Моя комета (СИ)
— Пф, — Дарен засмеялся, — Ты такая вредина! Я в шоке! А с виду такая милашка!
Дар поставил пакет с елочными игрушками и гирляндой на диван и подошел к надувшемуся Алану. Он обнял его со спины и поцеловал в затылок.
— Но таким ты мне даже больше нравишься. Мой бурундучок.
— Что?! Почему это я «бурундучок»?
— Потому что маленький и вредный.
Перепалку прервал телефон Дарена. Взяв трубку и выслушав человека на другом конце провода, Дар помрачнел.
— Я сейчас приеду. Ок. Мистер Адамс на месте? Отлично, он в сознании? Ок,— Дар повесил трубку.
— Что случилось?
— Я еду в больницу. Виктора подстрелили, два пулевых ранения, одно в плечо, другое в ногу.
— О боже! — Ал в шоке прижал руку ко рту, — Я с тобой!
— Не надо, сейчас будет операция, он без сознания…
— Нет, я все равно с тобой! — Алан нервно замельтешил по прихожей, судорожно решая, что на себя натянуть.
— Все-таки он тебе нравится, — с улыбкой протянул Дарен.
— Ч…Что? — Ал замер, — О чем ты вообще думаешь?! Это не так! Собирайся!
Алан поежился, зайдя в холл знакомой больницы.
— Детка, иди на второй этаж, к третьей операционной. Хотя, лучше иди в детскую, посиди с детьми, они тебя любят. Ранения не смертельные, думаю, все будет хорошо, но он потерял много крови…
— Все, все иди! Я сам решу, что мне делать! Ты теряешь время, — Дарен улыбнулся и, быстро поцеловав Алана, ушел.
Алану показались несколько часов ожидания неделей. Он, как предложил Дарен, сходил в игровую, но дети слишком хорошо чувствуют эмоции, да и Ал не мог отвлечься, пришлось уйти бродить по коридорам.
— Ну, что?! — Алан подскочил, увидев как Дар выходит из операционной.
— Все хорошо, жизненно важные органы не задеты. Оперировал его мистер Адамс, я ассистировал, сам знаешь, он настоящий профи.
— Слава богу, — Ал неуверенно улыбнулся.
— Пошли, я переоденусь и поедем домой, уже начало первого ночи.
— А Вик?
— Он под наркозом, проспит до утра.
Вернувшись домой, сил обоим хватило только на то, чтобы умыться и лечь спать.
Утром Алан встал раньше Дарена. Умывшись, он включил телевизор и начал готовить завтрак. До рождества еще два дня. По каналам крутили рождественские комедии.
— Что это? — сонный Дарен с растрепанными волосами сидел за стойкой и смотрел на стопку горячих блинчиков.
— Блины.
— Почему они такие тонкие? — Подцепив один блин, Дарен озадаченно крутил его в руках.
— Я их в России научился готовить, очень вкусные. Но ты их съешь после каши, — Ал поставил перед Дареном тарелку.
— Это еще что за сопли?
— Это манная каша, я ее вчера случайно нашел в магазине. Ешь, это полезно.
Дарен водил ложкой по каше и недоверчиво смотрел на Алана.
— Я не буду это есть. Давай сразу блины.
— Нет! Ешь!
— А в том пакете что?
— Это Вику, — Ал отвернулся к плите, скрывая смущение.
— Его там вообще-то кормят.
— Ну, не оставлять же его на рождество с той гадостью, которую вы даёте.
Дарен промолчал, и, пока Алан стоял спиной к нему, отодвинул тарелку с кашей и принялся за блины.
Бледный, почти белый Вик лежал на кровати и щелкал пультом каналы на висящем в углу телевизоре.
— Привет, — в палату вошел Дарен.
— О, привет! Что это у тебя в руках? — Виктор слегка оживился.
— Это Алан тебе приготовил обалденные русские блинчики. Я сегодня всю тарелку съел.
— А сам он где? — Вик раскрыл пакет и, выудив блин, озадаченно на него уставился.
— Сейчас придет. Он вчера за тебя очень испугался.
— Правда? — Глаза мужчины радостно заблестели.
— Правда. Вик, на что ты рассчитываешь? Я его тебе не отдам.
— Нууууу, я мог бы быть третьим, — Вик хитро взглянул на Дарена.
— Отлично, прям Садом и Гоморра. Он на это никогда не согласится…
— А ты?
Дверь открылась, пропуская Алана.
— Привет.
— Привет, спасибо за блины, почему они такие тонкие?
— Что б ты не растолстел, — Алан смущенно подошел к окну и отвернулся.
