Э(П)РОН-9 Водный мир. Конкиста (СИ)

— То есть ты хочешь сказать, что шаман… как-то умудрился соорудить одноразовую «мембрану»?! — выдал я самую безумную из собственных версий. — И ушёл сквозь неё в «изнанку»?!
— Других вариантов у меня нет, Ван-сяньшэн. Функциональный юнит не обнаружил органических остатков, которые свидетельствовали бы о распаде нашего фигуранта на «стволовые клетки» под воздействием артефакта. Равно как и не обнаружил продуктов горения органики.
— Вот… зар-раза! — в сердцах рыкнул я. — И ладно если он не рассчитал и застрял в скале под «заброшкой»! А если нет? Где его теперь искать?! И, что важнее, в каком состоянии?!
— Вы опасаетесь засады в Паутине, сяньшэн?
— А ты разве нет? — удивился я.
— Вероятность подобного развития событий крайне мала, Ван-сяньшэн. Агуэй на практике убедился, что не сможет с вами совладать. У вас преимущество в силе, боевых умениях и возможностях артефакта. Самое разумное в таких обстоятельствах — тактическое отступление. Иными словами, шаман должен затаиться и какое-то время выждать.
— Хм… в этом что-то есть, Ли, — признал я. — И вряд ли он будет выжидать в уже засвеченной нычке… хотя зря мы шаттл не проверили.
— Я бы на месте Агуэя воспользовался предоставленной возможностью и переместился в какое-нибудь укрытие за пределами Ликейского архипелага, сяньшэн. И поскольку здесь, то есть в «хабе» второго уровня, и сейчас мы его не наблюдаем…
— … то у нас всего два варианта, — подхватил я мысль искина, — либо он уже здесь прошёл и свалил неведомо куда, либо ещё не прошёл. Но пройдёт обязательно. Вот только ждать его бессмысленно, поскольку вероятность первого исхода ровно пятьдесят процентов.
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн.
— Значит, хрен на него! — заключил я. — Получится позже перехватить — хорошо. Нет… ну, на нет и суда нет… хотя поговорить с ним было бы неплохо. У меня столько новых вопросов! Например, как он «продавил» пол? Своей слабенькой «слезой»? А на что тогда способна моя, мощная? Сквозь всю планету «просочиться»? И…
— Процесс завершён, Ван-сяньшэн, — прервал мои разглагольствования Лиу Цзяо, — но результат неутешительный. Межпространственный переход в «хаб» третьего уровня визуальному обнаружению не поддаётся.
— А в «изнанку»? — с ехидцей уточнил я. — Тоже не поддаётся?
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн.
— Эй, а чего это у тебя голос такой виноватый? — насторожился я. — Ты чего, теперь и обратную дорогу найти не можешь?
— Недостаточно данных для анализа, сяньшэн…
— Ну и на что ты надеялся?!
— На «зов», сяньшэн. Ещё две попытки позволили бы дополнить общую картину до ограниченно пригодной для навигации…
— Не-а, ни одной! — моментально ушёл я в отказ. — Изнутри «хаба» больше никакого «зова»! Хорошо, в первый раз относительно удачно обошлось… но у тебя есть гарантия, что нас снова на острова выбросит?
— Ответ отрицательный, Ван-сяньшэн.
— Вот-вот! Хотя… — вдруг задумался я, — а помнишь, как нас… потянуло? А потом в другую сторону?
— Помню, сяньшэн…
— Но?..
— Стыдно признаться, сяньшэн, но я… потерял ориентацию в пространстве… то есть в межпространстве… то есть…
— Да понял я, понял! — перебил я мини-гекса. — Это когда заставил «кракозябру» крутиться вокруг оси?!
— Ответ положительный, сяньшэн.
— Вот это, блин, сюрприз! — неприятно поразился я. — Даже не побоюсь этого слова, номер! И что теперь делать? Нет, понятно, что по-хорошему ориентир бы какой-нибудь соорудить… вот только как?!
— Я тоже пока не вижу такой возможности, сяньшэн.
— Значит, возвращаемся к варианту со сторонним приложением, — со вздохом заключил я.
