Возвращение домой (ЛП)

Бесконечно долгое вращение остановилось, и по инерции движения  задыхающаяся Лиана оказалась на холодном металле дока. Ее руки и ноги были странно скручены, и что-то влажное и липкое капало на ее глаза. Пятно света струилось сквозь темное небо, дорожная система как грузовых, так и пассажирских самолетов задрожала на его краю, перед тем как исчезнуть, поскольку что-то склонилось над ней. Левая рука повисла плетью, правая все еще работала, пальцы прижимались к кожаной рукояти, и меч восстал, когда каждый мускул в теле Лианы закричал. Это была дуга серебра, твердого начищенного металла, и она вонзилась сбоку в тонкую шейку малышки-нихтврена с таким звуком, с каким топор вонзается в твердую древесину.
 «Исида, защити меня, в какой-то момент это будет больно». 
Боль стала невозможной и обернулась вокруг нее, когда невероятно красная кровь брызнула волной смерти, воняющей медью.
А маленькая нихтврен что-то кричала – наверняка какие-нибудь ругательства – на детских тонких пальчиках выросли когти, половина платья пропиталась яркой кровью, стекающей с ее быстро восстанавливающегося черепа. К ее визгу примешивался еще какой-то шум – поток рева и криков, звук автоматной очереди, стоны боли и, наконец, один закручивающийся в спираль крик смерти.
Потом это случилось, как и всегда.
Время замерло.
Окровавленная рука Лианы блестела, гладкая и влажная, сияние кольца терялось под жидкостью. Тонкий лучик зеленого света в глубине драгоценного камня открылся, как люк самолета, испустил единственную искру, ставшую черной, когда он взорвался. Изумрудный свет прополз сквозь расширенное отверстие, послал похожий на вены узор через слой крови, и сияние покрыло правую руку Лианы гибкой, металлической перчаткой из зеленого света.
Сила, как вино, наполнила ее руку, полилась в грудь, отчаянно загорелась в ранах на левой руке, подняла Лиану на ноги, словно щенка, струны связали гибкие пальцы, которые гнулись так, как не должны человеческие. Зеленое пламя ползло по ее пальцам, как масло, смешиваясь с голубым свечением рун в сердцевине освященной стали, и прорезалось сквозь маленькое тельце, которое даже сейчас визжало, борясь с плотью и энергией, металл сжался, и тонкие струйки горячей крови побежали из ушей Лианы.
 «Знала, что это случится», подумала она и почувствовала только вялое ощущение паники.
Автоматная очередь повторилась снова. То, что осталось от головы девочки-нихтврена взорвалось, ошметки падающей сверхъестественной плоти дымились и мерцали на дробленом металле и треснувшем бетоне. Автомат начал давать сбой. Лиана высвободила меч и подняла голову, когда тельце упало на землю, ручейки экстрачеловеческого метаболизма превращали его в гниль.
 «Черт, быстро же они уходят».
Ее ноги снова изогнулись, когда зеленый свет потек обратно, в глубину кольца. Тихое, резкое жужжание пронеслось у нее в голове и затихло; Лиана оказалась растянутой на доке, шум постепенно превратился в хныканье и визги. Последняя вспышка выстрела, и в доке повисла тишина, нарушаемая лишь воем антиграва.
Лиана решила оставаться на месте. Она моргнула, и над ней нависла новая тень.
— Cherie?
В поле зрения попало ангелоподобное лицо Тиенса, искаженное тревогой. Кровь запачкала его светлые волосы, исполосовала и заляпала порванный костюм. Он выглядел так, словно выстоял несколько раундов с вегопроцессором.
— Лиана?
 «Убирайся». Но она не могла произнести ни слова.
Затем, чудо из чудес, случилась самая замечательная вещь в мире. Рядом с Тиенсом возникла еще одна тень, и пара желтых глаз под копной прямых волос встретилась с ее глазами.
— Дерьмово выглядишь, chica, — хрипло произнес Лукас Виллалобос своим низким голосом.
Но Лиана уже отключилась.
Лукас наложил повязку; его пальцы были настолько деликатны и безболезненны, насколько возможно. Резкая вспышка жара, онемение от анальгетиков, и серебристый браслет на ее левом запястье начал наполняться красным светом. Когда он станет зеленым, это будет значить, что большинство переломов зажили, и ей просто надо быть осторожной несколько дней, пока срастутся мягкие ткани. Две горячие слезы скатились по щеке Лианы, а она не могла их смахнуть, так как правя рука сжимала ножны.
