Пошлость между нами (СИ)

— Серёж, всё готово.
— Иду.
Мы устроились на кухне и молча поедали вкуснейшую пиццу с морепродуктами. Парень что-то печатал в телефоне, а я просто смотрела на него. Он казался мне таким понятным, никаких сложностей. Серёжа был очень симпатичный. Девки называли его сладким мальчиком. Шатен с голубыми глазами, точёными скулами и в очках в модной оправе. Хорош, ничего не скажешь. Мы с ним учились в одной школе, он на два года старше. Помню, когда обратил на меня внимание, я была самой счастливой. Мы друг для друга первые и единственные. Многие высмеивают нас за это, говорят, что так не бывает, но мы с каждым годом доказываем, что бывает, ещё как. Конечно, и у нас бывают трудности, но нет ничего такого, с чем бы мы вместе не справились.
Я улыбнулась своим мыслям и откусила ещё кусочек пиццы.
Серёжа всё печатал в телефоне, а затем отложил его и, не поднимая глаз, сказал:
— Нина, нам нужно расстаться.
  
4
 
Глава 4
— В смысле расстаться? Что ты такое говоришь?
Я в шоке смотрю на него. Может, я неправильно расслышала? Всё-таки он ест пиццу и запивает газировкой.
— Детка, ну не начинай. Ты же сама видишь, что между нами давно всё стало пресным, — продолжает с набитым ртом.
А меня словно в солнечное сплетение ударили. Мы с ним со школы вместе, и сейчас он говорит об этом? Это всё похоже на кошмарный сон. Может, опять его шутки тупые?
— Что… Почему?
— Так бывает, Нин. Надоело, понимаешь? Постель, вся эта жизнь… Ты уже давно не интересуешь меня как женщина, мы живём просто как два сожителя. Я хочу другого, — говорит, глядя на пиццу в тарелке.
Такое чувство, что он меня ударил в солнечное сплетение. Дыхание сбилось и стало так больно. Что вообще происходит? Я пыталась поймать его взгляд, но он так и не смотрел на меня.
Между нами воцарилась тишина, нарушаемая лишь его чавканьем. Теперь я в полной мере поняла выражение: жизнь поделилась на до и после. В голове, словно калейдоскопом, пронеслась вся наша совместная жизнь. Ему надоело? Не интересую как женщина?
Обида горькая, едкая разлилась по душе. Я чувствовала, что слёзы подступают к глазам, и всеми силами старалась не сорваться в истерику.
— У тебя кто-то есть? — спрашиваю трясущимся голосом.
— Нина, — морщится он.
— У тебя кто-то есть? — повторяю я.
Не знаю, почему, но я уверена, что всему виной другая женщина. Мне хотелось в это верить… Мне почему-то казалось, что так легче. Не знаю, почему.
Серёжа поднимает глаза от тарелки и смотрит на меня. А я и без слов всё понимаю.
— Есть. И она беременна.
Эти слова придавили неподъёмный грузом. Беременна? У меня на протяжении нашей совместной жизни было несколько задержек, и Серёжа каждый раз с ума сходил, постоянно говорит, что, надеется, я не беременна. Постоянно повторял, что сначала нужно самим встать на ноги, а потом уже думать о детях. Да что говорить, он даже не хотел заводить домашних животных, потому что за ними нужно ухаживать. А теперь с какой-то левой бабой решил завести ребёнка.
— Не смотри на меня так, Нина. Я сам не планировал, просто наваждение какое-то. С ней такая страсть… Я пытался избавиться, но не получилось.
Этот урод ещё пытался оправдаться за то, что не умеет держать член в штанах!
— И вообще ты сама меня к этому подтолкнула! Холодная, как лёд, а я тепла хочу и ласки…
— Замолчи! — закричала я, вскакивая с табуретки. — Не смей меня винить в том, что ты чёртов изменщик! Как ты мог, Серёжа? — я смотрела на него и давилась рыданиями, не сдержалась, и по щекам покатились слёзы.
— Девять лет! Мы были с тобой вместе девять лет, и ты всё променял на какую-то бабу.
— Если бы ты мне давала нормально, то ничего бы этого не произошло, — сказал он так спокойно и вновь откусил пиццу.
А меня словно электричеством шандарахнуло. Отрубило от него в один момент. Вот был у меня любимый парень Сергей и вот его не стало.
Я смотрела на него и не могла понять, что в нём нашла? Он ведь столько лет сидел на моей шее. Сначала он учился, а потом не мог найти работу, а если находил, то увольнялся, всё ему не так. Мерзкий червяк. Когда розовые очки разбились, я теперь понимаю, почему он не нравился моим девкам.
 
