Призванный быть злодеем. Книга первая (СИ)

Один и тот же вопрос за несколько минут, запишем в маленький рекорд.
— Нет, что вы, — свел я брови. — Хотя… да, есть немного.
"Да за что мне все это?" — не сказал Квазар вслух.
— Ты как? Цела? — стряхнул я песчинки с плеча Роки.
— Когда ты так… — пришла она в себя, потирая место удара. — Что эта за техника боя?
— Сам придумал. — Нагло вру. — Я полон сюрпризов, дорогая.
Ах, вечно забываю, что такие слова, как "милая" или "дорогая", вызывают в здешних целый каскад эмоций.
Тренировка продолжалась, сменялись партнеры, упражнения, я старался подражать остальным, больше не выделяться, но каждый раз видел удивление на лицах, когда невзрачный прежде Кормак хорошо сдерживал натиск и отвечал. И под самый конец…
— Смотрю, после коллектора ты окрылился? — постукивал Петр древком по сапогу. — Что, решил, раз отбился от крысы-переростка, то смыл позор своей семьи?
Хороший момент выудить правду.
— Можешь повторить? — размял я шею. — А то я слышу только «гав-гав-гав».
Петр злобно оскалился.
— Дезертиры, — вполголоса произнес он. — Твой папаша бросил орден в самый ответственный момент и погиб без чести и славы. Я готов напоминать тебе это каждый раз, недомерок.
К его сожалению, это никак не трогало мою душу, даже наоборот. Отец Кормака очень походил на моего… родного отца. Жалкие и безликие существа, которые не способны тянуться к великому.
— Если ты смотришь только на силу наследия, — покачал я головой, — то это станет твоим забвением, дружок.
— Да как ты смеешь?! — Все же ума воспринять завуалированное оскорбление семьи ему хватило, похвально. — Мастер Квазар! — обратился благородный к уже и так смотрящему на эту сцену учителю. — Тренировка почти закончена, но давайте устроим настоящий спарринг! — сделал он глубокий вдох. — Дуэль!
Ученики остановились. Видимо, событие значимое.
— Я не против. — Пх, ну вот даже Квазар не на моей стороне! И что я ему сделал? — Всем покинуть площадку, — начал он расчищать место.
Рока успела подбежать ко мне.
— Откажись, — затараторила она. — Ты никогда не поддавался на его провокации, да что на тебя нашло!?
— Да брось, — повел я бровью. — Мы же тут собрались для тренировок.
— Дуэль — это не…
— Рока, уйди с площадки, — повторил Квазар.
Девушка, сдавшись, прикусила губу и присоединилась к подругам. Те, естественно, хихикали и подначивали её за теплые чувства.
— В этот раз за юбку не спрячешься, — оскалился Петр.
— Видимо, посыл моих вчерашних слов не дошел до тебя, — поправил я прядь волос. — Старого Кормака больше нет, и, говоря со мной, нужно следить за словами.
Я впился в него взглядом.
— Сегодня сделаем упрощенные правила: три попадания, в голову не целиться. Если получите серьезную травму, то по первому требованию я прекращаю дуэль, — в последний раз покрутил головой Квазар, переводя взгляд с меня на Петра и обратно. — На позиции! — поднял он руку.
— У Кормака нет шансов…
— Ага, Петр хорошо владеет мечом…
— Давай, Петр! — поддерживали моего врага другие — и, что неудивительно, в основном девушки.
Дуэль… Как много в этом слове ностальгирующих букв. Раньше я не раз участвовал в так называемых пси-дуэлях. Магия против магии, разум против разума, порвать на кусочки здравомыслие оппонента, превратить его в овощ — вот это было зрелище, вот это поток эмоций.
А сейчас… Сейчас прекрасная возможность показать всем, почему я никогда не приму имя Кормак как свое родное.
Мы встали в стойку, посмотрели друг другу в глаза. Сердце начало биться чуть быстрее, постепенно переходя в пляску под ритм барабана. Еще, я хочу еще, пускай оно бьется! Прекрасная музыка для ушей.
— Начали! — взмах руки Квазара — как выстрел сигнального пистолета.
  
Глава 8 Неоправданная жестокость
 
Петр срывается с места! Скорость движений сравнима со скростью крыса-лака… нет, даже быстрее. Он использует магию? Или за словесным поносом действительно скрывается опытный мечник? Шаг — рассекающий сверху вниз!
 