 
Тиенс стоял, засунув руки в карманы и опустив голову.
— Я не знал, — повторил он, и Лиана почувствовала лишь слабое удивление, что он повторяет очевидное.
— Конечно, ты не знал. — От анальгетиков ее язык распух, говорить было трудно. — Исида, защити меня, Тиенс, ты думаешь, я вернулась из-за тебя? Ты вырвал мое сердце, бросил на пол и растоптал.
— Почему ты не использовала винтовку? — Уже в третий раз спросил Виллалобос – верный признак его раздражения. Большой, угловатый шрам сбегал по одной стороне его лица; он морщился и подергивался независимо от настроения Лукаса. Они зовут его Бессмертным, и даже Джаф уважает его таланты.
Конечно, любой демон стал бы волноваться из-за убийцы, который не может умереть.
— Обезглавливание завершено. — Лиана зажмурилась, мечтая об отдыхе.
 «Я доказала, что могу это сделать». 
— Полагаю, деньги в хранилище?
— Конечно! — Лукас пожал плечами и снял латексные перчатки с быстрым щелкающим звуком.
— Деньги? — Тиенс еще больше подался вперед.
— Ты не единственный, кто хотел смерти этой суки. — Лиана издала болезненный смешок. — Да ладно, Тиенс. Мастер такого калибра не стал бы приезжать сюда только ради тебя. Со своими играми она нажила себе кучу врагов; ты был лишь небольшим дополнением. Наш клиент заплатил двойную цену, чтобы мы убили ее на поезде до Бангкока. Радуйся, что я и тебе не предъявила счет.
— За деньги? — Тиенс не мог этого понять. — Тебя воспитывали лучше, petite.
 «Это твоя честь». Фраза моментально ужалила сквозь дурман болеутоляющих. Лиана открыла глаза и взглянула на него.
— Теперь можешь идти.
 «Теперь я доказала себе, что могу держаться от тебя подальше. Яблоко от яблони, да?» 
— Лиа…
— Будь я на твоем месте, кровосос, то принял бы это предложение. — Шепот Лукаса был тихим как никогда. Дрожь, обычно бегущая по спине Лианы от этого тона, была приглушенной, но все равно чувствовалась сквозь химическое оцепенение.
Браслет-датчик щелкнул и загудел. Острый приступ боли, затаившийся под болеутоляющими, ударил по руке, и Лиана резко вдохнула.
— Лиана…
— Убирайся отсюда к чертям, — спокойно сказала она. — Задержи дыхание, пока я не позвоню.
Это прозвучало глупо, потому что он мог не дышать сколько угодно, по крайней мере, пока не захочет кого-нибудь соблазнить. Но, слава богу, он развернулся, тяжело ступая, как смертный, подошел к двери комнаты, которую Лукас снял в глубине заброшенных районов Тэнка. Петли скрипнули, дверь открылась и закрылась, и Лиана ждала, пока волнение от его ауры растворится в психическом шуме толпы снаружи.
— Ты в порядке? — Не уже ли Лукас действительно в чем-то не уверен?
 «Чудеса никогда не иссякнут».
— Все нормально, — пробормотала Лиана. Она посмотрела на свою правую руку. Драгоценный камень был мертвенно темным и неподвижным, она подавила дрожь от того, что она может сделать на следующем задании. — Куда мы теперь отправимся?
— Черт, девочка, ты не хочешь немного отдохнуть? — Но в его словах не было жара. Из всех людей, он один понимал, какие чувства вызывает у нее этот город, это место. Обязанности, лежащие под этими улицами, поглотят ее, поднимутся, как невидимые путы. Она попадет в сеть, если задержится хоть ненадолго.
— Черт возьми, Лукас, — утомленно сказала она, — просто скажи, какое у нас следующее задание. Мне нужно убраться отсюда.
— А как же… — Вопрос застыл на его губах, и Лиана взглянула на него. Бессмертный выглядел устало, загорелая кожа стала серой.
— Мы с Тиенсом расстались уже очень давно, Лукас. Я же сказала, теперь я с тобой. И если это изменится, я дам тебе знать.