Пошлость между нами (СИ)

— Прости, кофе нет, будешь чай? Зелёный, — добавила для уточнения.
— Звучит аппетитно, — криво улыбнулся.
Я бросила пакетик в чашку и залила кипятком. Поставила перед Зориным чашку.
— Вот, — сама села напротив.
Мужчина взял чайный пакетик за веревочку и несколько раз покрутил по кругу.
— Спасибо за помощь, Максим, я очень благодарна, правда. И дай мне номер телефона, я пришлю деньги на бензин и верну, что ты дал пацанам.
— Так номер телефона у меня ещё никто не просил, — улыбнулся шире и сделал глоток чая.
Ну, вот, прежний Максим вернулся.
— Ладно, сделаю пожертвование от твоего лица.
— Думаешь, я привык делиться? — пронзил меня таким взглядом, от которого пробрала дрожь.
— Я тебя не знаю, чтобы делать такие выводы.
— Будем знакомиться ближе? — ухмыльнулся.
— Нет, спасибо, — ответила, сморщив нос.
Макс замолчал, допил чай и что-то печатал в телефоне.
— Мне пора ехать, — сказал и поднялся с дивана.
Я тихо выдохнула. Наконец-то, а то я не знала, как от него избавиться.
Мы вышли в коридор, Максим посмотрел на меня.
— Могу заехать через пару часов, помочь разобрать сумки, а за ужином расскажешь, как решилась уйти от своего «парня», — последнее слово он взял в воздушные кавычки.
А у меня в голове что-то щелкнуло. Такая волна неконтролируемой злости прошлась, меня даже трясти начало. Все мужики — козлы!!!
— Рассказать? — тихо спросила. — Нужны подробности?! Ну так слушай! Я была с человеком девять лет, а потом он пришёл и сказал, что я скучное бревно и со мной неинтересно. А вот с его новой бабой интересно! Она горячая и беременная. А я… Ну такое. Стрёмная привычка, от которой нужно избавиться. Я оказалась в одночасье без парня, квартиры и с разрушенными планами на жизнь и, кажется, со сломанной рукой. Конец рассказа. А теперь проваливай! — последние слова я практически кричала.
Грудь тяжело опускалась и вздымалась, словно я пробежала марафон. Я не могла понять выражение лица Зорина, я просто хотела, чтобы он ушёл.
— Я все ска… — начала было я, но договорить мне не дали.
Максим наклонился и заткнул мне рот поцелуем.
  
7
 
Глава 7
Я даже пикнуть не успела, когда Зорин начал целовать меня. В первую секунду хотела возмутиться, но… Не смогла. Я млела от этого поцелуя. Этот мужчина умеет целоваться. Стыдно признать, но я часто думала о том поцелуе в кабинете, но сейчас всё по-другому. Поцелуй более пошлый и грязный. От таких поцелуев можно забеременеть. А стоило мне подумать о других талантах его языка, как внизу живота стало жарко, пришлось сжать ноги вместе. Руки Макса блуждали по моему телу, я и сама трогала его везде, где могла дотянуться, особенно за задницу. Дикость. Настоящая дикость творилась. А потом внезапно всё прекратилось. Я кое-как разлепила веки, пыталась отдышаться. Но стоило увидеть самодовольное лицо юриста, как магия момента испарилась.
— Я зайду вечером, — сказал и вышел из квартиры, даже дверь за собой не закрыл!
Несколько секунд я стояла памятником самой себе, а затем выбежала в коридор, а потом на лестничную площадку.
— Ты придёшь, я не открою, — крикнула в спину мужчине, ответом мне стал бархатистый смех.
— Ужас какой, — я положила руку на колотящееся сердце, пыталась прийти в себя. — Противный Зорин, — пробормотала я, повернулась, чтобы вернуться в квартиру…
И закричала.
Я едва в обморок не упала, так испугалась. Передо мной стояла бабулька-хоббит. Я маленькая, всего сто шестьдесят сантиметров, если до боли в пояснице выпрямлюсь, но она буквально метр сорок, худая и с грудью шестого размера.
— Соседка новая? — подозрительно спросила бабушка.
— Я… Да… Здравствуйте.
— Валентина Ивановна я. А ты, голубушка, покой нам тут не нарушай со своим баженым.
— Он не… — попыталась сказать, но Валентина Ивановна не слушала.
— Во грехе живете? — бабка строго посмотрела на меня.
— Извините, но…
— Я вот со своим Петей прожила сорок девять лет душа в душу, не стало его два года назад, — печально сказала она.
 
