Так не бывает. Шепот противоречий (СИ)
Ян резко меняется в лице, отпускает мои руки и резко поворачивается к лобовому стеклу. Кладёт ладони на руль.
Что? Почему?
— Домой? — зачем-то спрашивает он.
Прихожу в себя.
— Ну… угу, — наконец, обретаю дар речи, убираю руки в карманы куртки. Спешно отворачиваюсь к боковому окну.
Парень переключает передачу, трогается. Спустя пару секунд, словно вспомнив о существовании «печки» в машине, включает её. Но это ни к чему. Уже не нужно. Моё тело горит огнём, внизу живота всё скрутилось в тугой узел и никак не хочет разматываться, а в ушах не переставая колотят оглушительные барабаны.
5 марта
* * * *
Всё утро стараюсь не попадаться Яну на глаза, а даже если попадаюсь, то в считанные секунды ретируюсь куда-нибудь. Молчу, глаз не поднимаю, хожу с видом абсолютной покорности. Точно раб какой-то. Хотя если задуматься, он ко мне, скорее всего, именно так и относится. Как к рабу.
Неловко. Ну, по крайней мере, мне. По лицу и поведению Яна, как всегда, ничего не разобрать. Думаю, о вчерашнем и говорить не стоит. Мне кажется, я снова начинаю его бояться. Хотя этот страх сильно отличается от того, что я испытывала к парню пару месяцев назад. Я боюсь вновь остаться с ним наедине.
После обеда Полина просит меня помочь ей прибраться в холле. Соглашаюсь. Тратим больше часа на то, чтобы роскошный зал в винтажном стиле превратился в стерильно чистый. Намываем пол, протираем все вертикальные поверхности, пылесосим огромную ковровую дорожку от центрального входа до лестницы, а затем и на ней до второго этажа. Ближе к окончанию процесса Полина сообщает, что нужно ещё сменить цветы в вазах, и уходит за свежими. Да. В этом доме даже цветы в вазах чуть ли не каждый день новые. За особняком расположен небольшой садик, хотя и без садовника. Насколько мне известно, цветами занимается Мария Сергеевна. Эта женщина просто какой-то универсальный солдат, ей-богу. Не перестаю удивляться всё пополняющемуся списку того, что она умеет.
Я как раз заканчивала с громоздкой тумбой у входа в гостевую комнату, как вдруг центральные двери с грохотом распахнулись. Вздрагиваю и резко оборачиваюсь, прижав руку тыльной стороной к груди и словно щитом закрывшись находящейся в ней тряпкой. Оксана хмуро окидывает меня взглядом:
— Где он?
— У себя в кабинете… наверно.
Девушка быстро несётся вверх по лестнице. Облегчённо выдыхаю, возвращаюсь к своему занятию. Несколько минут ничего не происходит. Тишь да гладь, а затем… Оксана кричит так, что её даже на первом этаже слышно. И судя по воплям, девушка возвращается по коридору обратно. Невольно прислушиваюсь.
— Какого чёрта ты не берёшь трубку?
Ответа я не слышу.
— Это не оправдание! — взрывается она. — А вчера? Хочешь сказать, что тоже был занят?
Снова тишина.
— Я звонила Михаилу, он сказал, что ещё в семь часов вечера забрал тебя из офиса.
Наконец, Ян и Оксана появляются на лестнице холла. Я спешно отворачиваюсь, продолжаю флегматично натирать столешницу тумбы.
— И с каких это пор мой водитель стал твоим личным секретарём? — а, ну теперь понятно, почему я не слушала ответов. По сравнению с Оксаной, в голосе Яна, как всегда, ни черта не различить. Ну, кроме привычного холода.
— Я ждала тебя вчера вообще-то. Мы же договорились сходить в…
— Я работал, — парень не даёт ей закончить. Интонация меняется на резкую и порывистую. — Или ты предлагаешь бросать все свои дела и прилетать к тебе по первому звонку?
Ай-яй-яй… Как не хорошо врать.
— Ян… — Оксана осекается, делает виноватое лицо (ну, как мне кажется, судя по тону её голоса). — Прости. Я не хотела на тебя кричать, просто… Я волновалась, — быстро же она сменила гнев на милость. Прямо актриса. На «Оскар», видать, идёт.
Они останавливаются посреди холла. Бросаю короткий незаметный взгляд. Ян в верхней одежде, как всегда элегантен и чертовски красив.
— Ну не злись на меня, — девушка откровенно вешается ему на шею, целует в губы. Однако юноша держится по-прежнему холодно и отстранённо. Через мгновение он берёт её за запястья, убирает со своих плеч, слегка отталкивает Оксану назад.
