглости рассмеяться мне в лицо, а потом она сказала, что я никогда не смогу найти нормального мужчину.
Я выхожу из-за ширмы и поворачиваюсь к нему спиной.
— Застегни молнию, — говорю я и показываю через плечо.
Он делает это, не говоря ни слова. Его пальцы касаются моей кожи, и у меня по позвоночнику пробегает дрожь.
— Итак, я сказала своей маме: — Знаешь, что, отвали, мам. У меня есть один потрясающий доктор, который богаче и умнее любого мужчины, которого ты могла бы привести сегодня. Но знаешь что?
Я поворачиваюсь к нему лицом.
Он вопросительно поднимает брови.
— Она сказала: — О, это прекрасно, с нетерпением жду встречи с ним сегодня вечером.
Он гримасничает, и я хмурюсь от его странного выражения лица.
— У тебя запор? Тебе нужно в туалет или что-то в этом роде?
Он разражается смехом, слезы наполняют его глаза, когда он смеется.
— Что смешного?
Он сглатывает и садится на край кровати, массируя виски, больше не выглядя забавным.
— Ничего, — признается он. — Ничего. Я думаю, это просто усталость.
Он потирает свое лицо, словно пытаясь проснуться. Я сажусь рядом с ним и вздыхаю.
— Мы в такой жопе.
— Да. Было весело, когда мы обводили всех вокруг пальца, потому что я был слишком напуган, чтобы рассказать родителям о том, что мы с Эвой расстались, а ты лгала своей маме, потому что она контролирует твою жизнь.
Я киваю.
— Похоже, что нас обоих контролируют родители, но по-разному.
— Да.
На мгновение между нами воцаряется молчание. Я прикусываю губу. Он отбивает ритм ногой. Я играю со своими кутикулами.
— Ну? — спрашивает он. — У тебя есть костюм или что-то еще?
  
Глава 22
 
Элиас
— Стой смирно, — требует Индиго, застегивая мою рубашку.
Никогда в жизни на мне не было столько одежды. Как будто она весит больше, чем я.
Мой рот кривится в бессознательной улыбке, когда я наблюдаю, как сосредоточенно сходятся ее брови. Ее нос морщится, а глаза прищуриваются. Она выглядит так, будто передумала, расстегивает мой пиджак, затем жилет и бросает их на кровать. Затем вытягивает один угол моей черной рубашки из брюк.
Индиго высунула язык в уголок рта, пока избавлялась от моего ремня, затем провела пальцами по моим волосам. Она похлопывает меня по плечу, прежде чем развернуть меня, чтобы я посмотрел на себя в зеркало.