— Дарен, говорит, ты вчера плакал, пока я был в операционной.
— Что?! Не было этого! Он так не говорил! — красный Алан резко развернулся в их сторону и уставился на довольного подначкой Вика.
Препирались бы они еще долго, но Дарен прервал перепалку, видя, что Вик слабеет и на его лбу выступил пот.
— Нам пора, тебе нужно отдохнуть.
— Дар, подожди, — Вик замялся, — Когда меня выпишут?
— Не раньше двух недель. Тебе нужно восстановиться, ничего серьезного не задето, но с ногой могут быть проблемы.
— Ясно, — Вик как-то странно взглянул на Алана и замялся.
— Говори.
— ЭЭЭ, вы не возьмете меня после больницы к себе на несколько дней, пока…
— Да ты совсем обнаглел, наглый Ли… — воскликнул Алан, но увидев, как устало откинулся на подушку Вик, прервался.
— Посмотрим.
— У меня сегодня ночная семена, я к тебе еще зайду.
— Пока, — попрощался Ал.
— Пока, крошка, я буду скучать, принеси мне еще своих русских блинчиков, настоящее объедение.
— Обойдешься! — Ал покраснев выскочил в коридор.
— Что думаешь о его просьбе? — Спросил Дарен, открывая ключами дверь.
— Не знаю… ему действительно нужна помощь?
— Нужна, нога будет еще долго восстанавливаться. Ходить ему будет больно, плечо тоже доставит много неприятностей, особенно при одевании. Ну и со всем остальным. Это не в магазин толком сходить, не одеться, плюс правое плечо, о готовке …
— Я понял…
Комментарий к Друзья, оставляйте комментарии, интересно ваше мнение. Моей спасительницы беты на выходных не будет, так что придётся вам помучаться, читая с ошибками.
====== Часть 10 ======
Дарен никогда не считал себя романтиком, а уж тем более сентиментальным человеком. От этого ему было еще сложнее понять то счастье в своей душе, которое вызывает с каким-то детским восторгом удивительным фанатизмом готовящийся к рождеству Алан.
Со вчерашнего дня, Дарену казалось, что о нем совсем забыли. За последние два дня Алан вспомнил про него во время уборки, во время помывки окон, украшения дома, и когда понадобилось, чтобы тот «по-быстрому сбегал до магазина за корицей» и так далее. С вечера не перестающий удивляться Дарен наблюдал, как его парень что-то месит, кому-то звонит. От запахов у Дара постоянно урчал живот и выделялась слюна. В конце концов, не выдержав игнорирования своей персоны, Дарен уехал в больницу проведать Вика, которого видел вчера на ночной смене.
— Привет, — Вик сидел на кровати, свесив здоровую ногу на пол и листал спортивный журнал.
— Привет, — Дарен зашел с двумя стаканами капучино и, протянув одно Вику, сел на стул напротив.
— Какими судьбами? Ты же дома должен быть?
— Там невозможно находится, он носится по дому как угорелый и вспоминает обо мне, когда об меня спотыкается.
Вик засмеялся, но резко замолчал, скривившись от боли в плече.
— Давай я посмотрю? — Вик кивнул. Дар подошел и начал разматывать бинты на плече.
— Признайся, что ты просто абсолютно бесполезен в быту, даже я это заметил, — Прокомментировал больной, морщась от манипуляций со своим плечом.
— Вот спасибо! — Ничуть не обидевшись, возмутился Дар.
Вик улыбнулся, но улыбка как-то тихо погасла, а точнее сказать из веселой превратилась в грустную. Бывают такие грустные улыбки, когда губы улыбаются, а глаза грустят.
— В чем дело, Вик? — Закончив с плечом, спросил Говард.
— Не хочу проводить тут рождество. Будто в доме престарелых.
— Вот еще! Что за детский сад?! Помнится в том году, ты в стельку пьяный все рождество провалялся на кресле в каком-то баре и тебя это ничуть не расстроило.
— Это другое, — Вик отвел взгляд.
— Вик, ты, блин… Ты хочешь к нам?
Тот промолчал, но и без ответа было все понятно.
— Вик, слушай… — Дар озадачено почесал затылок, и вздохнув взглянул на парня. — Я не понимаю, как ты представляешь наше совместное сосуществование? Я сам не могу понять, почему меня не бесит, так как должно бесить то, что ты вьешься возле парня, на которого я три месяца пускал слюни, пока он лежал как труп в коматозном состоянии, а сейчас я совсем на нем чокнулся, если честно, — Дарен замолчал, поняв, что сболтнул лишнего.