— Не смотри на меня так, Нина, кусок в горло не лезет. Всё. Мы расстаемся, я всё решил.
— Я тоже кое-что решила, — слёзы уже высохли.
Я подошла к нему, сжала руку в кулак и ударила по его тупой морде. Мой папа военный и научил меня бить раньше, чем я начала говорить. Я вложила всю свою обиду, злость и ненависть в удар. Послышался хруст костей, не знаю, его или моих. Но его крик приятной музыкой заиграл в моих ушах.
— Больно! Ты сломала мне нос! — верещал придурок.
Он держался за нос, и оттуда капала кровь, но я была на таком взводе, в меня словно вселился Халк. Поэтому я подошла и врезала ему между ног. Сергей повалился на пол и не знал, за что хвататься. Я перешагнула через этот недостойный кусок дерьма и пошла собирать свои вещи.
Я взяла только самое необходимое: документы, наличку, украшения и немного вещей. Даже не знаю, что покидала в пакет, я даже не додумалась взять сумку. Я вышла за дверь и побежала вниз по ступеням. Сердце колотилось в груди так сильно. Когда очутилась на улице, бежала, не разбирая дороги… Словно это могло помочь убежать от реальности.
Спустя какое-то время я стала задыхаться, лёгкие горели огнём, и я привалилась спиной к какому-то магазину, расшугав своим видом местных алкашей.
Итак, что мы имеем?
1. Меня бросил парень
2. Мне негде жить
3. Кажется, я сломала себе руку
И что мне теперь делать? Как жить дальше?
  
5
 
Глава 5
Я бродила по городу несколько часов. Просто без цели. В голове было много мыслей, и ни одну не могла поймать за хвост. Состояние было очень странное, такое чувство, что под водой нахожусь, и все звуки и картинки такие искажённые.
Я не знала, куда мне пойти. Как оказалось, денег я с собой взяла мало, всего рублей триста, карты оставила в квартире, а оплачивать телефоном так и не научилась… Я была такой жалкой. Села на лавочку, и слёзы покатились по щекам. Подругам я не готова ничего объяснять… Да и куда на ночь глядя звонить? Наташа беременна, у Саши ребёнок, а Настя — это Настя. Мне самой сначала нужно осознать всё в полной мере, а потом уже рассказывать. Да и у Юницкой свадьба, не хочу портить такой день… Можно поехать к родителям. Но от одной мысли меня передернуло. Я восемнадцать лет жила под неустанным контролем отца, и добровольно вернуться в его дом? Нет уж, лучше заночую на этой лавочке.
На улице начало холодать, я прижала к груди свой пакет с пожитками и полезла в карман, кисть прострелило болью. Кажется, мне надо в больницу. Но в кармане я нащупала ключи. И меня осенило. У меня же есть ключи от Наташиной квартиры! Я улыбнулась, всё-таки буду спать на кровати.
На последние триста рублей я вызвала такси и доехала до бывшей квартиры подруги. Было уже поздно, и соседи уже спали. Я поднялась на нужный этаж и открыла дверь. В квартире был такой спёртый воздух. Я открыла несколько форточек и огляделась. Всё было по-старому, но со слоем пыли на поверхности. Видимо, Натка сюда вообще не наведывается, мне же лучше.
Усталость накатила с такой силой. Я сняла с дивана плёнку, свернулась калачиком и уснула тревожным сном. Утро наступило… На меня. Я чувствовала себя такой разбитой. Будильник звенел, напоминая, что надо на работу. Кое-как встала и застонала от боли во всём теле. Спать на диване — не лучшая идея. Меня посетила шальная мысль не ходить на работу, но мне нужны деньги.
Я всё же поднялась с дивана и с ужасом обнаружила, что не взяла зубную щётку, пасту и расчёску. Побежала в ванную к подруге, в шкафчиках было пусто.
— Какой кошмар, — простонала я.
Посмотрела на себя в зеркало. М-да. Нечищеные зубы никто и не заметит. У меня такие синяки под глазами, которые можно рассмотреть из космоса. Умылась холодной водой, порывшись в пакете, решила вытереть лицо трусами, они у меня качественные, хлопковые. Хорошо хоть я немного одежды взяла с собой. Я ругала себя на чём свет стоит, почему сумку не взяла? Там была хоть какая-то косметика! А так только людей пугать. Надела на себя джинсы, чёрную блузку, под цвет моего настроения, заправила в джинсы, волосы завязала на макушке и пошла на работу. Пешком.