Охотник 2 (СИ)

— Курсанты, время начинать, — проговорил магистр Ли, после чего все выстроились в шеренгу перед ним. — Сейчас сделаю одно заявление, прежде, чем начать занятие. Я оглашу список обещанных троек, программу которых мы будем разрабатывать отдельно. Отмечу, что в каждой тройке будет два студента с факультета боевой магии и один студент с факультета поддержки. Итак, тройка первая: Ларин, Вишневский, Иванова.
Названные студенты вышли вперед и отошли за спину магистра. Девушка с факультета поддержки выглядела неуверенно и под оценивающим взглядом Вишневского слегка смущалась. Но по мере оглашения троек все же успокоилась и уже с любопытством смотрела на такое своеобразное распределение. Головин оказался в тройке с Шаповаловым, одним из его дружков, и парнем с поддержки — Тарасовым.
— Романов, Морозов, Казанцева. — Наконец, дошел до меня магистр.
Мы с Романом вышли вперед под перешептывания всех собравшихся, когда к нам присоединилась недоумевающая Лина. К своем стыду, выходя из строя, я понял, что не знаю фамилию Лины. Я вопросительно посмотрел на Ли, который лишь кивнул в ответ, показывая, что ошибки никакой не было.
Мы молча дождались окончания распределения, чтобы получить необходимые ответы на наши вопросы. Их было много, но вслух их не задавали, чтобы не сеять панику и еще больше вопросов.
— Все занимаются как обычно, сегодня день физической подготовки. Завтра каждая тройка получит индивидуальное задание. Так, идите сюда, — магистр махнул нам рукой, показывая следовать за ним. Дошел он до одного из секторов, которые находились в противоположном конце зала.
Активировав своеобразную капсулу, через которую перестали проходить звуки, он повернулся к нам и заговорил.
— Чтобы не было никаких вопросов, сразу поясню, вы двое, — он указал на нас с Романом, — обладаете специфическим даром, тем более двумя потоками, что редкость, само по себе, а у вас еще совпадение по одной из ветвей, что еще большая редкость. Поэтому вопросов в том, чтобы поставить вас в пару, особенно учитывая вашу феноменальную физическую подковку, а также третью ступень развития ни у кого не возникло. Но не это важно, у Казанцевой тоже чрезвычайно редкий дар, но есть один нюанс, не все захотят делить свои силы с чужим человеком, даже работая в тройке. Особенно это касается наследников князей и графов. Но нам известно, что вы уже между собой в подобном практиковались и особо дискомфорта это у тебя, Дмитрий, не вызвало. Так что, Лина, роль поддержки вашей тройки будет лежать на тебе, благо энергии которую ты можешь получать от этих двоих будет в избытке.
— Это настолько секретная информация, что вы говорите это только через защитный купол, — нахмурилась девушка, переваривая полученную информацию.
— Не совсем, но говорить о двух ветвях дара общественности или нет, все-так личное дело Романа, — усмехнулся он и деактивировал купол. — Идите занимайтесь, Морозов останется.
Ребята вышли, кинув на меня сочувственный взгляд, чуть не столкнувшись с женщиной, которая как раз входила внутрь сектора. Женщина выглядела достаточно молодо и ухожено, ее белые волосы были забраны в какую-то замудренную прическу, аккуратный макияж подчеркивал скулы, а ярко голубые глаза, которые выглядели настолько неестественно, насколько это могло вообще быть, приковывали взгляд. Даже отличная фигура и грудь, на которой буквально лопались пуговицы рубашки не могли отвлечь внимания от глаз женщины.
— Ага, ну вот и ваш преподаватель, Дмитрий. Надежда Сергеевна Воронцова, преподаватель, направленный к вам для решения вашей проблемы. Так как вам на тренировках особо делать нечего, а занятия должны проводиться исключительно в защищенном месте, то нами было решено совместить занятия.
— Вполне возможно нам хватит и одного, — ее голос с придыханием будто обволакивал разум, но я быстро сбросил с себя это наваждение. — Очень сильная воля и потрясающая концентрация.
Теперь она серьезно кивнула и села напротив меня, проводив взглядом удаляющегося магистра.
