На одной волне (СИ)
Пока об Ире и Михаиле ничего не было слышно — те как в воду канули, Катя потихоньку осваивала знания, которыми пичкал её жених. Помимо этого она успела сбегать на рынок и попутно, по просьбе Кости, прикупить десяток билетов лотереи «Спортлото».
— Решил попробовать что-то выиграть? — поинтересовалась она, вручая ему эти билеты.
— Катя, знания тебе даются не для складирования в голове — их нужно применять на практике, — грустно покачал головой он. — Ты же знаешь, откуда мы с сестрой прибыли, так почему бы не додуматься до того, что нам известны итоги тиражей?
— Костя, но ты же сказал, что наши миры разнятся. А если и с выигрышами будет то же самое?
— Хм… в чём-то ты права, конечно, но… посмотрим…
Молодой человек извлёк из кармана заветный блокнотик, отыскал нужный номер тиража и стал методично отмечать нужные числа.
— А почему ты не хочешь сразу главный приз? — полюбопытствовала девушка.
— Не надо гнать с места в карьер, лучше отщипнуть кусочек пирога незаметно.
— Смотри, на ближайший тираж билеты уже не принимают, — предупредила она.
— Спасибо, учёл… — продолжал он зачёркивание — Так, всё готово. Теперь бы отправить их и заодно перезвонить по межгороду одному человеку.
— Я тебя в таком виде никуда не отпущу! — воскликнула Катя.
— Катюш, да ты посмотри мой шов — всё уже зажило, как на собаке. Если бы только «Спортлото», согласен — можно подождать несколько дней, или ты с оказией опустила бы в ящик. Но с тем человеком должен разговаривать я сам.
— Костя, у нас не так много денег, да к тому же соседи подозрительно смотрят: то на такси, то на ведомственной машине домой добираемся.
— «Наши люди в булочную на такси не ездят»? — усмехнулся он.
— Вот-вот, — разом повеселела девушка.
— Кать, время дорого — нужно многое успеть за эти два месяца. Есть такое слово — НАДО, — Иванов с пафосом поднял указательный палец.
— Я сейчас схожу к соседке и от Надежды Ивановны позвоню тётке. Пусть пришлют за тобой машину. Позвонишь с родного предприятия, а билеты я сама опущу на днях, — сердито ответила она ему. — Я понимаю твой порыв энтузиазма, но о здоровье забывать тоже нельзя.
— Хорошо, давай сделаем так, — согласился он, понимая, что невесту не переубедить.
Минут через сорок прикатила сама парторг на «Волге». Иванов тактично объяснил ей, отчего такая спешка.
— Всё тебе дома не лежится, — проворчала она.
— Елена Михайловна, у меня всего два месяца на доводку конструкции до ума. Или вы хотите, чтобы я перед Каланчиным опозорился?
— Ладно, твои доводы мне не перебить.
Ещё через двадцать минут он входил в свой кабинет. Присев в кресло, набрал междугородний номер, и когда на том конце провода ответили, представился и попросил позвать Олега.
— Алло, Олег? Привет! Это Константин Иванов беспокоит, который из Рябиновска.
— А-а-а! Наш подающий надежды радиоинженер! — тот сразу узнал Костю. — А мои коллеги всё-таки сделали кварцевый фильтр, представляешь? Неплохая прямоугольность и полоса всего 4,3 Килогерца. А у тебя есть подвижки?
— Конечно!
— И сколько полоса?
— Сколько хочешь, — усмехнулся в трубку Иванов. — От двухсот двадцати герц до семи килогерц, но при желании можно и больше. Просто я не ставил перед собой такую цель.
— Нихрена себе! — охнули в трубке. — Ты серьёзно, что ли?
— А зачем мне тебе очки втирать? Ведь ты можешь приехать и проверить. Я что звоню — не можешь помочь с одним дефицитным компонентом?
— Каким?
— Мне нужен штатовский «Зилог» восьмидесятой версии. Желательно пару штук. Готов выкупить за свои кровные, пусть даже цена будет по пятьсот рублей за штуку. Мне очень нужно.
— Честно скажу — к нам поступило десять штук для сборки кое-какого изделия. Я, конечно, спрошу у Зимина… ой, а вот он сам в кабинет входит… Да, Алексей Сергеевич, тот самый Иванов из Рябиновска… просит два процессора Z-80… говорит — очень нужно… Алло, Костя, передаю трубу нашему руководителю.