Выставляю блок. Треск дерева, оглушительный звук.
Не медля, к моему удивлению, Петр наносит новый удар, и тот со всей силы попадает мне в плечо. Уф! Отступаю назад.
— Есть попадание! — считал Квазар.
— Соберись, Кормак! — волновалась Рока.
Боль растекалась по телу, мышцы сокращались, дрожали даже кончики пальцев. Будет синяк, это веселило и злило меня. Как давно никто не украшал мое тело синяками без моего разрешения!
— Сдавайся, — уверенно заявил блондин, вновь приняв стойку. А ведь мы только начали.
Не выдавая боли, я вновь натянул улыбку на свои губы.
— Гав-гав, — быстро произнес я.
— Подонок! — новый рывок вперед.
Площадку заполнил стук деревянных клинков, песок полетел в разные стороны, со стороны казалось, будто Петр лидирует, теснит меня непрекращающимся атаками меча. Отчасти это была правда, но только отчасти. Я оценивал, запоминал движения. Они оказались однотипными. Одни и те же приемы.
Удар сверху! Блок.
Прямой переходящий в рассекающий. Корпус в сторону.
Тяжелый сбоку. Уход назад.
С каждой секундой пот все больше покрывал его лицо, дыхание сбивалось. Оставалась маленькая деталь, нюанс, который сложно заметить в пылу боя. И, чтобы убедиться…
— Ха! — пропустил я удар деревянным клинком по животу и пригнул колено.
— Второе! — продолжал считать Квазар.
— Ух, бедный Кормак, — прикрыла улыбку одна из зрительниц. — Твой подопечный проигрывает, Ро.
— Замолчи! — шикнула Рока, получив в ответ смешки.
Слюна скопилась в моем рту, дыхание давалось с трудом, но, пока Петр наслаждался своим триумфом, кланяясь одногруппникам и делая реверансы…
— Хе-хе-хе, — вытер я губы. Оперся о древко — и с выдохом расправил плечи. — Надеюсь, в академии есть хорошие знахари.
Петр попался. Каждый раз, когда он наносит удар, его указательный палец из сжатого кулака на секунду отдергивается в сторону, странная и непонятная привычка, но этого мгновения мне достаточно.
— И откуда у тебя взялось настолько непомерное эго? — поднял подбородок Петр. — Ты… Ты только позоришь титул претендента. Будь ты проклятым, было бы лучше, — готовился он к финальному выпаду.
— Претендент, проклятый… — провел я языком по зубам. — Как много ненужных ярлыков. — Муляж вперед. — И все это стирается, как только ты почувствуешь боль, нестерпимую боль от сломанных костей. — На миг я перестал притворяться. Не Кормак, но Корнар смотрел на юношу. И он это увидел, увидел, но отбросил ни пойми откуда взявшийся страх.
Это чувство проявилось у Петра в том, как он взял меч в более крепкий хват, как капелька пота стекла по его виску. Вдох, выдох.
— А-а-а! — понесся он в атаку.
Как и с Рокой до этого, я не был серьезен в начале, но теперь…
Словно в танце выгибаю спину, пропуская выпад над грудью, оружие проходит в жалких миллиметрах, срывает мою ленту. Но я вижу, вижу торчащий палец.
Удар!
— Кха! А-А-А! — закричал Петр от нестерпимых страданий. Попятился, не опуская клинок, прижал руку к запястью, глаза наполнились слезами, ведь его пальчик… Хе-хе, сломанным прутиком смотрит в обратную сторону.
— Петр! — заволновался Квазар.
— Это раз, — дунул я на прядь своих волос. — Вы это хотели сказать?
— Кх-х, — сжал зубы мой оппонент, и алый ручеек струился по его коже. — Ублюдок!
— А где манеры?! Где благодать? — издевался я.
— Петр? — повторил Квазар.
— Я… — учащенно дышал наглец. — Я могу продолжать!
— Похвально-похвально, — окончательно расслабился я. — Вот только скоро… как его… — вспоминал я, раскачиваясь из стороны в сторону. — Ах да, финальный тест. Сможешь ли ты его сдать с перебитыми пальцами? — Хищная улыбка. — Ведь я доломаю их и всю твою культю, недомерок.
— Как ты смеешь, ты?!
— А как смеешь ты? — сделал я шаг вперед, Петр отступил. — Кем ты себя возомнил? Ты, — сдержал я смешок. — Ты думаешь, что у нас будет какое-то противостояние? Будет соперничество на протяжении всей учебы? Ох! Что за банальность! Нет-нет-нет, — поднял я "меч". — Такое ребячество забавно лишь несколько минут, а дальше просто раздражает. — Я подмигнул. — А то, что меня раздражает, я убираю со своего пути.