Так не бывает. Шепот противоречий (СИ)

«Нужно бежать!» — первая мысль, что проскальзывает в мозгу, но я не двигаюсь. Так и стою у входа в его кабинет. В ушах словно набатом раздаётся эхо ужаса. Он сковывает покруче металлических цепей по рукам и ногам, впитывается в плоть, в вены, придавая им вес двухсоттонного боинга. Не двигаюсь, даже когда понимаю, что парень идёт к двери. Она распахивается, и Ян замирает на месте. Не поднимаю глаз, смотрю куда-то в область его груди. Сердце с болью колотится о грудную клетку. Оно хочет разорваться на части, издохнуть уже, наконец, и больше никогда… НИКОГДА не возвращаться к жизни.
Делаю небольшой шаг назад и упираюсь в стену. Молчание, а затем:
— Блядь… — Ян убирает одну руку в карман домашних спортивных штанов, второй нервно проводит по волосам, сгребая их назад, отворачивает лицо в сторону. — И как много ты слышала?
— Достаточно… — роняю тихо, словно не своим голосом. Единственная мысль, что колотится в голове:
«Что с Сашкой? Что он с ним сделал?!»
Но не могу выдавить из себя ни звука.
Ян переступает порог, и тут внутри меня активизируются дополнительные источники энергии. Снова обретаю возможность двигаться, отшатываюсь в сторону, поднимаю на него испуганный взгляд.
— Не подходи, — почти шёпот.
Парень почему-то замирает, на мгновение становится странным, растерянным, но быстро исправляет это. Убирает и второю руку в карман штанов. Опускает подбородок, хмурится, снова глядя на меня этим сканирующим недовольным взглядом из-подо лба, сжимает челюсти, словно пытается справиться с самим собой.
На что он способен сейчас?
Да на всё что угодно!
— Что ты с ним сделал? — мне удаётся-таки озвучить один из тысячи вопросов, что взрывают мозг, давят подобно гигантскому прессу не черепную коробку. В ушах откуда-то берётся непонятный шум. — Что на этот раз ты сделал, чтобы получить то, чего хочешь? Чтобы доказать… — с губ срывается нервный полусмешок, полувыдох. — Что ты всё время и кому доказываешь?
Мои вопросы, по обыкновению, остаются проигнорированными.
— Сюда иди, — Ян возвращается в кабинет.
Не двигаюсь. Я боюсь его. Боюсь двинуться с места… и бежать от него боюсь. Это бессмысленно. Он всё равно догонит. Всё равно поймает…
— Зачем?
— Алёна… — повторяет строго. — Подойди ко мне.
Мне некуда бежать. Входную дверь Ян закрыл, как и тогда. Не подойду я, он сделает это сам… и тогда будет только хуже.
Решаюсь и переступаю черту опасной территории. Хотя нет. Я переступила её ещё в тот момент, когда села к нему в машину. В тот момент, когда ввязалась во всё это дерьмо. Ещё тогда… в далёком ноябре.
Секунду подумав, Ян садится в одно из больших кресел в углу плотно заставленного мебелью кабинета.
— Сядь, — указывает подбородком на свои колени.
Он издевается?!
Не двигаюсь.
— Садись, — быстрый рывок, меня больно хватают за запястье, усаживают к себе на колени. Боком. Пульс зашкаливает, в лицо ударяет жар. Руки парня подобно ловким паучьим лапам обвивают талию, горячая ладонь прижимается к внешней стороне бедра. Меня окутывает знакомая палитра запахов. Его лицо вдруг слишком близко. Опасно близко. Почему-то чувствую дрожь во всём теле. Мышцы сводит каким-то жутким спазмом от напряжения и страха.
Да что со мной?!
Не смотрю на Яна. Боюсь разглядеть в его глазах что-то, что может мне не понравиться. Я уверена, что увижу в них то, что мне не понравится. Пустым, абсолютно пустым и отрешённым взглядом пялюсь куда-то в сторону… и жду.
Некоторое время ничего не происходит. Мы просто сидим. Ян не разжимает рук, точно знаю, что смотрит мне в лицо. Он злится? Думаю, да. Жалеет, что притащил меня к себе? Совершенно точно…
— Ты меня боишься? — его голос вдруг очень тихий. С какими-то странными нотками… опасения?
Не отвечаю. Вздрагиваю, когда пальцы касаются моей щеки.
— Ты настолько меня боишься?
К горлу подкатывает ком.
Это безумие какое-то! Что я творю?! Что со мной происходит?! Мне нужно бежать от него! Как можно дальше и как можно быстрее!
