Я выбираю Элис

21 июля 
Вчера вечером мы с папой и Макгрегором ходили в кино. Это было по-настоящему круто. Фильм оказался и довольно серьезным, и смешным, да еще и низкобюджетным. Просто отличный фильм, в нем играли музыканты, он завоевал несколько европейских наград и так далее. Я подумываю написать глубокую критико-культурологическую статью про этот фильм. Мне кажется, я могла бы поговорить о его значении для нашей культуры или о чем-то подобном. Причем моя критика не была бы особо острой или разгромной, потому что картина действительно классная.
Мы пошли в кино из-за того, что папе хотелось хоть немного избежать визита Джеральдин. Как обычно, она приняла приглашение остаться на ужин, хотя Джейн ждала ее в машине уже более часа. Папа не в восторге от Джеральдин. Он не очень увлечен тем, что сам называет ничегонеделаньем под видом контркультуры. Правда, папа вообще мало чем увлечен, однако вечно этим очень занят. Он сетует, что от Джеральдин постоянно несет наркотой. Мама отвечает, что это всего лишь парфюм. Я лично думаю, что дело тут, возможно, в курении. Иногда Джейн почти не видно в автомобиле из-за густого облака дыма. Кто знает, что она там курит? Учитывая ее наследственность, исключать ничего нельзя.
Что касается саморазвития, то я начала читать «Братство кольца», первую книгу из трилогии «Властелин колец». Эта книга из тех, что обязан прочитать каждый критик-культуролог. Нередко научная фантастика и фэнтези интересуют нас больше, чем обычные люди. Я сейчас на второй странице и в полном восторге от нее. Пока что мне эта книга нравится не меньше, чем «Хоббит», а это кое-что обо мне говорит.
  
УЧЕНИКИ-НАДОМНИКИ: ПОЛНЫЙ ОТСТОЙ!
 
25 июля 
Сегодня Властелин смерти Боб захотел узнать побольше о моих жизненных целях. Что-то заставило меня ему соврать. Я заявила, что цель моей жизни — вернуться в обычную школу! Понятия не имею, зачем я ему это сказала. Возможно, просто почувствовала, что у Боба есть потребность услышать от меня не только то, что я прочитала несколько книжек. К сожалению, он воспринял это довольно серьезно. Боб весь воодушевился и сказал, какая это для него честь — послужить настоящим катализатором перемены в моей жизни, и что он так рад, что выбрал профессию консультанта-психолога, и что ради таких дней, как этот, и стоит жить. Чуть не прыгал от радости. Пообещал, что сделает все, что в его силах, для того, чтобы переход был плавным, и заверил меня, что этот путь мы пройдем вместе.
Что я наделала? Как я скажу об этом родителям?
Позже 
Мне не пришлось говорить об этом родителям. Боб им сказал. И вот что самое невероятное: они считают это отличной идеей. Можно даже подумать, что они больше не хотят заниматься моим домашним обучением.
Мама заявила, что для меня будет вполне естественным вернуться, так сказать, в мир. Папа заявил, что окончание средней школы с приличным аттестатом откроет мне множество дверей.
Не думаю, что я готова к школе. Единственный, кто внушает мне уверенность в себе, — Макгрегор. Он сказал, что знает, что я справлюсь. Надеюсь, мой брат прав.
28 июля 
Боб зря времени не теряет. Он уже договорился о моем зачислении! Вернее, почти договорился. Он побеседовал со школьным психологом, и они решили, что, с учетом моих необычных обстоятельств и специфического опыта, мне надо идти не в обычную среднюю школу, а в Школу альтернативных решений. Согласно брошюре, которую вручил мне Боб, у нее налажены партнерские отношения с «Клубом для подростков». У двух «специализирующихся на выработке решений» учреждений «имеется отлаженная сетевая структура поддержки молодых людей в период взросления». Когда я показала брошюру папе, он заметил, что чего у них не отнять, так это особого таланта к сокращениям [13]; не знаю, что именно он имел в виду. Боб договорился, чтобы уроки английского у меня проходили в обычной школе, так как я якобы сильна в этом предмете, однако такие важные для меня дисциплины, как «Жизненные навыки» и «Семьеведение», будут в альтернативной. Он сказал, что остальные учащиеся альтернативной представляют собой эклектичную смесь. Я спросила, что это значит, на что Боб промямлил, что все учащиеся этой школы по-своему уникальны. Одни — спортсмены высочайшего уровня, им приходится много ездить и потому необходим гибкий график занятий. Другие обладают дарованиями, нуждающимися в особо бережном обращении. Возможно, мой обширный словарный запас станет моим особым дарованием. Я пока не понимаю своих чувств по отношению к этой школе: воодушевление или разочарование. Хотя, наверное, любопытно познакомиться со всеми этими спортсменами. Может, меня это вдохновит на занятие каким-нибудь иным видом спорта, нежели чтение и критика.
   