— Константин, здравствуйте, — мягкий и спокойный голос того самого старичка контрастировал с горячностью Олега. — Что там за новое изделие вы собрались делать на этом процессоре?.. Что? Мне тут Олег сказал, что вы изобрели кварцевый фильтр с переменной полосой пропускания? Константин, вы это серьёзно?
— Совершенно серьёзно, Алексей Сергеевич. У меня получилась связка из двух фильтров — восьмикристального и так называемого подчисточного — четырёхкристального. Один из них исполняет роль регулятора полосы пропускания. По расчётам, получается от 220 герц до семи килогерц. При желании можно и больше, но я не ставил такой задачи перед собой.
— Чёрт возьми, Костя… чёрт возьми… — от его спокойного голоса не осталось и следа. — Мои парни бьются над этой проблемой уже добрых семь месяцев, сейчас с трудом удалось получить устойчивые параметры по уровню 4,3 кГц, а тут, оказывается, готов комплект фильтров, который и в режимных изделиях применять можно! Дашь схему?
— Э-э-э… Алексей Сергеевич… — замялся Иванов. — Мне как бы авторский патент на него нужно бы получить, а то ототрут от идеи или вовсе объявят режимным, а у меня на него большие планы.
— Тогда так: я приеду к вам, и ты мне покажешь его в действии. Если всё так, я лично помогу тебе оформить патент — есть у меня кое-какие связи в этом направлении. На соавторство не претендую — это я тебе сразу говорю. А сейчас что задумал? — от волнения Зимин не заметил, как перешёл на «ты».
— Синтезатор частоты трансивера, — снова усмехнулся в трубку Костя. — По приблизительному макету будет содержать всего три платы габаритами меньше 15 сантиметров. Там только один процессор штатовский, остальное — всё наше, отечественное. И попутно вопрос — процессор «прожарен» или нет?[17]
— Насколько знаю, имеется возможность экспериментов с прошивками…
— Отлично! Так продадите?
— … Костя, я сейчас в полном замешательстве… — голос старика окончательно дрогнул. — Ты только что перехватил две темы, над которыми работают мои группы. Понимаешь, ДВЕ ТЕМЫ! Чем же тебя сманить к нам, а… А если я тебе предложу стать руководителем небольшого НПО?[18]
— Опоздали, Алексей Сергеевич, уже таковым являюсь. НПО «Прометей».
— Да что ж такое… как не везёт… Ладно, но ты понимаешь, что тебе сразу нужно оформлять два патента? Причём не внутрисоюзных, а международных, чтобы американцы и японцы не смогли бесплатно воспользоваться твоими разработками! И твои достижения выходят на мировой уровень! Я без всяких там расшаркиваний говорю.
— Так дадите процессоры?
— Он ещё спрашивает! Конечно, дам, но с условием, что три готовые схемы синтезатора я увезу с собой, как наглядное пособие моим оболтусам. Какие детали к нему тебе ещё нужны? И давай без стеснения!
— Алексей Сергеевич! Пока точно не скажу. Я ведь представляю те процессы, что происходят в схемах, а как оно в реальности… пока не сделаю опытный образец, не знаю.
— Но на начальном этапе у тебя полный комплект?
— Не совсем. Нужно три-четыре компонента, которых пока не купил или не достал.
— Давай, говори, я записываю, — пока Константин диктовал, у Зимина созрел план. — Ага, понял. Привезу всё в восьмикратном размере. Как и восемь процессоров. А гостиница у вас в городе есть?
— Есть.
— Тогда так: я оформляю командировку себе и Олегу. Будем жить в гостинице и каждый день корпеть над схемой вместе с тобой. Доведём её до совершенства и готовые образцы я, как договаривались, заберу в количестве трёх штук. Чтобы руководству доложить во всей красе, оформить тебе патент и договориться, чтобы не было утечки информации на сторону — за рубеж. Пойми, минимизация габаритов некоторых устройств в военной технике — это такой прорыв, что словами не передать. А американцы с японцами пусть потом у нашей страны патентное право выкупают. Валюту, конечно, тебе не дадут, но можешь рассчитывать даже на режимные компоненты. Я ведь об этом тоже кое-кому шепну. Постараюсь выбить тебе негласный карт-бланш — может ещё что дельное придумаешь. И ваш директор всё правильно сделал — таких, как ты, нужно продвигать всеми силами и возможностями.