 
На глазах появляются предательские слёзы, но я всё равно не двигаюсь, словно не чувствую их. Не понимаю, что он сейчас всё видит.
— Блядь… — как и ожидалось Ян моментально выходит из себя, злится ещё сильнее. — А это что?
Пытаюсь отвернуться, встать. Парень не даёт.
— Мне лучше уйти…
— Сиди на месте! — крепкие руки сильнее прижимают меня к его телу. — Я тебя не отпускал.
Нервным жестом Ян выдёргивает салфетку из стоящей на небольшом кофейном столике салфетницы, двумя пальцами поддевает мой подбородок, поворачивает к себе и вытирает слезу, что всё-таки сорвалась с ресниц. Перехватываю его кисть, забираю салфетку и начинаю активно вытирать глаза. Лишь бы он не видел…
Глупо.
Потому что он уже всё видел, и я чувствую, как из демона сочится злость. Как его тёмная аура поглощает меня и всё пространство кабинета, предвещая приход самого ада на эту землю. Его откровенно бесит всё происходящее. Так почему тогда?!
Боже… Почему мне так стыдно перед ним?
Снова прокатывается волна дрожи и мурашек.
— Прекрати, Алён, — раздраженное. Ян шумно выдыхает, обдавая жаром моё лицо. — Я ни хрена плохого тебе не сделал. По крайней мере, не сейчас. Какого чёрта ты трясёшься? Да ещё и ревёшь вдобавок…
— Я… Мне… — не могу связать и пары слов. Проглатываю ком. Хочется убежать, забиться в какой-нибудь самый тёмный и неприметный угол, чтобы никто не смог меня отыскать. — Прости… Я пойду…
— Никуда ты не пойдёшь! Что за херня? Что с тобой постоянно происходит?
Опускаю голову, лишь бы в глаза ему не смотреть.
Он слишком близко. Происходящее сейчас слишком странно. Я не понимаю, что со мной? И не понимаю, что с ним? Когда я успела стать такой размазнёй?! Чёрт… Это бесит. Злит сильнее, чем всё то говно, что Ян успел мне сделать за прошедшие месяцы. Хочется орать и бить саму себя кулаками до крови. Но он… Он — это ещё хуже. С каких пор он стал таким участливым по отношению ко мне? С каких пор ему не насрать? Почему терпит всё это? Почему копается в причинах, словно пытаясь меня понять? Это бред…
Ян снова поддевает мой подбородок и снова видит влагу в глазах. Стискивает зубы, но следующие его слова звучат очень ровно и спокойно:
— Я и пальцем не тронул твоего музыканта. Слышишь?
Наконец находятся силы посмотреть в его светлые глаза, и теперь уже не могу оторваться. Так всегда. Стоит Яну только поймать меня в этот гипнотический плен. Стоит лишь обратиться из демона в того, второго — брата-близнеца.
— Я ничего не сделал этому Сашке. И не собираюсь…
Просто киваю. Даже сама не понимаю, чему именно.
— Ты из-за этого расплакалась?
Не отвечаю. Потому что не знаю ответа.
— Скажи мне…
Опускаю глаза, пытаясь избавиться от наваждения. От его бешеного влияния, но больше не двигаюсь. Не предпринимаю попыток встать. Демон успокоился. Я чувствую это. А ещё я чувствую, что мне вдруг очень хорошо и уютно в его руках, в его объятиях. Так уже было. Когда мы занимались сексом. Вчера. Что-то внутри очень сильно хочет в них остаться. Хочет стать слабой, беззащитной. Отдаться полностью его воле… и будь что будет.
— Он… так сильно тебе нравится? — с запинкой спрашивает Ян спустя какое-то время. Что-то едва уловимо меняется в голосе парня. Вижу, как темнеют его глаза.
Бросаю несколько коротких взглядов и тихо отвечаю:
— Да… Он… Он хороший.
— Хороший, — эхом почти без эмоций отзывается Ян, коротко кивает. — А я?
Поднимаю глаза.
— Я плохой?
Первые несколько секунд не совсем понимаю, о чём говорит. Кажется, словно моё откровение ранило его сильнее, чем могло бы. Это простое: «хороший… он хороший… а ты…» Нет? Какой ты? Я не знаю. На самом деле, если задуматься, я ни фига о тебе не знаю. Но очень хочу. Я уже чертовски давно и очень сильно хочу узнать, какой ты на самом деле? Что скрывается под этой маской вечного и неисправимого подонка? Или на самом деле это не маска, и ты такой и есть? А я вечно пытаюсь что-то выдумать, сделать тебя в своей голове тем, кем ты никогда не являлся. Может быть, первое впечатление и было истинно верным? Но тогда…