— Добрый день, Дмитрий. Я маг-менталист, — она пристально посмотрела на меня. — И моя задача объяснить основы твоего дара. Вербальщики — это большая редкость среди магов. Необходим большой контроль над собой, абсолютное владение медитативными техниками, феноменальная память и сила, которая помогает создавать формулу в пространстве без физического направления линий. Этот дар, как правило, развивается долгими тренировками, но в твоем случае, как я поняла, все происходит на интуитивном уровне, что интересно и довольно необычно. Сразу скажу, что у каждого участок сознания, в котором хранятся формулы заклинания разный. У кого-то это аналог письменного стола с ящиками, у кого-то-то сейф, знала я одного парня, у которого это была мусорная корзина, — она хмыкнула, все еще пристально глядя мне в глаза.
 
— У меня библиотечный шкаф, — понял я ее молчание, но решил не выдавать все секреты полностью.
— Это говорит о большом объеме хранимой информации, — кивнула она. — Твоя основная задача сейчас, сделать так, чтобы участок твоего сознания, отвечающий за хранение формул, не выходил на передний план, а руны и формулы всплывали в голове только в тот момент, когда это необходимо. Попрошу отнестись к этому серьезно. Сначала тебе может показаться, что это очень легко, но по мере того, как ты будешь изучать новые заклинания, этот процесс будет становиться сложнее. Так что, тренироваться и совершенствоваться в этом искусстве тебе придется всю жизнь. Давай попробуем, — она встала на ноги. — Я научу тебя простому атакующему заклинанию «стрела». Посмотрим, как быстр оно отложится в памяти и как ты сможешь его воспроизвести.
Начертив в воздухе руну, ожидая, когда я повторю все до мельчайших подробностей, она произнесла слово-активатор «саггита», после чего от нее устремилась в противоположном от нас направлении ярко-зелена стрела, которая встретившись с защитным барьером распалась на множество ярких искр.
Повторив все еще раз, я отстраненно смотрел на огромный ледяной булыжник, которой полетел в том же самом направлении и распался ледяными осколками, которые смогли долететь до меня.
Я сразу же нырнул в свою библиотеку, глядя, как невидимая рука пером с черными чернилами чертит в открытой книге новую изученную мною формулу.
— Да, с контролем силы тут нужно работать, — прозвучал в голове отчетливый голос магистра. Я сфокусировался и увидел четкий силуэт женщины, сквозь которую просматривались очертания библиотеки и ступеней. Выйдя из медитативного состояния, я повторил заклинание еще раз, воспроизводя формулу жестами. Я уже понял, что именно происходит, по крайней мере, уловил суть, поэтому быстро загнал пробивающуюся картинку обратно, избежав головной боли. Не менее массивная сосулька вылетела передо мной, повторив участь предыдущей.
— Хорошо, а теперь без жестов. — Попросила Воронцова.
Ну без жестов, так без жестов. Времени, кстати, это заняло на несколько секунд меньше. Образ формулы, небольшое вливание силы, слово-активатор и мгновенно образовавшийся вокруг меня ледяной вихрь, собрался в стрелу, по объему больше похожую на ствол небольшого деревца, что с громким свистом отправилась в сторону Воронцовой. Магистр едва успела увернуться от направленного на него заклятия, прежде, чем оно врезалось в защитный купол, пробив тот насквозь. Сразу завыли сирены, поднялся какой-то дым, а на месте прежнего купола довольно быстро образовался новый.
— Что тут у вас происходит? — Рявкнул Ли, деактивировав новую защиту.
— Все хорошо, с парнем нужно поработать в плане контроля силы, но в целом, мы закончили. — Отчиталась Воронцова, быстро взяв себя в руки.
— Так быстро? — Нахмурился Ли, разглядывая пол в секторе, усеянный небольшими ледышками.
— Я же говорила изначально, что мне здесь делать нечего, — тряхнула она головой. — Все принципы могли бы и сами объяснить. Он медитативными техниками владеет на уровне Черепанова, есть чему поучиться, — хмыкнула она. — Теперь мне тут сидеть неделю просто так.