На одной волне (СИ)
— Это какое-то досадное недоразумение, — наигранно улыбаясь, произнёс Аркадий Борисович. — Дело в том, что я вместе с этими документами передал и свою заявку. От Зимина четыре и одна моя. Да-да! Вот так всё и было.
— Ты нас за дураков держишь? — тон Квашнина резко сменился на допросный. — Пояснительные записки написаны одним почерком — тем самым, что и переданные заявки через Зимина. Или ты такой щедрый, что решил подарить кому-то остальное?!
— Этот молодой человек постоянно консультировался у меня! Это он украл у меня идею! Он! А я лишь поступил по справедливости! — почти завизжал Соловьёв.
— В виду особых обстоятельств Комитет давно приглядывает за гражданином Ивановым…
У Аркадия Борисовича широко открылись глаза. «Значит, Лёшка Зимин не врал — за этим парнем действительно следят…»
— … И пока у нас нет даже малейшего сомнения в его честности, доброте и справедливости. Чего не скажешь о вас, гражданин Соловьёв, — чекист полез в карман пиджака и достал небольшую пачку фотографий, потом небрежно кинул их в на стол, за которым уселся Аркадий Борисович. Тот глянул на них, и его сердце ушло в пятки — там была запечатлена встреча Соловьёва и Рона Джонса. Вот они стоят и дружески обнимаются, а вот Аркадий Борисович что-то передаёт американцу. — Как вы прокомментируете то, что изображено на фото?
Мир рухнул в один момент. У Соловьёва сильно кольнуло сердце, он издал нечленораздельный хрип и повалился на персидский ковёр, что лежал на полу. Второй оперативник быстро подскочил к нему, присев, нащупал артерию на шее и тут же встал.
— Готов, — мрачно прокомментировал он. — Вскрытие покажет, но скорее всего Соловьёва хватил удар.
— Вызывай судмедэксперта. Как закончите здесь, жду от тебя отчёт, — с этими словами Квашнин пошёл к выходу.
1 июля 1982 года. Старая площадка приборостроительного завода
С корабля на бал — так можно охарактеризовать прибытие Иванова с молодыми инженерами. К этому времени Елена Михайловна успела предварительно договориться с комендантом общежития, и молодых специалистов сразу направили решать жилищные и житейские вопросы — обеим парам решили предоставить комнаты сразу в семейном общежитии, поэтому Бориса с Антониной и Сергея с Верой срочно направили в… ЗАГС. У них, в принципе, этот вопрос назрел давно, и такой толчок только послужил катализатором их окончательного сближения. А Костя отпросился на сегодня домой, не забыв прихватить супругу — им предстояло за вечер и, возможно, ночь перерисовать несколько схем для молодого пополнения. Не предоставишь же им квантовый ноутбук, в котором они смогли бы вволю покопаться? Вот также думал и Костя.
Маленькая интерлюдия
Зимин долго ходил из угла в угол в своём кабинете. Только что доверенный человек сообщил ему, что Аркаша попался на воровстве и плагиате — попытался присвоить изобретение Константина Иванова. Интерфейс так понравился Аркаше, что видя нездоровый блеск в его глазах, Алексей даже усомнился в правильности своего выбора — давать или не давать документы Соловьёву. Он терялся в догадках, почему его однокашник так залип на это изобретение, но когда ему сообщили о двурушничестве Аркашки, всё стало на свои места.
«Если эта информация каким-то образом попадёт к Иванову в обход меня, парень навсегда прекратит сотрудничество. Возможно, сам будет искать выходы на Технический Совет, а умные люди подскажут, как попасть к другому моему однокашнику — Револию[30], а тот сочтёт, что я был заодно с Аркадием. Нужно срочно ехать в Рябиновск! Я не могу допустить, чтобы наше плодотворное сотрудничество с Константином дало трещину!»
Он вышел из кабинета и направился в одну из лабораторий. В дверях с ним чуть не столкнулся Краснов.
— Олег, сколько процессоров Z-80 к нам поступило в последней партии?
— Это самая крупная партия — пришло пятьдесят пять штук. Попробуем повторить схему Иванова!