— Мне жаль.
— Пошли, покажу альбомы, — приказала тоном, не терпящим возражений.
Я тяжело вздохнула, но деваться было некуда.
— Я только двери закрою.
Валентина Ивановна оказалась довольно забавной старушкой. Она всю жизнь прожила в доме, а когда мужа не стало, дети купили ей квартиру, чтобы она была ближе к ним, а дом продали. Но, судя по мини-теплице на балконе, она скучала о жизни на земле. Бабулька заварила ароматный чай с мелиссой и пододвинула миску с домашними пирожками и булками ко мне. Пока рассказывала о себе и Петре, я стрескала половину еды, аж дышать стало больно. Столько они пережили вместе, дух захватывает.
— И ты будь со своим баженым поласковей, помягче и тогда сможешь веревки вить. Умнее надо быть, голубушка.
Я не стала её исправлять, раз думает, что я с Зориным, то пусть думает.
— Спасибо за чай и угощения, Валентина Ивановна, — поблагодарила, вставая из-за стола и бочком пробираясь к двери. — Мне пора домой, надо чемоданы разобрать и сделать уборку.
— Иди, иди, деточка, но в двадцать один ноль-ноль, чтобы уже не шумела, — строго сказала бабулька.
— Конечно, — улыбнулась ей.
— Приходи через пару дней, помидорчики поспеют, дам тебе. Это не покупная гадость, с ними, знаешь, какой омлет вкусный!
— Обязательно зайду, до свидания.
Я вышла от старушки и зашла в квартиру. Посмотрела на все эти сумки и тяжело вздохнула. С чего начать? Явно не с воспоминания о поцелуе с Зориным. Ничего не было. Точка. А вечером придёт, я и правда не открою!
Потихоньку я начала разгребать завалы. Внутри было чувство дискомфорта, я самозахватила чужую квартиру, но я поговорю с Наткой, она будет не против. Здоровой рукой потащила сумку с продуктами на кухню, надо с ними разобраться, а то ещё испортятся. И вообще проинспектировать, что там Зорин взял. Разобрала сумки и устала ужасно. Но в магазин надо сходить. Поэтому я решила сразу это сделать.
Практически рядом с домом был супер-маркет одной известной марки, я закупилась и вышла на улицу. Забыла о том, что у меня болит рука и взяла пакет с одной руки на другую и тут же взвыла от боли. Продукты рассыпались по асфальту.
— Чёрт возьми, — зашипела я.
Так, мне надо в больницу и срочно. Рука пульсировала и била током. Я кое-как собрала продукты и стала искать ближайшую больницу. И все они оказались далеко, я уже думала вызывать такси, но мой взгляд упал на вывеску ветеринарной клиники. Была не была.
Я зашла внутрь и милая девушка администратор улыбнулась мне.
— Добрый день, рада приветствовать Вас в клинике «Феникс», Вы первый раз у нас?
— Здрасте, — пробормотала я. — Да, первый раз.
— С кем пришли? — всё так же улыбаясь, спросила девушка.
— Одна.
Она так странно посмотрела на меня.
— Я имею в виду животное.
— А… — и тут я зависла, начала смотреть по сторонам и увидела на постере… — с хорьком. Кажется, он сломал руку, то есть лапку.
— Ох, мы ему обязательно поможем! Вот, заполните бумаги, и один из наших врачей вас примет.
Я так и сделала — заполнила бумаги и села ждать. Я уже думала сбежать, когда меня пригласили в кабинет.
— Нина Владимировна, проходите в первую смотровую, Вас примет наш главврач.
Я вместе с пакетом направилась в кабинет. Да так и застыла. Если животных лечат ТАКИЕ врачи, то мне срочно нужно завести пушистика.
— Добрый день, — поздоровался ветеринар, а я просто пялилась на него.
Сто восемьдесят пять сантиметров роста, широкие плечи, узкая талия, а лицо… Просто киноактёра. Молодой брюнет с точеными скулами и яркими зелёными глазами. Я обычно не залипаю на красавчиков, но этот доктор… Ох.
— У вас перелом? Давайте осмотрим Вашего любимца, — он улыбнулся, и я едва не застонала в голос.
Я уже думала, что он не может быть ещё идеальней и тут, бац, и ямочки на щеках.