Меня убьет Рубиновый Дракон (СИ)

Он боится. Не Регетор. Не Энларден. Не кто-то другой из двадцати четырех старейшин. Он. Почему? Что он знает обо мне, чего не знают они? Или что-то во мне, некое неведомое свойство, делает меня опасной именно для него?
Наконец он заговорил:
- Я услышал твою позицию, Регетор. Приглашаю старейшин высказаться.
- Мы не можем проигнорировать это совпадение, вождь Эредин, - тут же подхватил Энларден. – Огненная Мать любит играть со смертными. Интриги и загадки – ее любимое занятие. Она испытывает и провоцирует нас. Никогда не требует прямо. Никогда не советует прямо. Ее послания – ребусы, которые ее дети должны разгадывать, услаждая ее непостижимый разум. Она молвила тебе пророчество… На первый взгляд, внятное и однозначное. Но пришелица носит ее имя. Потому я и настаиваю сначала разобраться.
- Что тут разбираться?! – фыркнул Регетор. – Огненная Мать хочет воссоединиться со своей частью, как-то попавшей в иной мир. К чему болтать о ее загадках? Ее пожелание ясно, прямо и логично.
Вождь вновь поднял руку, останавливая спор.
- Я услышал и твою позицию, Гедерон. Тебя же, Регетор, прошу далее не вмешиваться в речи старейшин. Кто выскажется следующим?
- Поддерживаю Энлардена! – воскликнул кто-то. – Никогда Гайдана не давала прямых ответов и советов. Вряд ли нынче она сделала исключение. Надо разобраться. Поговорить с родителями иномирянки, раз они живы. А еще кроме Огненной Матери у нас есть Воздушный Отец. Мы всегда можем обратиться и к нему.
Вождь кивнул и поблагодарил за мнение, назвав говорившего очередным непроизносимым именем. Следом выступил тот, кто обвинял меня в набивании цены – кажется, его звали Келимар.
- А я считаю, что прав Регетор! Цена промедления слишком высока. Из нашего мира уже сгинули сильфы и фениксы. А теперь повреждено Яйцо и драконицы не могут зачать. Может, мы следующие на очереди? Потому Огненная Мать и дала прямое пророчество.
На этих словах вновь настало мрачное молчание. А я слушала во все уши, стараясь не упустить ни одной детали. Яйцо, сильфы, фениксы, Воздушный Отец… и бесплодные драконицы. Похоже, из-за этих последних я и очутилась в Эйросе. Беда, которую драконы хотят решить за мой счет.
Но как именно?! Воссоединиться с Огненной Матерью? Как?! Я боялась дать волю своему воображению…
Один за другим старейшины высказались. И я радовалась, что не стала оттягивать эту встречу. Речи старейшин заменили целую историко-политическую лекцию о ситуации в Эйросе. Голова пухла от обилия новой информации, но теперь я имела куда лучшее понимание этого мира.
Позиции старейшин разделились. Кто-то вслед за Регетором требовал немедленно исполнить «пророчество Гайданы», не то наступит полный армагеддец. Жаль, ни один не проговорил прямо, что же за пророчество такое. Как сговорились.
Но кто-то требовал разобраться, почему меня зовут так же, как Огненную Мать. Господин Энларден тот еще жук. Старательно убеждал меня, что он один против всех. А тут как минимум треть совета, если не больше, высказались заодно с ним. Так и думала, что он пудрит мне мозги.
И ни слова не сказал заранее о совпадении моей фамилии с именем этой Огненной Матери. И о своей любви к человеческим наложницам.
Старейшины говорили, я впитывала подробности и усиленно шевелила извилинами… Слушал и вождь. Молчаливый, внешне невозмутимый и незыблемый, как скала. Тщательно избегавший встретиться со мной взглядом.
Когда все двадцать четыре наконец выговорились, он вновь взял долгую паузу. И изрек:
- Благодарю старейшин за высказанные позиции. Мое решение таково…
 Глава 11 
Когда вождь договорил, я слышала только оглушительный стук собственного сердца. Даже не обратила внимания, как он покинул Арену – все так же аккуратно обходя меня по дуге, словно заразную. И как один за другим мужчины начали превращаться в драконов, отливающих кровавым рубиновым блеском, и взмывать в небо.