Не хотелось, если честно, на столь эфемерный способ полагаться. Но деваться, получается, некуда. Если только прыгнуть в рандомную «соту» и дождаться позиционирования в нормальном пространстве ПВ по спутниковой навигации. Но это, как несложно догадаться, фатальная потеря времени: пока прыгнем, пока выясним, где мы, пока дождёмся эвакуации… а меня, если честно, все эти перескоки уже напрягают. И если бы не Евгений Викторович, у которого, очень вероятно, уже каждая минута на счету, я бы на это дело плюнул. И вернулся к сомнительным экспериментам только после тщательной, а значит, и длительной предварительной подготовки. Эх, профессор, профессор! На какие только авантюры не пойдёшь ради будущего родственника! Хотя кого я обманываю? Я бы и без перспективы породниться бросился на поиски. Просто потому что. Всё, отвалите! И без вас на душе кошки скребут.
 
— Постарайтесь действовать осторожно, сяньшэн.
— А вот тут уже вообще без гарантий! — раздражённо — больше на самого себя, нежели на электронного помощника — буркнул я. — Какая осторожность, если я буквально наугад тычусь?! Инструкцию по эксплуатации к этой хреновине почему-то никто не приложил! Странно, не находишь?
— Эмоция «сарказм» в вашем голосе объяснима и в настоящий момент вполне уместна, сяньшэн, но я прошу вас сосредоточиться на процессе.
— Попробую.
Я медленно выпустил воздух сквозь зубы, потом сделал несколько глубоких вдохов и выдохов — почти до гипервентиляции лёгких — и мысленно «потянулся» к артефакту. Не питая, впрочем, особых надежд. Ибо, как показала практика, когда пытаешься добиться определённого эффекта специально, результат редко превышает дырку от бублика. Но… не в этот раз: стоило только подумать о хитросплетении «нитей» в глубинах «слезы ангела», как я в эти самые глубины и ухнул. Практически как в омут с головой. И лишь «зависнув» в недрах артефакта, осознал, что в ушах снова раздаётся комариный гул, а перед глазами всё дрожит и мерцает. Спасибо «потустороннику»? Хм… может быть, потому что гул похожий. А вот, кхм, визуальные эффекты отличаются — дрожь и марево чётко градировались. Марево, как ему и положено, на периферии, у местного условного «горизонта», превращая стенки «слезы», по сути своей двумерную плоскость континуума ВП, свёрнутую в сферу, в мерцающее и трудно воспринимаемое нечто. А вот дрожали… или даже вибрировали, исключительно «нити». Ну и пара «бечёвок» — потоньше и потолще. Интере-е-есно… но нужно посоветоваться. Да и кое-что проверить заодно.
Проверка, кстати, удалась на славу: стоило только мысленно «оттолкнуть» от себя «слезу ангела», и артефакт незамедлительно меня «отпустил». В смысле, я рывком вернулся в собственное тело, заботливо удерживаемое в центре «хаба» функциональным юнитом.
— Получилось, сяньшэн? — несколько напряжённо поинтересовался мини-гекс.
— Вроде бы, — успокаивающе кивнул я. — А что? Меня долго не было?
— Семнадцать целых четыре десятых секунды, Ван-сяньшэн.
— Э-э-э… — поразился я, — стесняюсь спросить, а как ты это определил, мой электронный друг?
— Изменения в мозговой активности, сяньшэн, — пояснил Ли. — И спасибо вам, я успел многое зафиксировать и расшифровать.
— Визуализацию сделал?
— Ответ положительный, Ван-сяньшэн.
— Но?..
— От «зова» картинка чётче, плюс её не приходится масштабировать, сяньшэн. А каждая коррекция, сами понимаете, приводит к накоплению ошибки измерения.
— Для наших нужд сойдёт! — отмахнулся я. — По крайней мере, пока. А дальше видно будет.
— Да, сяньшэн.
— Самое главное-то уловил? — вернул я разговор в конструктивное русло.
— Ответ положительный, сяньшэн. Обратную дорогу теперь найду, если вы об этом.
— Вторая по толщине «бечёвка»? — уточнил я.
— Ответ положительный, сяньшэн. А самая толстая, полагаю, ведёт…
— … в «хаб» третьего уровня, куда же ещё! — перебил я искина. — И знаешь что?
— Что, сяньшэн?
— Я вот сейчас подумал… зря мы «нити» так обзываем. Это реально струны, те самые, из теории суперструн, только компактифицированные. И даже частично овеществлённые. Ну, если учесть оболочку в виде артефакта, — скосил я взгляд на нагрудные бронепластины скафандра, под которыми оный артефакт и скрывался. — Что же касается градации по толщине… пожалуй, тут можно применить ещё одну аналогию, с самой обычной гитарой.