— Чтобы нас обвинили в плагиате?! — внезапно вскипел обычно спокойный Зимин. — Я не хочу идти по стопам Соловьёва! Пока не будут готовы патенты на Константина, запрещаю всякую работу с его изобретениями! Слышите? Это касается всех!
— Алексей Сергеевич, а что случилось с Аркадием Борисовичем? — осторожно спросила Галя Смирнова — его любимица в группе.
— Галочка, он попался на плагиате. Изобретение Иванова по интерфейсу к компьютеру он попытался выдать за своё… — понуро ответил тот.
— Какой ужас! — девушка приложила руки к щекам. — Как? Как он мог?.
— Не знаю. Мне только сообщили, что этим уже занимаются компетентные органы. А вот из-за выходки этого… — он скривился, зная о двурушничестве однокашника — … Константин может вообще отвернуться от нас. Просто потому что один решил присвоить его изобретение, а мы собираемся скопировать. Я давал ему слово, а теперь что делать, ума не приложу… — он устало опустился на стул.
— Алексей Сергеевич, а если преподнести ему какой-то подарок? — предложила Галка. — Ну, задобрить его чем-то?
— А давайте ему отдадим половину «восьмидесятых» — предложил Краснов. — И позвоним ещё раз, а там поинтересуемся, что ему ещё нужно. Но вообще надо бы его как-то переманить к нам.
— Олег, да не переманишь его. Он абсолютный идеалист, осевший в тихом спокойном месте. В пору ехать к самому Суслову-младшему… может хоть тот воздействует на молодое дарование…
— К Револию Михайловичу? — Смирнова приложила ладошку ко рту.
— Нет, товарищи, так мы ещё больше навредим Константину, — покачал головой Зимин. — И я тоже хорош — такую глупость сморозил, — он посмотрел на часы. — Сейчас конец рабочего дня, так что у них в конторе никого не будет. Будем звонить завтра. На сегодня всё.
Через полчаса его машина плавно притормозила у многоквартирного дома Академгородка. Зимин вышел, закрыл машину и потянулся, вдыхая свежий вечерний воздух.
— Тоже надоели душные кабинеты? — сзади раздался знакомый голос.
--------------------------------------
27 Частота на одном из любительских диапазонов, где собираются радиолюбители и делятся новостями.
28 Антенна Ground Plane и её модификации
29 Антенна, проволочная рамка которой напоминает квадрат. Как правило, выпускается многодиапазонной.
30 Револий Михайлович Суслов, сын секретаря ЦК КПСС Михаила Андреевича Суслова. После получения диплома о высшем образовании Револий Суслов поступил на службу в Комитет государственной безопасности СССР, где достиг определенных успехов и вышел в отставку в звании генерал-майора. Через некоторое время после поступления в КГБ Суслов-младший был прикомандирован к Министерству радиопромышленности. Не забываем о том, что это параллельный мир. Здесь Михаилу Алексеевичу Суслову уже 85 лет и он отошёл от дел, уйдя на пенсию. Именно из-за этого стало возможным провести государственный эксперимент с артелями.
Глава 11
Маленькая интерлюдия. Продолжение
Алексей Сергеевич резко обернулся — из серой «Волги» вылез Револий Суслов и направился к нему.
— Привет, Лёша! — он бодро пожал руку бывшему одногруппнику. — Есть разговор, поэтому не торопись домой — и у стен могут быть уши, — подмигнул генерал.
— Ты поставил на прослушку своего старого товарища? — деланно изумился Зимин.
— Я не ставил, но не исключаю такого развития событий.
— О чём ты хотел поговорить?
— Не о чём, а о ком. Как хорошо ты знаешь Иванова Константина Сергеевича?
— И ты туда же?
— Что значит «и ты»? Тут, понимаешь, не личные интересы затронуты, а государственные. Я сегодня был в патентном бюро — вызывали на согласование его патентов в международный комитет. Скажи, это правда, что все эти новшества придумал он? Один?
— Ты в курсе, что Аркашку поймали на плагиате? — Зимин внимательно посмотрел на генерала.
— Я-то в курсе, а вот ты откуда знаешь? — прищурился он.
— Мне звонили из Конторы и выясняли некоторые подробности общения с Ивановым. Заодно в разговоре сообщили и эту мерзкую новость. Никогда бы не подумал, что он станет таким…