Стояла и боялась поверить ушам. Я отправляюсь домой! Пусть ненадолго. Но родители хотя бы увидят меня, узнают, что со мной все в порядке, я не пропала без вести.
 
Краем глаза я увидела, как Регетор с неприязнью покосился на Энлардена и фыркнул пренебрежительно.
- Пусть твой щенок следит за ней в оба. Если она сбежит, как вы потом отыщете ее в мире без магии? В ее родном мире, где она знает все хитрости и лазейки, а твой внук безоружен.
- Следи в оба за собой и своим кланом, - парировал Энларден.
Превратился в дракона и улетел, не обменявшись со мной ни словом, ни взглядом. А вот Регетор пристально смерил меня с головы до ног. И лишь после бесцеремонного осмотра обернулся и улетел вслед за остальными.
Зрелище мужчин, превращающихся в крылатых ящеров, окончательно добило меня, вдобавок ко всем потрясениям этого дня. Но я не успела подивиться ему. Ноги вдруг оторвались от пола, и я стала подниматься в воздух. Невидимая платформа активизировалась подо мной так же внезапно, как после толчка Алиды. Ну хотя бы за белье можно не беспокоиться – арена опустела, никто его не подглядит, если вдруг кому было интересно!
Надо сказать, вверх подниматься оказалось не так жутко, как планировать вниз, да еще после ласкового пенделя служанки. Я даже испытала легкое подобие эйфории – вот так стоишь прямо на воздухе и взмываешь вверх! Прямо Вознесение Иисуса!
Меня занесло в открытое окно гостиной. Навстречу выбежала Алида, в руках – поднос с высоким бокалом. В нем искрилась нежно-розовая жидкость.
- Я принесла настой, госпожа! Возвращает спокойствие и восстанавливает силы.
Я недобро покосилась и на служанку, и на розовую газировку. Она серьезно полагает, что я по доброй воле выпью что-то из ее рук? С этой шутницы станет подлить мне местный аналог пургена, до уборной не добежишь!
- Почему ты столкнула меня, вместо того чтобы предупредить, что я смогу спуститься прямо из окна?
- Господин Гедерон предупредил, что вы будете волноваться перед Советом… Что вас не нужно отвлекать объяснениями, как здесь все устроено. А мне пришлось бы объяснить, как устроена Длань…
- Длань?!
- Воздушная Длань Отца Бегуаля, - пояснила Алида.
Это имя я слышала в спорах драконов. Бегуаль – он же Небесный, или Воздушный Отец. Кажется, в Эйросе он занимал такое же место, как Огненная Мать. Божественное.
- Небесный Отец даровал драконам несколько Дланей, - рассказывала Алида. – Чтобы они могли перемещаться по воздуху в человеческом обличье, когда не имеют возможности обратиться. И слуги, не имеющие драконьего обличья.
- А кто же тогда слуги? Я думала, ты тоже дракон… то есть, драконица.
- Я полукровка, госпожа.
Полукровка?! Так вот куда старейшина пристраивает плоды своей слабости к человечкам?! Переспросила, чтобы подтвердить свою догадку:
- Господин Гедерон Энларден – твой отец? Или… дед?!
- Пра-прадед, госпожа.
Я шумно выдохнула воздух. У меня просто не осталось сил отреагировать еще и на это потрясение.
- Что, все слуги – полукровки и потомки кого-то из драконов?
- В клане Энларден – почти все, госпожа. В тех кланах, где не приветствуются связи с человеческими женщинами, нанимают слуг со стороны. Но таких кланов совсем мало – своя кровь надежнее.
- И дешевле, - фыркнула я. – Своей крови можно не платить, за харчи будет работать. Кстати, почему только связи с женщинами? Разве драконица не может иметь связь с человеческим мужчиной?
- Может, госпожа, но… - Алида потупилась и неловко хихикнула. – Мало кому из человеческих мужчин хватит выносливости, чтобы… вступить в связь с драконицей.
Ах вот значит как… Интересно, хватает ли выносливости человеческим женщинам. Или драконы их за…любливают до смерти. Интересно, пра-прабабушка Алиды умерла своей смертью или любезный интриган Гедерон как раз ее «залюбил»?.. Какая участь выпадает его человеческим наложницам?
- А почему мне выделили служанку из клана Энларден? Ведь вождь из другого клана.
- Он поручил заботу о вас своей правой руке – господину Седорею. А тот счел, что я смогу услужить вам наилучшим образом.