— Тысячу раз говорил тебе, что ненавижу истерики.
— Я помню, — даже несмотря на его действия, она всё ещё улыбается, заигрывает. — Но ты тоже меня пойми. Сперва ты звонишь мне и говоришь, чтобы я приехала. При этом я почему-то бросаю все свои дела и делаю так, как ты хочешь. Потом мы трахаемся почти пять дней подряд как ненормальные.
Моя рука с тряпкой замирает. Всё тело напрягается.
— А затем ты снова пропадаешь на своей работе. Я соскучилась, — она снова совершает попытку обнять и поцеловать парня. На этот раз он не сопротивляется. Просто стоит. А я смотрю невидящим взглядом в одну точку. Значит… всё-таки не врал. Сказал правду.
— Поезжай домой, — спустя короткую паузу тихо произносит Ян. — Или по своим делам.
Кажется, Оксана замирает. Слышу, как приглушённо цокает каблук её туфель. Ковровое покрытие почти полностью скрывает этот звук, но я всё равно слышу его. Теперь девушка сама отстранилась от него.
— Что происходит?
— Ничего, — всё так же тихо отвечает парень, но теперь в его голосе вновь ощущаются чёткие нотки недавнего холода. — У меня сейчас важная встреча. Вечером я тебя наберу.
Такой тон явно не устраивает его невесту. Оксана резко разворачивается и несётся как угорелая к выходу. Дверь холла распахивается, с грохотом бьёт о стену. Доносится чёткий, удаляющийся звук цокающих каблуков.
Прихожу в себя от голоса так кстати вернувшейся Полины:
— Алён! Жерар попросил тебя сходить в… магазин, — она замирает с букетом свежесрезанных цветов в руках. — Уже уходите, Ян Валерьевич?
— Да, — отвечает ей тот. — Передай Жерару, что сегодня вечером я поужинаю вне дома.
— Хорошо.
Оставляю тряпку на тумбе, быстрым шагом иду в сторону кухни. Ничего не отвечаю девушке. Не поднимаю глаз, когда прохожу мимо Яна и Полины.
* * * *
Вечером получаю смс от Сашки:
«Привет. Давай встретимся сегодня. Если, конечно, ты не занята».
Не раздумывая пишу ответ:
«Давай. Можешь встретить меня с работы. Если, конечно, есть желание».
Хватит уже избегать его. Да и вообще всех. Нужно извиниться перед Лёнькой и Ритой за своё поведение. Выбраться куда-нибудь. Хочу погулять.
«Без проблем.) Пиши адрес и во сколько. Я приеду за тобой на такси».
Скобочка. Это хороший признак. Не могу сдержать улыбку, когда уточняю у Жерара точный адрес особняка. Пишу его под диктовку в ответной смске. Отправляю. Тут же соображаю: блин, а такси сюда недёшево обойдётся. Это нормально вообще?
«Тогда до скорого?)» — приходит ответ на мой вопрос. Видать, нормально.
«Да. До скорого.)»
Убираю сотовый в карман униформы, с довольным видом присасываюсь к чашке с чаем. Он заберёт меня на такси. Нужно будет сказать Михаилу, чтобы не ждал меня сегодня.
— Парень, что ли? — интересуется Жерар. На лице лукавая улыбка.
— Где? — не поняла я.
— В телефоне, — с коротким хохотком уточняет он. — С парнем своим переписываешься?
— С чего ты решил?
— А с того, что мордочка у тебя очень довольная и радостная. До этого ходила совсем в себе где-то. Грустная.
Мордочка? Зачем он так сказал? Хотя Жерар прав. Морда лица у меня действительно сейчас именно такая.
— Нет, — делаю ещё глоток, пожимаю плечами. — Просто друг.
— Ну-ну, — с таинственной усмешкой кивает повар, а затем возвращается к работе.
Блин, ну он реально мне просто друг! Что уж теперь и поулыбаться нельзя. Ай, да ну его. Этого лжефранцуза Олега.
* * * *
Вот это и называется пунктуальностью. Электронные часы моего сотового едва успели показать 20:00, как тут же позвонил Сашка. Сказал, что на месте, ждёт меня. Прощаюсь с Жераром, Полиной и Михаилом и почти вприпрыжку выбегаю из особняка. Уже у самых ворот замечаю Сашку, он стоит возле машины с подсвеченными жёлтым шашечками. Чувство нескрываемой радости озаряет его лицо тёплой улыбкой.