ГОЛОВА — СТРОИТЕЛЬНАЯ КАСКА
 
2 августа 
Совместный поход матери и дочери за покупками не должен приводить к посттравматическому стрессовому расстройству, не так ли? Однако в моей семье любая вылазка — причина для опасений.
Сегодня мы с матерью ездили за покупками, а еще мне сделали прическу. Мама высадила меня у секонд-хенда «Все как новое», чтобы я подыскала себе какие-нибудь классные шмотки в духе Фрэнк, а сама отправилась в магазин здорового питания. Меня поразило, сколько в этом секонд-хенде всяких изделий, выполненных в технике макраме. У мамы есть пара плетеных подвесных кашпо, которым лет больше, чем мне. Они, наверное, неубиваемые. Я могла бы купить там себе целый гардероб макраме — жилетку, брюки клеш, шляпу, кошелек и обложку для Библии, но решила этого не делать. Подумала, что вряд ли мое настроение хоть немного улучшится, если я наряжусь во что-то похожее на сено.
В магазине «Все как новое» туговато с тем, что в «Исчерпывающем руководстве по экономии» именуется «зачетным». Вещи там дешевые, но особо классными их не назовешь. На брюках в обтяжку все еще висят ярлыки «Зеллерс» и «Филдс» [14]. Я обнаружила пару красно-синих клетчатых штанов в обтяжку без стрелок, а также оранжевый топик в корзине с детской одеждой. В магазине почти не было жилетов-пуховиков, но я в конце концов выискала один, который, видимо, раньше принадлежал какому-то лесорубу-недомерку. Он немного напоминал спасательный жилет, но это лучшее, что я смогла там найти. Кроме того, я купила тапки, предназначенные для медработников. Там совсем не было тех классных, с полосками, кроссовок из семидесятых, но я прикинула, что дома сама так же разрисую эти медицинские тапки.
После того как с покупками во «Всем как новом» было покончено, мы с мамой перебрались в парикмахерский салон Ирмы подстричь мне волосы, чтобы они лучше смотрелись с заколками. Стрижка, которую мне делают, называется «Особая». Ирма стрижет меня так, и только так, с тех пор, как мама перестала стричь меня под «горшок». Ирма освоила только одну прическу и потому делает ее всем своим клиентам. Однако в этот раз я сказала ей, что мне хотелось бы чего-то немного другого: чтобы мои волосы выглядели старомодно, с большим зачесом назад, и были по-настоящему короткими, как у Фрэнк. Ирма действовала так, будто точно знает, чего я хочу, будто постоянно делает альтернативные стрижки. Поначалу они с мамой были так заняты разговором, что казалось, что Ирма вовсе не следит за своими действиями. Затем мама отправилась в супермаркет, чтобы еще что-то докупить, и в течение примерно пяти минут Ирма всем своим видом демонстрировала, насколько погружена в работу над моими волосами. Если бы нахмуренные брови и выражение предельной сосредоточенности гарантировали хорошую стрижку, у меня была бы лучшая стрижка в городе. Ирма вставала то с одной, то с другой стороны, отхватывала мне волосы тут и там, поджимая при этом губы. Меня уже начинало подташнивать от всех этих ныряний и кружений возле моей головы. Ирма явно слишком стара для таких быстрых перемещений, и я испытала почти благодарность, когда вошел новый клиент и парикмахерша опять принялась болтать, едва глядя на то, что вытворяет с моей головой.